Раннее утро понедельника по старому украинскому стилю выходного дня сложилось: Донецк в присоединенной территории по прежнему отдыхает после светлого праздника Пасхи. Пользуясь тем, что мы не всеми местами Россия я, присоединив себе четыре дня отпуска, еду в понедельник утром в Белгород. Еду к дорогому мне человеку, близкому по духу. Познакомившись в июле 2014, переехав к Вере Васильевне всем нашим Подгорным семейством в составе трех человек, я общаюсь с ней постоянно. Меня с дня знакомства не отпускает теплота к ней, и эта поездка к ней четвертая. В 2023 я приезжала к ней на пару дней побыть рядом, познакомиться с ее старшей дочерью, пообщаться с младшей - удивительным образом я вписалась годом рождения между ними, к тому же отчество у нас у всех Анатольевны. Разные наши мамы и папы вырастили схожих девочек, перешагнувших сегодня пятидесятипятилетний рубеж. Моднее всех я, вышедшая на пенсию в пятьдесят. Старшая дочка Веры Васильевны тоже уже пенсионерка, а вот самой младшей из нас троих российская пенсионная реформа даст эту возможность только в шестьдесят лет.
Про поездки к Верочке Васильевне я писала:
Переоформив свои паспорта в августе 2014 мы с детьми разъехались. Сынуля улетел в Крым к ба и де, я уехала в Петербург, дочка оставалась в Белгороде. Тогда наша хозяйка была моложе на одиннадцать лет. Она провожала тогда меня на белгородский железнодорожный вокзал. Сейчас уже ходит только по двору. То время четырнадцатого года, которые я прожила у нее, дали мне большое количество эмоций и впечатлений. Стресс погружения родного Донецка в военные действия забрал из меня не только лишний вес и прибавил седину, но и открыл какие то порталы для творчества. Именно попав к Вере Васильевне я начала писать сценарии и сказки, а дневники строчились со скоростью 96 листов за два месяца. Я просыпалась на цокольном этаже в съёмной комнате от звука падающего за окном белого налива. Две сказки "Княгиня с посохом" и "Зеленые яблоки", написанные в те дни, нужно перечитать и опубликовать. Дом Веры Васильевны, которой исполнилось 17 апреля 85 лет, стоит на улице княгини Волковой. Выглядывая в окошко утром, я смотрела, как она ходит по огороду в раннее утро с инструментом - тяпкой, лопатой - и видела именно княгиню, а не обычную женщину.
Да она и никогда не была обычной. Рассудительная, сдержанная, очень грамотная и добросердечная Вера Васильевна покорила меня с самого момента знакомства, пустив нас к себе на постой в СВОЮ комнату, уйдя в проходной зал. Такой жест доброй воли был отнюдь не подогрет материальным интересом - про оплату она сказала тогда: сколько дадите, столько и будет. На что я, опешив, ответила что так не годится и мы заплатим ей её цену. Потом чуть позже мы переехали вниз в освободившуюся от квартирантов комнату, где и падал за окошком спелый до прозрачности белый налив с громким слышным звуком. Получив новенький российский паспорт я проводила сына в аэропорту на самолет до Симферополя и уехала в Донецк, прихватив с собой сочных яблок. Уехала до Харькова электричкой за пятьдесят рублей, а из Харькова до Донецка поездом. Тогда в августе 2014 еще ходили поезда.
Приезжала я к Вере Васильевне потом в семнадцатом, оформив пенсию и оплатив первое полугодие сыну - юному студенту СПБГЭУ проездом в Крым на юбилей свекра. Осенний Белгород был другим спустя три года начала той войны, которая была только у нас в Донеччине и Луганщине. Город показался мне пустым. Но это было отчасти так в связи с близостью белгородской и украинской границ. Приток людей в город уменьшился - Белгород перестал быть таким привлекательным для жизни, соседство с Украиной много лет бывшее преимуществом, стало опасным моментом, отпугнувшим от региона переселенцев с севера и других областей России. Потом я приезжала в девятнадцатом на свой день рождения. Позже, вернувшись в Донецк из-за заболевшего папы, я приезжала летом двадцать третьего, проездом к детям в Петербург. Побыла совсем немного, искупалась в Северском Донце, искупалась и попарилась в хозяйской бане, которую ее старшая дочка топила два дня подряд. Военный Белгород был другим.
Сегодня он третий. Сегодня город Белгород не просто с надписями "убежище", каким я увидела его в 2019, а и с бетонными заграждениями на всех остановках.
Приехать из Донецка и увидеть это особо обидно. Мы дончане не так ценны городу, получается. Сильно думать о таком не хочется от слова совсем. Никто никому никогда не нужен, кроме родных и близких. Государство это огромна махина, которой подавай детей, рабочую силу и все такое в том же духе. При этом оно делает вид, что заботится, индексируя копейками пенсию, повышая пенсионный возраст и убивая тех же выросших детей. Все просто и цинично. Деньги правят миром. Дуров красутся в образе новорожденного Христа в яслях с козлятами. Депутаты принимают пачками законы, еще более жесткие и более ущемляющие права человека. Которому и так нельзя думать и делать не так, как сказало ему государство.
С белгородских красот я перешагнула резко и непонятно в отрицание реальности, тому виной вечный анализ меняющейся ситуации. Проехав восемь часов от Донецка до Белгорода шустрым фиатом по новой дороге через новую для меня таможню в российских Ровеньках, где мне впервые пересекающей это место задавали на беседе кучу всяких вопросов, я погрузилась в раздумья. И солнечный прекрасный и знакомый мне Белгород поразил этими бетонный укрепами прямо при высадке. Первое фото имено с ними, впечатлившими меня как коренную дончанку, живущую 6й год снова дома. Браво и низкий поклон мэру и белгородской администрации. Их забота о горожанах заслуживает уважения со стороны жителей.
День первый закончился подарками хозяйке, переступившей 85-летний рубеж накануне, душем, ужином, сном и еще поздним чаем в десять вечера. Все таки дорога для меня уже утомительна, но как оно того стоило!
Продолжение поездки завтра.
Если вам понравилось читать, поставьте лайк и подпишитесь пожалуйста. Это поможет продвижению канала. Спасибо)