Опорный пункт. Капкан. Могила. Здесь обрывается дневник. Судьбу земную завершила Обитель русская для них. Их бросили во лжи и страхе. Вперёд никак. Нельзя назад. И только чёрные монахи За их агонией следят. Нет, не солдаты, а бандиты, Разноязыкий легион. Пугают их слова молитвы И поминальный перезвон. Вломились, не осознавая, Что обрекли себя на плен, Что жизнь - как свечка восковая В ограде монастырских стен. А матери тревожной снится В далёких сумерках Кариб Молитва, как ночная птица, Чтобы не даром он погиб. Чтобы в захваченной им келье, Ложась на узкую кровать, В свою последнюю неделю Старался истину познать.
Опорный пункт. Капкан. Могила.
Здесь обрывается дневник.
Судьбу земную завершила
Обитель русская для них.
Их бросили во лжи и страхе.
Вперёд никак. Нельзя назад.
И только чёрные монахи
За их агонией следят.
Нет, не солдаты, а бандиты,
Разноязыкий легион.
Пугают их слова молитвы
И поминальный перезвон.
Вломились, не осознавая,
Что обрекли себя на плен,
Что жизнь - как свечка восковая
В ограде монастырских стен.
А матери тревожной снится
В далёких сумерках Кариб
Молитва, как ночная птица,
Чтобы не даром он погиб.
Чтобы в захваченной им келье,
Ложась на узкую кровать,
В свою последнюю неделю
Старался истину познать.