Ссылка на четвертую часть - здесь
Я тут подумал... "задолбал" меня этот безымянный "брат" и тому подобное, поэтому всем героям истории я дам имена. Ненастоящие, правда - дабы не вскрывать реальных личностей. Ведь в истории моей из вымысла - решительно ничего. Где-то что-то упустил, изменил незначительные детали. А в остальном - все правда. Поэтому брата будут звать Виктором, а еще одного человека, который появится в этой статье - Вадимом.
Жизнь входила в колею. Что тут еще скажешь - восемь лет! Можно было заняться собой, правда... в тот момент я понимал уже, что моя жизнь сконцентрирована вокруг брата, в ней не оставалось практически места для меня самого. Ну и ладно, думал я, это неправильно, но как-нибудь выпутаюсь. Ведь Виктор был единицей вполне самостоятельной, занимался своими делами и заводил друзей... но к концу примерно шестого или седьмого года я начал замечать учащение обострений, все чаще наблюдал сверток из одеяла, из которого доносились - от страха - блеющие вопли. Таблеток не было. Точнее - они были, но без корректора от них бы не было толку, поэтому о медикоментозном лечении пришлось забыть. До поры до времени - брат выбирался из своего одеяла и шел делать свои дела. Он был общителен - у него было больше знакомств, чем у меня, а рассуждал он категорически здраво. Но его сверхценный бред на месте не стоял - его преследователи "обнаружили" свою истинную форму, из чего я понял, что это и нелюди вовсе, а если и люди, то какие-то очень сильно мутированные. Для брата же в них не было ничего необычного. Они постоянно присутствовали в его жизни - то нависали под потолком, пугая его до чертиков, то прятались в ветвях деревьев под окном, производя точно такой же эффект. Мои уверения, что "там никого нету" результатов не давали. К тому же, ощущения об "облучении" выродились в нечто разумное и дружественное. Немного - и Виктор стал "женат" на особом виде энергии, с которым общался одному ему известным способом, внутри своей головы. Мои предположения о телепатии он с презрением отвергал. Для него это был совершенно нормальный, естественный способ общения. Но - внутри головы.
Со временем моя "насмотренность" развивалась. Я уже мог по переписке или по тону голоса в разговоре определить, когда "все так", а когда "что-то не так". Виктор, тем временем, увлекся туризмом и много времени проводил в пеших походах. По его уверению, это было единственное, что могло его заставить теперь "почувствовать себя живым".
Во время егодолгого путешествия в Приэльбрусье под конец оного переписка с ним перестала мне нравиться. "Жена" снова заговорила с ним, и он все чаще сообщал мне об изменяющемся пространстве. Картина развернулась, когда он приехал: брат слег. Еще никогда я не видел его таким. Сутками он лежал на диване. И, я не буду здесь опускать неприятных подробностей - он не ходил в туалет. Вообще. Для того, чтобы добиться этого, мне нужно было поднять его, отвести в положенное место - и только так он делал все свои дела. Когда я почувствовал, что от него начинает попахивать - а физиология у него такова, что не попахивать от него может очень долго - я отвел его в душ и вымыл самолично. Сам он не в состоянии был этого сделать.
Я понимал, что нужно переходить к лекарствам. Их была не проблема достать, но без корректора от них не было бы толка. Помог Его Величество Случай.
На тот момент я нашел работу, и работу любимую. Будучи уже человеком почти под сорок, я осознал, что призвание мое - варить людям кофе, и через это делать их счастливыми. Чем по сию пору и занимаюсь. Учитывая, что почти всю свою жизнь я проработал в сфере обслуживания, это далось мне легко.
Среди моих постоянных гостей (именно так, гостей, а не клиентов), был такой Вадим со своей девушкой. Поначалу он казался обычным, но, при ближайшем общении с ним оказалось, что он совершенно не обычный. Около восьми лет назад его сбила машина, и с тех пор его поврежденный мозг функционировал примерно так, как у людей с биполяркой. Но с каждым годом все хуже.
Тем не менее, мы сдружились, я поделился с ним проблемой, и оказалось - у него корректор был! И он его не принимал, так как ему его отменили. При его помощи и при помощи его мамы он передал мне часть своих запасов.
Лечение брата заняло несколько месяцев. Предыдущий нейролептик, который мы использовали, не дал таких же результатов, как в прошлый раз, к тому же, дал побочку на вес и тут же был отбракрван.
Лирическое отступление: вот вы как представляете себе шизофреника? Предположу: тощий, бритый, с плохими зубами, нелепо ухмыляющийся пациент психиатрической больницы. Но не таков был Виктор! Всегда пождар и худощав, но при этом имея мышцы, объективно красивое лицо, пронзительные серые глаза и длинные черные волосы, человек, выглядящий моложе своего возраста лет на десять, умеющий подать себя, никогда не нуждался в одобрении и женском внимании.
Видимо, чем естественнее красота, тем страшнее ее потерять. Я вот от двадцати до тридцати был тоже очень даже моложав и моделен, а ближе к сорока полысел и разжирел, и мне нормально. Брата это полностью не устраивало.
Как бы то ни было, при помощи Вадима и его мамы обострение удалось снять. Виктор теперь снова живет обычной жизнью и занимается своими делами. Таблетки принимает не всегда, а по необходимости - это наибольшее, что мне удалось от него добиться. Изменения психики есть - но, в целом, с такими он может прожить еще лет сто и остаться в здравом уме. А в этом и есть моя цель.
На этом завершаю часть пятую. А в следующейбудет уже не столько о Викторе, сколько о Вадиме. И время происходящего - настоящее время. Все, что было в прошлом, я на данном этапе уже рассказал.