Практически все используют слово «наука» и знают, что «научное» — значит, что‐то серьезное, надежное, обоснованное. Чтобы критически мыслить, надо мыслить научно, не так ли? Вроде бы да. Но что вообще значит «научное знание»? Наверное, то, которое передают нам ученые. Но хорошо ли мы понимаем, кто именно называется ученым? И что вообще такое наука? Это истинное знание? Рациональное? Или практика получения объективных знаний?
Да, наука должна давать истинное знание. Но истина — понятие сложное, и она бывает необязательно научной. Рациональной наука должна быть обязательно, но и этого недостаточно. Правильный ответ: наука — это деятельность, процесс получения знаний, которые можно назвать истинными, рациональными, объективными.
А что же создает истинность?
Представьте, что вас заинтересовало, как работает наш мозг, когда мы формируем новые навыки. Где брать об этом информацию? У ученых. Хотелось бы, чтобы эксперт в книге все разложил по полочкам. Хороший ученый так и сделает, ведь он знает, что научное знание (то самое — серьезное и надежное) должно быть системным! Это первый критерий. Системное знание внутренне едино, в него невозможно что‐то добавить или изъять без веских причин.
В науке всегда есть четкие принципы, понятия, аксиомы, а еще факты, описание экспериментов, практические выводы. И никак нельзя назвать научной информацию, представляющую собой ряд высказываний, пусть и верных по отдельности, но не связанных друг с другом или без общего контекста.
Наука дает нам настолько полную картину интересующего предмета, насколько это возможно.
Но благодаря чему она системна?
Что позволяет ученым объяснять устройство мозга, природных и технических процессов? Давайте вернемся к нашему ученому, который объясняет работу мозга. Он образованный, прочел сотни книг и статей, изучил вопрос досконально и смог дать нам информацию системно.
Но ведь этого недостаточно! Иначе каждый, кто начитался книг, смог бы называться ученым.
Что еще от вас потребуется, кроме изучения трактатов?
Конечно же, ученые занимаются исследованиями и экспериментами, которые ведутся по отработанным строгим методикам, а не произвольно. Кроме того, результаты практической работы фиксируются в соответствии с принятыми научным сообществом стандартами. Откройте любое научное исследование — найдете там не только ответы на вопросы, но и описание способа, которым они были получены.
Теперь у нас есть второй критерий истинности — технологичность. Это способность производить новое знание по четким правилам. Зачем они нужны? Чтобы другие ученые могли удостовериться, что полученные данные корректны и их можно проверить.
Третий критерий, пожалуй, самый важный. Снова вернемся к нашему ученому. Его знания системны, и он получил их с помощью четких правил. Но мы пока еще ничего не сказали о силе научных знаний. А ведь даже прочтя тысячу книг и проведя сотни экспериментов, ученый еще не гарантирует себе великих открытий. В науке есть не только теории, объясняющие мир, но еще и гипотезы! А они могут не подтвердиться. Таких неподтвержденных идей — огромное количество. Мы о них мало что знаем, потому что в виде научных публикаций до нас обычно доходит информация проверенная, которая обладает силой объективности. Это третий критерий научного знания.
Наука раскрывает законы природы и закономерности существования человеческого общества. Когда знание называют объективным, имеют в виду именно истинность этих открытых законов. Ученый не сам их придумывает, они выводятся не из житейского опыта. Они не существуют в виде, например, религиозных откровений. Эти законы действуют во всем мире, именно потому они объективны.
У нас уже практически готов «портрет» науки: она системна, технологична, объективна.
Представим себе образ хорошего ученого. Он упорядочивает информацию, объясняет, как ее получил, и обосновывает, почему она объективна, то есть действительно правильно описывает устройство реальности.
Разве это уже не полная картина?
Но обратите внимание, пока под это описание подходит не только наука. Удивительно, но это, например, религиозное знание! Казалось бы, две эти сферы совершенно противоположны, но посудите сами: объясняют ли религиозные книги весь мир целиком? Конечно, в этом и есть их влиятельная сила! Они дают ответы на любые вопросы, поэтому миллиарды людей религиозны.
Технологично ли такое знание?
Да — в том смысле, что нам объясняют, откуда взялись эти тексты: от высших сил через специальных проводников (пророков или жрецов).
Объективно ли такое знание?
Кажется, что тоже да! Ведь у любой религии огромное число последователей, разделяющих общую картину мира. Но тогда почему же между наукой и религией есть большая разница?
Все дело в четвертом критерии! Он довольно очевиден: рациональность. Именно она отделяет научное знание от прочих.
Рациональность — это:
1. Точность понятий (здесь не место многозначным метафорам и аллюзиям).
2. Соблюдение законов логики.
3. Критичность(способность конструктивно сомневаться в информации).
4. Способность решать проблемы (здесь наука и другие формы знания конкурируют: часто мы решаем проблемы, например бытовые, с помощью традиций и привычек).
Ну вот мы и разобрались в том, что такое наука.
Теперь вы вооружены четырьмя критериями и сможете с их помощью обнаружить нужный тип информации. Даже если вы не ученый, все равно хорошо бы понимать эти критерии, чтобы пользоваться надежными, проверенными данными. Ведь ученые публикуют около 1,5 миллиона научных статей в год! Это около 4000 в день. Представляете, как много там важной информации!
Статья подготовлена Никитой Непряхиным на основе его книги «Надо думать!», написанной в соавторстве с Дмитрием Скворцовым.