Света проснулась в 7:14. Будильник поставлен на 8:00, но он и не нужен. Организм давно знает: нужно успеть — и всё.
Открыла телефон. Ни одного сообщения. Ни реакции. Ни «доброго утра». Хотя сторис с завтраком — была. И с котом — тоже.
Света встала, сварила себе кофе, потом перелила его в чашку с трещинкой. Любимую. Никто не просил её выбрасывать её. Её вообще никто ни о чём не просил.
На столе лежал список задач: «ответить клиентке, сделать рассылку, закрыть оплату, проверить презентацию». Она вздохнула. Села. Сделала. Никто не поблагодарил. Никто не заметил. Никто не спросил: “А ты как?”
Она записала сторис — улыбалась, рассказывала о своих наблюдениях, была лёгкой, как и нужно. Потом переслушала. Удалила. Слишком «грустный голос». Никто не любит «нытиков».
В обед Света открыла ленту. Все запускались. Радовались. Жили. Она поставила лайки. Написала: «Ого, какая ты молодец!» И снова — тишина в ответ.
Под вечер зазвонил телефон. Мама.
— Ты чего такая тихая? Всё хорошо?
— Да, всё отлично.
— Ну ладно. Ты же у меня сильная, со всем справишься.
Света кивнула. Молча. А потом села на пол. И смотрела в стену.Минут десять.Может, час. Она не плакала. У неё не было на это разрешения. Даже от самой себя. Ведь ничего не случилось. Всё — «в порядке».
Просто весь день энергия тихо утекала из неё. Как плед, который ты держал за край, а потом отпустил. И он остался на сквозняке. Внутри не было боли — только усталость. Не гнев — а опустошённость. Не одиночество — а ощущение, что ты — интерфейс. Функция. Удобство. Света умела быть нужной. Но не знала, как быть собой, если она не нужна.
Она давно уже не замечала, как отвыкла говорить «мне тяжело». Как стала ставить смайлики вместо «мне страшно». Как научилась замолкать первой — чтобы не слышать, что это перебор. Света привыкла. Жить на автомате.Отвечать быстро. Делать для всех. И — исчезать внутри себя.
Потому что однажды, очень давно, когда она сказала:
— Мне плохо.
Мама ответила:
— Перестань. У других ещё хуже.
И с тех пор Света не говорила.
Никому.
Никогда.
Света была. И жила в режиме «всё нормально», пока внутри уже ничего не осталось.
Если ты сейчас прочитала это и у тебя сдавило горло — напиши. Я помогу понять, что «так у всех» — не значит, что так правильно.