В сериале «Александр», который сейчас идет по каналу «Россия», показывается сцена, в которой Платон Зубов срочно прячет завещание Екатерины II. Оно якобы было составлено в пользу её внука Александра, которого бабушка воспитала в духе идей Просвещения и горячо любила, поэтому и решила отдать ему корону вопреки традиции через голову его отца.
Золотой век и его придворные интриги
В сериале, возвращающем нас к закату эпохи Екатерины Великой, золотой век Российской империи официально подходит к концу: фаворит императрицы Платон Зубов (Артём Ткаченко) заходит в шикарно устроенный кабинет и обнаруживает благодетельницу мертвой, лежащей на полу в рассыпанной пудре.
Зубов, зная, что единственная гарантии его привилегий — августейшее расположение, медлит не из страха или печали, а из расчёта: прежде чем звать прислугу, нужно найти заветный манускрипт.
Сын Екатерины, Павел Петрович (Фёдор Лавров) — мрачный вояка и «крепкий хозяйственник», настроенный против всех матушкиных нововведений.
А вот горячо любимый внук императрицы – его сын Александр Павлович — либеральный и восторженный юноша, мечтающий о республиканском строе и освобождении крепостных. В свободное от «дел» время он переодевается в гражданское и гуляет по Петербургу, пьянствует с друзьями, порою дерётся с мужичьем, постигая жизнь народа, недоступную из императорского дворца.
Именно на внука, по сюжету, и было завещание, которое Зубов прячет «до лучших времён».
Но насколько этой драме соответствует историческая правда?
Наследники на троне: как всё было на самом деле
В реальности Екатерина II никогда официально не оставляла письменного завещания о судьбе престола. Она прекрасно знала, что её единственный сын Павел имеет право на корону, и хотя их отношения были сложными, никаких легальных документов о передаче власти Александру I не существовало.
После смерти матери Павел вступил на престол 17 ноября 1796 года и правил до своего убийства в результате дворцового переворота 23 марта 1801 года. Александр Павлович, конечно, воспитывался под строгим присмотром бабушки и действительно разделял многие идеи Просвещения, но о какой-то тайной бумаге, легализующей его право на трон вместо отца, речи не шло.
В странах с абсолютной монархией устные распоряжения и личная воля монарха часто ценились больше всяких манускриптов. Однако для потомков и историков этого оказалось недостаточно: отсутствие официального документа подтолкнуло к созданию фальшивок.
Фальшивые завещания великих: от Петра I до Екатерины II
Когда дело касается простых смертных, поддельные завещания обычно преследуют материальные цели: завладеть имением, деньгами, землёй. Но когда речь идёт о государе — всё гораздо сложнее: здесь цели идеологические и политические.
Так случилось с «завещанием Петра I», к которому обращались многие — от Карла Маркса до Йозефа Геббельса, — чтобы доказать, что великий реформатор на самом деле хотел завоевать всю Европу.
Аналогичная история произошла и с «завещанием Екатерины II».
Фальшивки, объединённые одним лишь происхождением (на Западе), преследовали разные задачи — у кого‑то революционные, у кого‑то консервативные, но все они питались легендой о том, что государыня не доверяла сыну и якобы завещала трон внуку.
Сильвен Марешаль и его мистификация
«Завещание» Екатерины впервые было напечатано в 1802 году в анонимной книге «История России, сокращённая до изложения только важных фактов». Как утверждал издатель, «один русский литератор, находящийся на службе при дворе Петербургском, доставил нам копию императорского манускрипта, добытого им с великим трудом».
Впрочем, анонимной книга оставалась недолго: уже в новом издании 1807 года содержалось признание, что «Историю России» написал Сильвен Марешаль — фигура в те времена известная. Марешаль был писателем и публицистом, убеждённым сторонником утопического социализма.
Для Марешаля это был не первый опыт мистификации. В 1784 году он издал «Книгу, спасшуюся от потопа, или Вновь открытые псалмы», где под видом религиозного текста излагал свои взгляды на частную собственность, разоблачал клерикализм и критиковал монархию.
Для человека революционных взглядов, каким был Марешаль, просвещённый абсолютизм представлялся немалым злом: он порождал иллюзию, что позитивные реформы возможны при сохранении монархии.
Поэтому идея разоблачить Екатерину II, в отличие от «завещания Петра», не имела каких‑либо русофобских мотивов — всё упиралось во внутриевропейскую политику.
Как выглядела «речь царевны»?
Текст «Завещания» — точная имитация интимного послания, якобы предназначенного лишь сыну. Марешаль мастерски подменил либеральный образ Екатерины его полной противоположностью. Вот ярчайшие фрагменты поддельного документа:
«Блюдите, чтобы ни единая книга, ни единая газета, даже карикатура не входили в Россию без вашего позволения», мысль русского обывателя необходимо держать «между цензорами и попами», «не надобно, чтобы народ думал: ничто не может быть труднее в управлении, когда он требует отчёта в делах. Пусть он работает и молчит».
Или:
«Отдалите в Сибирь первого писателя, захотевшего высказать себя государственным человеком. Сошлите всех мечтателей, всех производителей платонических республик».
Несложно понять, что эти строки навеяны личностью Александра Радищева, автора «Путешествия из Петербурга в Москву» — главного предтечи революционной мысли в России.
Реальная переписка и образ Екатерины
Как известно, Екатерина II вела обширную переписку с Вольтером. В своих письмах она демонстрировала либеральные убеждения: важность образования народа, реформирование судебной системы, поддержку науки и культуры. Екатерина была убеждённой приверженкой Просвещения и искренне верила, что неоцивилизованный народ можно «просветить» грамотными законами и поддержкой наук.
В поддельном же «Завещании» её двойник выступал сторонницей самой жёсткой цензуры и репрессий. Словно по сценарию политтехнолога, подмена образа совершилась на редкость органично — настолько, что книга Марешаля распространилась и в России.
Почему мистификация живёт дольше фактов?
Люди от природы склонны верить ярким легендам: различным скрытым завещаниям, тайным союзам, утраченной воле государей. Такие сюжетные ходы придают не просто остроту сюжета для очередного исторического сериала, но и иллюзию причастности к большой истории.
Сериал «Александр» на телеканале «Россия» мастерски играет на этой нашей человеческой потребности узнать об этих тайнах прошлого. Это зрелищно и эмоционально.
Подводя итоги, можно с уверенностью сказать: никакого юридически значимого завещания Екатерины II в пользу Александра I не было и быть не могло. Ни она сама, ни её ближайшее окружение не оставили письменного распоряжения о передаче власти минуя Павла.
Все манускрипты, стилизованные под волю императрицы, на поверку оказывались фабрикациями западноевропейских политических мистификаторов. Они создавались для убеждения публики в том или ином тезисе — революционном или реакционном, — но уж никак не как реальные документы.