Он сидел на пороге и крутил из папиросной бумаги самокрутки, набивал их крепким, ароматным табаком, от которого я, маленькая еще девочка, очень любопытная, чихала, если он разрешал сунуть нос в пакет. А потом он зажигал папиросу и долго, с наслаждением ее выкуривал. Я спрашивала:
- Деда, зачем ты так делаешь? От тебя потом плохо пахнет! - я была капризная маленькая девочка.
- Много ты понимаешь, - ругался он.
- Деда, расскажи мне про войну, - не отставала я.
И он что-то рассказывал. Но я не могу вспомнить теперь ни одного рассказа. Зато я хорошо помню, как бабушка рассказывала, что когда он, молодой, красивый, в форме военно-морского офицера, вошел в библиотеку, где она работала, она, стоя на табуретке, мыла окно и ударилась о раму. У бабушки своя история, страшная, очень страшная. Родителей расстреляли, она одна старшая, сама ребёнок, осталась с тремя младшими братьями и сестрами на руках, тиф всех унес, только сестру Валентину она смогла выходить.
Она была красавица невероятная, высокая, статная, полногрудая, с мягкими нежными чертами лица. Такая красавица должна была бы носить меха и всегда улыбаться. А она прошла свою войну, голод, нищету...
В фотоальбоме лежала большая, формата А4, старая фотография, с нее смотрит парень, совсем молодой, в фуражке с надписью «Балтийский флот», парень с совсем детскими глазами. Как в такого не влюбиться.
Ему было семнадцать лет, когда ушел на фронт. Через три дня после семнадцатого дня рождения он ушел на фронт. Вот передо мной лежит выписка из архива «Память народа», где написано, что Бондаренко Михаил Ильич в звании рядового поступил на службу в 64-й учебный стрелковый полк, был снайпером.
Он ушел вслед за отцом, Ильей Прокофьевичем, воевавшим с 29.09.1942 года в звании главного сержанта 82-й гвардейской стрелковой дивизии. Илью Прокофьевича я видела только на фотографиях. Он в форме и брюках-галифе стоит рядом с самолетом. Почему с самолетом? Он же был стрелком... Теперь уже не узнать.
Он не дожил до победы всего несколько дней. В наградном листе скупая запись о подвиге:
«Т. Бондаренко в бою с немецкими захватчиками 20.04.1945 г. в районе г. Мюнхеберг, командуя отделением, первым ворвался в здание, ведя огонь, и уничтожил 2 пулеметчика, 8 гитлеровцев и пленил 6-ть, чем способствовал успешному продвижению нашей пехоты вперед.
В этих боях т. Бондаренко был ранен, но не ушел с поля боя до выполнения боевой задачи».
На следующий день он скончался от полученных ран, похоронен в братской могиле на территории Польши, посмертно награжден орденом Славы 3-й степени.
У него остались жена и трое детей. Бабушка Шура дожила до ста лет, и я хорошо ее помню. Миша был старшим сыном. Он вернулся с войны живым, но служил еще до 1951 года во флоте. Многое я бы отдала, чтобы помнить хоть что-то из его рассказов. А может, он и не рассказывал ничего, что можно рассказать про войну мне, заласканному, любимому дитя, от которого все это несказанно далеко. Спасибо тебе, дедушка, что все это было так далеко!
Эхо войны звучало в нем и через много лет, такое не забывается. Не дай Господь нашим детям пройти через то, через что прошли их прадеды.
В этом году я занималась подготовкой материалом для школьного проекта в классе сына, как же хорошо, что есть такие проекты, потому что пусть для наших детей эти смелые люди на фотографиях оживают, пусть остаются частью их личной истории, пусть стоят за их спинами и охраняют от бед.
В «Архивы памяти 1941–1945».
Подписывайтесь на мой канал об истории , чтобы не пропустить новые статьи! Лучшей благодарностью за интересные истории будут ваши лайки и комментарии, без вас невозможно развитие канала!