Гуляя по лесу, я охотно обращаю внимание на растительность. Особенно мне вкайф рассматривать всё, что прёт из-под земли ранней весной, до начала активной вегетации большинства буйных трав: стрелки луковичных первоцветов, завитки папоротничков, пушистые бутоны сон-травы.
В своё время меня очень заинтересовал организм под названием Петров Крест Чешуйчатый. Название он получил из-за формы ветвящихся корневищ, напоминающих перевернутый крест — святого Петра. Его можно встретить в широколиственных и елово-широколиственных лесах наших широт. В Москве, например, он нам частенько попадался в апреле-мае во время бродилок по Битцевскому лесопарку. Идёшь себе, идёшь, и внезапно твой взгляд натыкается на продирающееся сквозь палую листву нечто...
Визуально наш герой слегка даже походит на гриб, он весь такой мясистый, чуть опушённый, блёкло-розовый. Петров Крест является растением-паразитом, не нуждается в солнечном свете, не образует хлорофилла, а питается исключительно органическими соединениями дерева-хозяина.
У Петрова Креста есть чудесное народное название — потаённица, связанное с тем, что первые годы своей жизни (7-10 лет) он проводит под землёй и только потом, в период весеннего сокодвижения у растения-хозяина, выходит поразмножаться! У орешника и ольхи это как раз апрель-май. Нам повезло, мы оказались в нужное время в нужном месте. Не пройдёт и недели, как наземные побеги отцветут, засохнут, и скроются в траве, будто его здесь никогда и не было.
Ещё вычитала, что Петровича одно время причисляли к хищникам. Дело в том, что под листьями-чешуйками у него имеются некие полости с желёзками, как у насекомоядных растений, типа росянки, и в них ботаники находили дохлых насекомых. Но потом разобрались, что насекомые там оказывались случайно и в пищу не шли, а полости эти служат для испарения излишков воды. Растению, проводящему большую часть своей жизни полностью под землёй, в сырой почве, обычных устьиц, что есть на листьях большинства его наземных собратьев, оказалось недостаточно.
Несмотря на паразитический образ жизни Петровича, уничтожать его в порыве защитить ольху, липы и орешник не нужно. Он относится к редким, исчезающим видам и, несмотря на то, что буквально поедает корневую систему своего кормильца, урон от его жизнедеятельности не столь существенен, чтобы это привело к явному угнетению или гибели дерева-хозяина.
Шмелики его, кстати, охотно опыляют. Когда я разворошила листья на подобном рассадничке, чтоб сделать фото покрасивей, один где-то под ними начал недовольно жужжать. Ну, может у него норка там рядышком.
Эх, хорошо весной в Битцевском лесу, есть где побродить: зеленеют его крутые склоны и глубокие овраги, полноводно журчат искристые ручейки и речушки. Солнечными ковриками везде разбросаны цветущие лютики, зяблики, как у них в это время заведено, сверчками цвиркают, бурые тельца дроздов-рябинников в прошлогодней листве шуршат, ворошат её, червяков из земли дёргают...
Когда-то давно мы жили в в райноне Чертаново, в шаговой доступности от этого лесного массива. И как же мне нравилось выбираться туда с Димой вечером, в неоднозначную такую, преддождевую погоду, когда всё в природе тревожно-загадочное. И успевать вернуться до начала дождя, а потом сидеть чай пить и слушать, как он шумит.
А теперь в метро трястись приходится. Но мы всё равно наш любимый Битцевский лес не забываем. Наведываемся.