Глава 7.
Нина Яковлевна, мать Серафимы, отпросилась с работы пораньше, как чувствовала. Сорванцу Леньке она не очень доверяла. Знала, что на одном месте не усидит, обязательно к дружкам умчится. И будет Симушка одна сидеть, куковать. А ей постоянно помощь нужна.
Быстрым шагом Нина вошла во двор, из летней кухни послышались голоса. Так и есть - дочка с кем-то разговаривает, очень взволнованно. А ей отвечает мужской голос. Чужой! Затаив дыхание, мать подошла на цыпочках к открытой двери. Прислушалась.
- Вам лучше уйти! – взволнованно сказала дочь. В ее голосе зазвучали слезы.
- Я никуда не пойду, - ответил ей мужской голос, - я приехал к тебе, чтобы жениться!
- Уходите!!!
У матери мурашки побежали от этих слов. Вот же ж, упрямица, ее замуж зовут, а она гонит! Дальше послышался вскрик дочери, и мать очнулась. Забежала на кухню. А там какой-то незнакомец стоит в растерянности над ее дочерью и трясет за плечи.
- Что здесь происходит? – воскликнула Нина, а парень вздрогнул, обернулся на ее голос.
- Кажется… она в обморок упала, - ответил испуганно.
Нина открыла ящичек, достала оттуда пузырек с нашатырем, поднесла к лицу дочери. Та слабо шевельнулась и открыла глаза.
- Доченька, это я, - мать склонилась над Симой, - с тобой все в порядке?
Та кивнула, потом перевела взгляд на Стаса:
- Мама, проводи этого молодого человека… Он торопится… на поезд.
Нина показала Стасу глазами, предлагая выйти. Выйдя за дверь, прошептала:
- Кто вы? Откуда знаете Серафиму?
Стас упрямо сжал губы:
- По переписке.
- Я услышала, что вы приехали жениться. Это правда?
Он кивнул.
- Но она… меня прогнала.
- Я это тоже услышала. Но поймите, что она после операции пребывает в депрессии. Но я думаю, ей очень нужна ваша помощь.
Стас вздохнул.
- По-моему она видеть меня не хочет… Мне, наверное, лучше уехать.
- Не спеши, - Нина по-свойски перешла на ты, - давай сделаем так. Ты пока останешься у нас во времянке. А дальше подумаем, как быть. А пока отдохни с дороги. Вижу - еле на ногах держишься, да и разукрасить тебя уже успели наши местные умельцы.
Она с усмешкой кивнула на его лицо. Стас приободрился. Он действительно валился с ног, и ему казалось – еще шаг, и он свалится прямо на траву и уснет без задних ног. Ему действительно нужно пристанище, чтобы восстановить силы.
- Пойдем, я отведу тебя. А с Симой сама поговорю…
Он отрубился сразу, едва прислонился головой к подушке. И так проспал аж до следующего утра, пока его не разбудил петушиный крик.
К своему удивлению, он почувствовал реальный прилив сил. Раны на лице и теле уже не так саднили. В голове – ясность. Он сел на своем топчанчике и выглянул в окно. Хозяева уже управлялись на подворье. Мужчина, видимо, глава семейства, что-то усердно колотил в загоне, а хозяйка гремела ведрами – доила корову.
Стас вышел во двор.
- Доброе утро. Могу вам чем-то помочь?
Мужчина широко улыбнулся и протянул руку:
- Егор Степанович.
- Ст… Сергей…
- Очень рад знакомству.
Егор Степанович кивнул на скамейку, прислоненную к сараюшке, и присел, вытащив из кармана пачку сигарет.
- Куришь?
- Нет. - Стас улыбнулся, – я спортом занимаюсь профессионально. Футбол…
И подумал про себя:
- Хорошо, хоть в этом можно не врать.
Хозяин дома удивленно присвистнул:
- Футбол? Уважаю этот спорт. Сам, к сожаленью, только диванный любитель.
