На следующий день, Сулейман на прогулке подозвал к себе сыновей.
- Селим, Баязет. Вы уже выросли и обзавелись наложницами, - довольно произнес он. - Пора отправлять вас в санджаки. Итак. Селим едет в Конью, а Баязет в Кютахью. Сборы начнёте сегодня же, и в течении недели вы уедете в свои санджаки. Вопросы есть?
- Нет, повелитель, - в один голос сказали братья.
- Ну что же, - кивнул Сулейман. - Можете идти.
На следующий день состоялось заседание дивана.
- Паши, беи, - отрывисто произнес султан. - Я очень давно думал изменить один закон, и сегодня я хочу это сделать.
- Мы слушаем вас, повелитель, - поклонился великий визирь Сулейман паша.
- Все мы знаем о законе Фатиха, - начал султан.
- Верно, повелитель, - подал голос Эбусууд Эфенди. - Мы с вами знаем про закон Фатиха. Но все ли из присутствующих знают историю этого закона?
Паши и беи переглянулись. Многие из них не были в курсе истории этого закона, и поэтому Сулейман паша, заявил:
- Я то знаю историю закона, но многие из пашей и беев не знают, как и отчего всё пошло.
- Повелитель, - снова заговорил Эбуссуд Эфенди. - С вашего позволения, я расскажу о происхождении этого закона?
- Хорошо, Эбусууд Эфенди, - кивнул султан. - Ты прав, этот экскурс в историю сейчас поможет понять лучше всю суть закона Фатиха.
Эбусууд Эфенди откашлялся и начал:
- В 1421 году, после внезапной смерти османского султана Мехмеда I, власть перешла к его старшему сыну, 17-летнему Мураду II.
Мурад, отдал приказ ослепить двух своих малолетних братьев, потенциальных претендентов на трон, и отправить их в ссылку на окраины формирующейся империи.
Мехмед II Завоеватель, по прозвищу Фатих, сын Мурада II, после завоевания Константинополя издал указ, согласно которому наследник престола османов обязан устранять своих малолетних братьев, чтобы предотвратить политическую нестабильность и раскол среди элит.
Каждый из дееспособных наследников султана стремился оказаться, в день смерти отца, как можно ближе к столице. Не случайно тогда возникла поговорка: «Кто первый встал, того и трон».
Среди пашей послышался смех, все давно знали эту поговорку, но не все знали, когда и откуда она взялась.
- 3 мая 1481 года, - продолжал Эбусууд Эфенди. - На пике своего могущества, 49-летний Мехмед II Фатих скончался, вероятно, отравленный ядом, поднесенным ему по приказу старшего сына Баязида.
В империи разразилась междоусобная война между Баязидом и его братом Джемом, последний из которых потерпел поражение и бежал на Родос к госпитальерам.
Рыцари Мальтийского ордена отказались от предложения Баязида обменять голову его брата на 100 000 золотых дукатов, поскольку уже пообещали подарить своего необычного гостя папе Римскому.
С помощью этого "подарка" понтифик повысил свой престиж в глазах европейских монархов, обязав Джема участвовать в своих торжественных выходах.
- Да, да, - мрачно кивнул султан. - Этот Джем был ещё тем негодяем! Впрочем, его потомки были не лучше.
- Когда 25 февраля 1495 года 35-летний принц скончался, - продолжал повествование Эбусууд Эфенди. - Баязиду потребовалось четыре года торгов, угроз и шантажа, чтобы получить останки своего брата.
25 апреля 1512 года, при поддержке янычар, старший сын Баязида сверг отца с престола, отправил его в ссылку и без колебаний казнил всех своих братьев. Таким образом, в империи появился новый султан Селим I.
Следующему султану, нашему повелителю Сулейману I, повезло: 20 ноября 1514 года его отец Селим I по неизвестной причине казнил троих его старших братьев, и он остался единственным наследником престола. Вот и вся история, закона Фатиха, полная кровопролитий и взаимной ненависти близких родственников.
- Всё это хорошо, Эбусууд Эфенди, - осторожно произнес Хюсрев паша. - Но к чему нам эта историческая справка?
- Эта справка дана Эбусуудом эфенди по той причине, что я намерен отменить закон Фатиха, - провозгласил Сулейман, и все паши с ужасом и удивлением стали переглядываться друг с другом.
- Повелитель, но как же так! - воскликнул Барбаросса. - Сам Мехмед Фатих, великий завоеватель придумал этот закон! Именно благодаря ему...
- Что благодаря ему? - перебил адмирала Сулейман. - Мы избежали проблем, мятежей? Сколько было пролито крови и крови братской!
