Продолжаем авторскую рубрику от историка искусства Наталии Семеновой! Интересные истории, неожиданные факты вокруг легендарного парижского арт-дилера Амбруаза Воллара и не только...
Этой весной в Лондоне привезенное из Винтертура «В кафе» Эдуара Мане встретилось с другим его шедевром, хранящимся в Институте Курто, — «Баром "Фоли Бержер"».. В компанию следует добавить «Уголок кафешантана», приобретенный в 1924 году учрежденным Самюэлем Курто фондом для расположенной неподалеку от Соммерсет-хауса Национальной галереи.
За 80 лет прибывшее из Швейцарии полотно успело побывать во многих руках, начиная с французского «маргаринового короля» Огюста Пелеренна и кончая немецким топ-менеджером Отто Герстенбергом (чья «Площадь Согласия» Эдгара Дега после 1945 года попала в Эрмитаж), а Оскар Рейнхарт, чья коллекция сейчас гостит в Лондоне, сумел приобрести «В кафе» лишь в 1953 году.
Мане сделал несколько карандашных набросков в брассери «Райхсхоффен» на бульваре Рошешуар, где дамы полусвета появлялись в обществе состоятельных джентльменов. Дописывал картину он уже в студии. Художник начал работать над ней в августе 1877 года, но что-то ему не понравилось, и он решил разрезать большое полотно на две части и каждую писать по отдельности. В итоге в Лондоне оказалась правая часть, а левая попала в Винтертур. И это далеко не все. Версия лондонского «Уголка кафе-концерта» красуется в парижском Музее Орсе, а в далеком Балтиморе находится уменьшенный вариант парижской «Подавальщицы пива».
Балтиморское полотно принадлежало страстному поклоннику Эдуара Мане Жан-Батисту Фору, звезде парижской оперы, купившему более полусотни работ художника, включая легендарный «Завтрак на траве», в течение 20 лет томившийся в студии Мане.
Три картины имеют схожие названия, в отличие от парижской «Подавальщицы пива», — «La serveuse de bocks». Незнакомое слово bock неожиданно вывело нас… на историю потребления пива. Как выяснилось, после потери Францией Эльзаса и Лотарингии в войне 1870 года пиво приобрело «особую ауру» и вошло в моду. Если в 1830-х французы потребляли 10 литров на душу населения в год, то в 1880-х — уже более 23 литров. Пиво лилось рекой в парижских кафешантанах, в кафе «Гербуа» на Монмартре — традиционном месте встречи французской богемы конца XIX века, где собирались члены общества любителей пива «Le Bon Bock». Именно так звучит французское название картины Мане «За кружкой пива». Так что же все-таки означает слово bock?
Оказывается, bocks — это большие бокалы с ручками, которые сначала вмещали 200 мл, а потом увеличились до 250 мл. С тех пор французы четверть литра, demi, именуют bock, а пол-литра называют pinte. Само же слово происходит от немецкого Bockbier. История пивоварения гласит, что в конце XIV века в городе Айнбек, в Нижней Саксонии, была основана одна из старейших пивоварен в мире, Einbecker Brauhaus, действующая и поныне. Эта пивоварня снабжала пивом герцогский двор в Мюнхене, куда в 1614 году удалось переманить лучшего тамошнего мастера-пивовара. С тех пор он варил свое пиво Ainpöckisch в Мюнхене. На мюнхенском диалекте оно со временем стало называться Bockbier.
Так кружка bock превратилась в хорошо знакомую нам пивную кружку…
Сцену в пивной в фильме «Берегись автомобиля» (реж. Эльдар Рязанов, 1966) снимали в павильонах «Мосфильма», а зрители верили, что дело происходит в пивбаре «Ладья» на Большой Дмитровке. Москвичи его называли «Ямой», поскольку заведение с таким названием помещалось в подвале.