Семейные хлопоты и сборы в дорогу. Вещи давно упакованы. Алёнка всё приставала к Полине с детскими волосами:
— Мама, а кто будет кормить наших курочек?
— Не волнуйся, дорогая. Тётя Таня, соседка, обещала приходить и кормить.
Удовлетворённая Алёнка убегала, но вскоре возвращалась с новым вопросом:
— А кто будет поливать помидоры?
— Мы вернёмся через две недели, ничего страшного с ними не случится.
В час отъезда, заперев дом, семья отправилась в путь. Полина следила за детьми, а Николай — за вещами. Сначала они добрались до железнодорожной станции Албаши в соседней станице. Оттуда до Ростова-на-Дону, а там купят билет до Минска.
Когда колеса стучат под тобой, а за окном проносится ночь, или ты пытаешься уснуть, в голову сами лезут мысли. Первая из них: «Наконец-то я увижу родителей».
Полина со всей семьёй ехала в Минск. В купе было тихо. Редкие огни за окном освещали мелькавшие стены и полки. Вагон слегка покачивался, поскрипывал. Стук колёс напоминал тиканье часов. Дети и муж спали, и только Полина не могла уснуть, глядя в темноту. Но усталость взяла верх, и она задремала.
Утром, до прибытия в Минск, Полина проснулась рано, она очень сильно волновалась. И вот их поезд 22 июня прибыл в столицу Белоруссии . Выйдя из вагона, они направилась в вокзал. Там они узнали о начале войны. Сели и начали обсуждать, к кому из родителей поехать в первую очередь. Сначала хотели к родителям Николая, но Полина настояла на Смолевичах, где жила её мама. Николай поддался уговорам жены и согласился.
Дети, Алёнка и Ванюша, резвились, но с интересом слушали спор родителей. Только Тая мирно спала на руках у матери. Полина успокаивала их, обещая скорую встречу с бабушкой и дедушкой.
А город тем временем жил обычной жизнью: работали предприятия, школы, детские сады. По улицам ходили трамваи. Люди спешили по своим делам. Горожане привыкли к военным учениям и не замечали далёких звуков взрывов. Но война уже приближалась, неся огромное горе.
Первые сообщения о десантах появились возле столицы. Радиопередачи прерывались, и каждый час повторялась одна фраза: «Минску объявлена воздушная тревога». Но налёта не произошло, и паники не возникло.
Единственным откликом на сигнал тревоги стал массовый поход минчанок в магазины. Женщины стояли в длинных очередях, закупая продукты. Они боялись, что из-за частых тревог магазины закроются надолго.
Многие минчане с интересом наблюдали за немецкими бомбардировщиками, не испытывая страха. Самолёты пролетали над городом, а люди стояли на улицах.
И вот наконец долгожданная встреча с родителями состоялась. Но утро 23 июня разрушило последние надежды минчан. Три волны немецких бомбардировщиков, насчитывавшие больше 30 самолётов каждая, сопровождаемые истребителями, нанесли сокрушительный удар по городу.
Небо над Минском защищали всего 16 зенитных орудий, остальные находились на учениях. В этот день наши зенитчики сбили шесть самолётов противника.
Советская авиация также понесла серьёзные потери: в тот день было уничтожено очень много самолёта.
Вечером 26 июня конвойная бригада НКВД покинула столицу Белорусской ССР. Наступило безвластие.
Продолжение следует..