Естественно, Петр Иванович не ожидал увидеть своего племянника, да еще и с вещами. Ваня, вообще, очень редко в последнее время навещал дядю. Все некогда ему было, семья, работа, не до поездок в город.
Петр Иванович сам к племяннику не ездил. Он еще на свадьбе разругался с Александрой Владимировной, старался избегать общения с новыми родственниками. Маша ему тоже не очень нравилась, но, что поделаешь, раз племянник так сильно влюбился?
Ваня многим был обязан своему дядюшке. Когда погибли его родители, парню едва исполнилось семнадцать. Петр Иванович, родной брат Ваниного отца, забрал племянника к себе. Это он помог Ивану определиться с профессией, поддерживал его, как мог.
Петр жил один, был заклятым холостяком. Он был полной противоположностью Ивана, грубый, резкий, никогда и никому бы не позволил так собой помыкать. Ваня безмерно уважал дядю, считая его настоящим мужчиной.
- Здравствуй, Иван. Что случилось? – спросил Петр Иванович, открыв дверь и увидев племянника с большой сумкой в руках.
- Здравствуй, дядя. Пустишь перекантоваться несколько дней?
- Какие проблемы? Можешь оставаться, сколько хочешь. – ответил Петр и отправился на кухню, чтобы поставить чайник.
Иван прошел в комнату и уселся на диван, свои вещи он оставил в прихожей. Ему и самому до конца еще не верилось в то, что он ушел из семьи. Это было так невероятно, так неожиданно даже для него самого, и уж тем более, для Марии.
- Ну, рассказывай. – скомандовал дядя, усевшись рядом с племянником.
- Я ушел из семьи.
- Допекли они тебя, наконец. – усмехнулся дядя.
- Допекли, не то слово. Собрался и уехал. Все. Закончилось терпение.
- Да уж. Надолго тебя хватило. Та еще семейка. Я бы на твоем месте так долго бы не выдержал. Ты слишком много позволял своей жене. Я бы ее давно уже на место бы поставил, и мамашу ее неугомонную. Ну, и что ты планируешь делать дальше?
- Не знаю. – растерянно ответил Иван.
- Ну, вот что. Работа, считай, у тебя уже есть. Крыша над головой, тоже. Оставайся жить у меня, вместе веселее. А то иногда и поговорить не с кем, тоска подкатывает.
- Так ты бы женился, и не было бы так одиноко.
- Ну уж нет! Меня так просто не возьмешь! Не родилась еще та, которая в ЗАГС меня затащит. Под каблуком жить – это не мое.
- Я тебе, правда, не помешаю? Если что, ты скажи.
- Да? И что ты тогда станешь делать? Назад вернешься? Слушай, Ванька, ну ты, честно сказать, удивил. Правильно и сделал, что ушел. Совсем она тебя в тряпку превратила, мужик в юбке.
- Не говори так, дядя. Она же, все-таки, моя жена. Дети у нас.
- Ты ее еще и защищаешь? Ну ты даешь! Мой тебе совет – подавай на развод поскорее, и дело с концом! А дети… Ну что дети? Не Вы первые, не вы последние разводитесь. Будешь помогать, да и все. А там, глядишь, встретишь нормальную женщину, полюбишь, снова женишься.
- Никого мне не нужно. Хватит. Нажился. Я теперь, как ты буду. Один.
- Поживем, увидим. Никто не знает, что там впереди. Ладно, что попусту болтать? Пойдем чай пить. Мне друг такой чай привез! Закачаешься!
Конечно, Петр Иванович был очень рад тому, что Иван ушел от Марии. Грустно, конечно, когда семьи рушатся, но лучше уж одному быть, чем с такой женой. Маша совсем растоптала своего мужа, перестала его уважать.
Хотя, если задуматься, Ваня-то у нее был очень хорошим мужем. Таких еще поискать. Всегда и во всем помогал, не пил, не гулял, детей любил, да и ее саму, тоже. Зарабатывал неплохо, все необходимое у них всегда было.
Только когда Маша осталась одна, поняла, кажется, насколько она глупа. Это же надо было так мужа загнобить, чтобы он из дома ушел, даже не пожалев детей. Марии еще предстояло рассказать им о том, что папа с ними жить больше не будет. А сделать это весьма непросто.
Маша до последнего надеялась на то, что ей удастся помириться с Ваней. Рано утром она отвела детей к матери и поехала в город на первом автобусе. Была суббота, Ванин дядя должен был быть дома. Мария надеялась застать там и его, и своего мужа.
Маша думала, что дядя, привыкший жить один, вероятно, встанет на ее сторону. Разве она могла предположить, что дядюшка, наоборот, будет рад их с Ваней разрыву? К обеду она уже была на месте и звонила в дверь Петра.
- Ну, что, Машка, за мужем приехала? – посмеиваясь, спрашивал он, когда открыл дверь.
- Где Ваня? – совсем не понравилась Маше дядина интонация, он, как будто издевался.
- Дома Ваня. Где же ему еще быть? Да вот только с тобой он говорить не хочет. Допрыгалась ты, Машка. – довольно говорил Петр Иванович.
- А это не Вам решать. В квартиру-то пустите, или мне начать кричать? Сейчас все соседи в курсе будут.
- Ну, заходи. – совсем не хотелось Петру становиться объектом внимания соседей.
Маша прошла в квартиру и сразу же столкнулась с мужем, который, услышав ее голос, занервничал. Он, конечно, предполагал, что Маша может заявиться, но надеялся, что этого не произойдет.
Не хотелось ему с ней объясняться. Это настоящая пытка. Но больше всего он боялся сдаться. Он боялся, что Маша уговорит его вернуться. Он не выдержит и даст слабину, а потом снова все по кругу.
Так и будет вечно виноватый во всем, вечно будет молчать и терпеть. Безусловно, в их совместной жизни было и хорошее. Особенно это хорошее случалось, когда Александра Владимировна куда-нибудь уезжала.
Ваня, вообще, всегда считал корнем всех проблем свою тещу. Он столько раз предлагал жене переехать куда-нибудь, чтобы жить подальше от назойливой мамаши, но Маша ни в какую не соглашалась.
У них с матерью была очень тесная связь. Они и дня не могли друг без друга прожить. Александра Владимировна постоянно учила жизни свою дочь, постоянно вмешивалась в их с Ваней отношения. Он постоянно ощущал ее присутствие в их с Машей доме. Вот пусть и живут теперь вдвоем.
- Собирайся, поехали домой. – в своем обычном приказном тоне заявила Мария.
- Зря, ты, Маша, приехала. Я никуда с тобой не поеду. Я же тебе уже все сказал. – старался держаться Иван.
- Не выдумывай. Ну что тебе здесь делать? Я понимаю, ты обиделся. Я уже попросила у тебя прощения. Да, я была не права, я перегнула палку. А теперь, поехали.
- Нет, Маша, не поеду. Я остаюсь здесь и скоро подам на развод.
- Да отстань ты от него. Неужели не слышала? Не хочет он домой. Он ушел от тебя. Смирись уже. – не мог на это спокойно смотреть Петр Иванович, понимая, что Иван, и правда, вел себя все это время, как тряпка, а ведь раньше он таким не был.
- А Вы не вмешивайтесь! – рявкнула на него Маша.
- Знаешь-ка, что? Это пока еще мой дом. И я не позволю тебе повышать на меня голос. Тоже мне, приехала за мужем, разоралась. Все, прошляпила ты Ванечку. Хватит! Лучше уезжай.
- Это еще не конец! – выкрикнула она со злостью и ушла, громко хлопнув дверью. продолжение