- Но повелитель, если отменить этот закон, возникнут беспорядки! - воскликнул Хюсрев паша. - У вас пятеро сыновей, и любой из них может начать борьбу за власть!
- Может, - согласился Сулейман. - Именно поэтому я решил применить новый закон, заменяющий закон Фатиха.
- И что же это за закон, повелитель? - поинтересовался Рустем паша, с интересом слушавший султана.
- После моей смерти, новым султаном станет один из моих сыновей. Скорее всего это будет Мехмед. Остальные мои сыновья, не будут казнены вопреки прежним законам,а будут править в своих санджаках. Помимо этого, они будут принимать участие во всех походах, будут участвовать и на наиболее важных советах дивана...
- Всё это хорошо, повелитель, - перебил нетерпеливый Хюсрев. - Но вы думали о том, что кто-то из ваших сыновей, находящихся в санджаках, может позавидовать тому, кто будет сидеть на троне? И тогда может возникнуть мятеж, и вследствие этого переворот... В стране снова будет война, а всё потому, что закон Фатиха будет отменён!
Паши и беи,согласно закивали головами. Лишь Рустем и Эбусууд Эфенди не согласились с словами Хюсрева.
- Хюсрев паша, - кашлянул Сулейман. - Ты конечно прав, но зачем так все драматизировать? Ведь вполне возможно, что мои сыновья останутся такими же дружными,как и сейчас, и никто из них не посягнет на власть старшего брата. Если же это, не дай Аллах, случится, то мятеж сразу же будет подавлен, а виновный шехзаде будет заточен в кафес.
- По идее его надо казнить, - заметил Барбаросса.
- Не перебивай меня, Хайреддин паша, я ещё не закончил. Итак, виновный будет заключён в кафес. Но и остальные шехзаде также, будут заключены в кафес. То есть, если восстанет один шехзаде, то достанется и другим. Я думаю, это даст моим сыновьям повод для размышления. Тем паче, что жизнь в кафесе, будет хуже казни, и шехзаде будут сидеть в этом ограниченном пространстве всю жизнь. Они не будут никуда выходить из кафеса, и проведут практически всю жизнь в одиночестве.
- Ужасно, - прошептал Рустем. - По мне уж лучше моментальная казнь, чем такие мучения.
- Вот поэтому, надеюсь мои сыновья не будут принимать никаких решений по свержению своего старшего брата, - подхватил Сулейман. - И именно поэтому, они будут жить в ладу и мире. Согласитесь - лучше спокойно править своими санджаками, нежели сидеть в кафесе всю оставшуюся жизнь? А теперь я хочу услышать мнение каждого из вас по этому вопросу. Итак, Сулейман паша?
Великий визирь тяжело вздохнул:
- Конечно, переделывать старые законы, не очень хорошо, тем паче, что неизвестно, чем это может обернуться... Но, с другой стороны вы правы, повелитель. Вполне возможно, что этот новый закон с кафесами и прочим, сможет примирить шехзаде. Я согласен с вами, повелитель.
- Это хороший закон, повелитель, - сказал Рустем. - И я искренне надеюсь на то, что ни один из шехзаде не пойдет на другого, и кафес останется лишь угрозой. Я полностью поддерживаю ваше решение, повелитель.
- Я против! - отрубил Хюсрев паша. - Понимаю, что вы хотите, как лучше, повелитель, но поверьте этот закон не принесет ничего хорошего. Не просто так Фатих завоеватель, мудрейший между прочим человек, ввел свой закон. Поверьте мне, повелитель, этот закон не следует вводить. Я против.
- Наконец-то мы можем устранить братоубийственное кровопролитие, - заметил Эбусууд Эфенди. - И Хвала Всевышнему, мы наконец то дошли до принятия такого важного закона. Я за, повелитель!
Остальные паши и беи также высказали свое мнение, и в своем большинстве все были согласны с новым законом повелителя.
**********************************
- Госпожа, госпожа! - в покои Хюррем вбежал возбуждённый Сюмбюль. - Что творится! Вы знаете, какой закон принял сегодня наш повелитель?
- Нет, - ничего не понимающая Хюррем растерянно смотрела на Сюмбюля. - Какой закон? Что произошло?
- Повелитель, - произнес Сюмбюль, специально растягивая слова. - Повелитель отменил закон Фатиха!
- Врешь! - ахнула Хюррем.
- Госпожа, госпожа! Разве можно врать про такое? Перед лицом Всевышнего клянусь в том, что говорю правду!
- Неужели! - прошептала Хюррем, боявшаяся поверить в своё счастье. - Неужели Сулейман наконец принял этот закон?