Стас вздохнул: к сожалению, и он скоро станет только диванным. Да и то, если повезет…
- Нина мне вчера рассказала, что вы по переписке с Серафимой познакомились, и ты жениться приехал?
- Ну да…
Хозяин окинул его проницательным взглядом. Стас не отвел глаз. Он умел быть твердым, если что-то решил. Егор Степанович вздохнул.
- А ты ее хоть… любишь?
Вот тут Стаса вогнали в ступор, он не ожидал такого вопроса. Замялся. Егор крякнул, пустив колечко дыма.
- Знаешь, Серега, мы люди, конечно, простые, без затей. Но что такое любовь - знаем не понаслышке. Мы с Ниной с первого курса сельхозтехникума дружили. Я ее, как увидел, сразу понял – Моя! И никто мне больше не мил. И она мне потом признавалась, что то же самое почувствовала. 4 года мы дружили, а потом поженились. Симушка, глядя на нас, всегда говорила, что только по любви замуж выйдет. По большой и чистой. Настоящей.
- А я не знаю, что такое любовь! – буркнул Стас, - и без нее прекрасно жил.
Он резко встал и мрачно кивнул на поленья дров, лежащие кучей.
- Я могу поколоть, если вы не против?
И взялся за топор. Это он умел с детства. Тоже жили в частном секторе, хоть и в городе.
Стас колол дрова, играючи. А Егор хмуро наблюдал за ним. Покурив, встал и отправился в сарай, к жене. Забрал у нее ведро, полное молока. Подержал и опустил на земляной пол.
- Что-то неладное с этим парнягой происходит, - буркнул он. - Недаром его Серафима гонит. Хотя… не курит, спортом занимается… Но что-то с ним неладно. Что-то скрывает… Зря ты его приютила. Как его теперь с дочерью оставлять наедине? Мы о нем ничего не знаем, а вдруг он бандит? Рожа вон вся разукрашена. Тревожно что-то…
Его тревога передалась и Нине.
- Да, что-то я не подумала об этом, - забеспокоилась она. - Как же теперь быть? Не выгонять же его? Ведь сама оставила…
- А вы не беспокойтесь! – услышали они спокойный голос своего гостя, - я сейчас сам уйду.
Они обернулись. Он стоял возле открытых дверей и хмуро смотрел на них.
- Я не бандит. Дочери вашей ничего не угрожает. Но я все равно уеду… Спасибо за гостеприимство.
Он быстрым шагом направился во времянку, подхватил свою сумку. Вышел за ограду и вздохнул с облегчением. Сейчас он еще раз обойдет поселок, поищет ту развалюху. Деньги были нужны позарез.
Он еще полдня потратил на то, чтобы отыскать тот дом. Но он как сквозь землю провалился. Приснилось ему это все, что ли, вместе с тем богатством? Но нет. Стас вытащил из кармана оставшиеся деньги. Вот же доказательство. Ладно, сначала он сходит на вокзал, посмотрит расписание поездов. И попытается оттуда вновь проложить вчерашний маршрут. А вдруг что вспомнит!
Стас вошел в маленькое здание местного вокзала. Оно было таким крошечным – всего с десяток стареньких разбитых сидений. Послышался хрипловатый голос диспетчера, объявляющий о приезде очередного состава. Народ двинулся к перрону.
Изучив расписание, Стас подошел к окну. Из прибывшего поезда сошло всего несколько человек. Он уже отвел было глаза, но что-то знакомое вдруг промелькнуло в фигуре одного из пассажиров. Сердце его бешено застучало. Да ведь это Мирон! Сомнений не оставалось. Все та же яркая оранжевая футболка, хоть и изрядно потрепанная. Живуч! Это же надо – вылететь из вагона на полном ходу и хоть бы хны! Вон только прихрамывает малость…
Продолжение читайте здесь.
Дорогие читатели, ставьте лайки и подписывайтесь на канал. Очень жду ваших отзывов. А иначе, как я пойму, что вам интересно мое творчество?