- Да, да! - Сюмбюль закивал головой.- Несмотря на то, что не все были довольны отменой закона, повелитель смог добиться своего...
- Если это так, то сегодня самый счастливый день моей жизни! - Хюррем аж запрыгала от восторга, как девочка. - Сюмбюль! Вели Шекеру приготовить побольше еды! Сегодня в гареме праздник!
**************************************
Вечером, лежа в объятиях султана, Хюррем сказала:
- Сулейман, сегодня ты принял самое правильное и самое разумное решение! Если бы ты знал, как я счастлива! Теперь мои сыновья будут живы, и я уверена, никто из братьев не пойдет на другого, ибо хвала Аллаху, все наши сыновья дружны между собой.
- Ну, а на будущее кафес тоже пригодится, - заметил Сулейман. - Наши то дети может и не пойдут друг на друга, а вот внуки могут. Поэтому кафес будет для них лучшим предостережением.
- Ты всё правильно сделал, любимый! - счастливо вздохнула Хюррем. - Этот закон давно надо было отменить, и я рада, что ты наконец это сделал!
- Многие паши и беи меня поддержали, - заметил Сулейман. - Однако были и ярые противники. Барбаросса был в своем репертуаре, не удивил и Коркут бей - он вечно мне противоречит... А вот Хюсрев паша меня огорчил. Представляешь, он оказался самым ярым защитником закона Фатиха!
- Надо же! Он же вроде не стар, как Барбаросса, а всё туда же, идёт против воли повелителя!
- Он не пошел против моей воли, но он очень яростно высказывал свое недовольство, - заметил Сулейман. - И мне это не очень нравится.
- Не принимай близко к сердцу, отмахнулась Хюррем. - Кто такой Хюсрев паша? Третий визирь! Главное, что Сулейман паша и Рустем паша тебя поддержали.
- Отдельное спасибо Эбусууду Эфенди. Именно с его помощью я и смог переделать закон Фатиха.
- Здоровья и побольше добра этому достойному человеку, - откликнулась Хюррем. - Мне всегда нравился кадий Эфенди. Он умер,добр и справедлив.
*************************************
- Сеньор Николо, вам письмо! - слуга протянул сеньору Веньер какой-то скрученный пергамент.
- Что это? - Николо брезгливо поморщился.
- Не знаю, сеньор, - пожал плечами слуга. - Вроде как это письмо из Османской империи...
- Из Османской империи? - протянул Николо, смотря на пергамент уже совсем другими глазами. Неужели это письмо от Эленики? Но прошло столько лет...
Николо нетерпеливо сорвал сургуч, и развернув свиток, начал читать письмо:
Мой дорогой, папочка. Пишет тебя твоя дочь Сесилия... Да, да! Представляю, как ты сейчас схватился за сердце и ахнул. Я жива, папочка! Жива, но только сейчас я могу сообщить тебе об этом... Извини, что все эти годы не давала о себе знать. На то были причины - я попала в плен и после этого оказалась в гареме Султана Сулеймана. Но не волнуйся так, дорогой мой, вижу, как ты смахиваешь слезы, и винишь себя в моих несчастьях. Папочка, поверь, я попала в хорошее место и нашла себе подругу-землячку. Вместе с ней мы попали под покровительство самой Хюррем султан! Да, да! Той самой Хюррем султан, которая смогла стать единственной женщиной для повелителя. Благодаря ей, мы все эти годы жили очень неплохо. Единственное, нам не позволяли выходить с территории дворца и писать кому-либо каких писем. Но сейчас я могу это сделать! Могу! И знаешь почему? Твоя дочь стала фавориткой шехзаде Селима! Да, да, теперь я являюсь любимой женщиной шехзаде, и сейчас мы с ним находимся в Конье. Теперь я наконец могу сообщить тебе об этом! Да, папочка, забыла сказать, мне пришлось сменить веру и имя. Теперь меня зовут Нурбану, и я исповедую ислам.
Папочка, милый, прости за сумбурное письмо,просто я сама не своя от радости... Приезжай в Конью, пожалуйста, приезжай! Шехзаде Селим встретит тебя, как самого дорогого гостя.
Жду тебя, мой дорогой и любимый человек! Твоя дочь, Сесилия-Нурбану.
Николо вытер увлажнившиеся глаза. Неужели произошло чудо, и его дочь нашлась? Все эти годы он безуспешно разыскивал Сесилию, сердцем чувствуя, что она жива. И вот наконец - весточка от дочери! Поедет ли он в Конью? Конечно поедет! Он готов отправится, хоть на край света, лишь для того, чтобы встретиться со своей любимой Сесилией.
Продолжение следует.