Я смотрел «Игру престолов» с упоением. Не пропускал ни одной серии. Ждал, как дождя в засуху. Даже начальные титры не перематывал — настолько всё было на пределе. Каждый вечер с новым эпизодом казался маленьким праздником.
Мир Мартина поглощал полностью, с головой, с холодным Севером и Железным троном. Я переживал за Старков, презирал Болтонов и внимательно следил за тем, кто у нас там ещё в списке тех, к кому не стоит привязываться надолго.
Да, ближе к шестому сезону в воздухе запахло гарью. Как будто огонь дракона нещадно прошёлся по логике сценария. Без книги под ногами Бениофф и Уайс начали идти вслепую. Иногда попадали, но чаще — нет. Казалось, им просто дали чемодан с бюджетом и сказали: «Снимайте красиво. А смысл... ну...».
И всё же, несмотря на финальные кульбиты, в виде стаканчика из Starbucks, сериал остался в списке тех, к которым возвращаешься. За атмосферой. За героями. За тем самым ощущением, что любой может пасть. Или исчезнуть. Или внезапно стать другим человеком. Буквально.
В любом произведении, будь то кино или книга, всегда найдётся персонаж, который остаётся с тобой. Не главный, не самый разговорчивый и точно не тот, кого чаще всего показывают. Для кого-то это Джон Сноу с его печальной харизмой. Кто-то фанатеет от Серсеи, потому что женщина с бокалом и короной — это всегда эстетика. А для меня таким персонажем стал человек, у которого экранного времени — с гулькин нос, но каждая сцена с ним завораживает. Якен Х’Гар.
И вот уже десять лет у нас одно и то же: догадки, фанатские теории, копание в диалогах. Кто он? Почему он? Зачем он? И, главное, а он ли? Я сам пересмотрел его сцены в сериале как минимум трижды, книги не читал, к сожалению. Возможно как-нибудь в будущем. Кажется, Якен — это не просто человек из вольного города Лората. Это какой-то хитрый мета-слой, срежиссированный лично Мартином. Личность, которая может быть кем угодно. Даже тобой.
И вот тебе пять причин, по которым я считаю Якена Х’Гара самым загадочным героем во всей вселенной Мартина.
Он не просто меняет лицо. Он будто редактирует свою суть.
Впервые мы видим его в клетке. И это уже странно. Ловить меняющего обличья — всё равно что пытаться поймать ветер в поле. Он мог бы исчезнуть в любой момент, раствориться в толпе, стать другим. Но почему-то сидит, терпеливо ждёт и… вежливо просит воду у девочки. Да, у девочки. Арья — как триггер для чего-то большего.
Если верить книге, Якен был пленён вместе с двумя откровенно смердящими уголовниками. Такое соседство для профессионального ликвидатора, мастера перевоплощений и служителя Безликого Бога — ну, мягко скажем, необычное. Как и его поведение. Он играет роль. Или испытывает её. Или — и то, и другое.
Лично мне всегда казалось, что его арест — это спектакль. Он пришёл не по ошибке, а по необходимости. Как актёр, заранее знающий, что его персонаж войдёт на четвёртой минуте, скажет три фразы и уйдёт — но публика запомнит именно его.
И ведь неслучайно он попадает в круг Арьи. Он мог быть в любом месте, в любом обличье, но он оказался рядом с девочкой. Совпадение? Дальше вы знаете.
Он не учит Арью, он создаёт её.
Люди говорят: «Якен обучил Арью искусству Безликих». Ну да, как бы не так. Он не обучал. Он ломал её. По частям. Сначала добрый, потом холодный, потом загадочный. То с тобой, то будто против тебя. Учитель, который не отвечает на вопросы. Только задаёт их.
Он манипулирует Арьей. Не откровенно. Не грубо. Скорее, мягко, но настойчиво. Сначала спасает. Потом даёт меч. Потом отнимает личность. Его стиль — не учить, а доводить до точки кипения. Где ты уже не знаешь, кто ты. И начинаешь быть тем, кем надо.
Мне нравятся персонажи, которые не заботятся о симпатии. Якен — именно такой. Он не хочет, чтобы его любили. Он хочет, чтобы ты стал другим. Даже ценой боли.
Он не учит. Он проектирует. Как скульптор, который не лепит форму, а отсекает всё лишнее.
Он появляется, когда нужно, и уходит, когда слишком много вопросов.
Случайные герои не исчезают с фразой «человеку нужно уйти». Это реплика не из диалога. Это почти комментарий к сценарию. Он как будто понимает, что камера сейчас повернётся в другую сторону, и больше его не будет. Не потому, что он исчез. А потому, что кадр с ним завершён. Монтаж пошёл дальше.
Он никогда не даёт информации больше, чем нужно. Только намёки. Только полутени. Он словно дирижёр, который слегка машет палочкой, и вот уже Арья уходит в Браавос, отказывается от имени, становится «никем». И когда она готова — он исчезает. Как хороший режиссёр, ушедший со съёмочной площадки, оставив актёра в кадре одного.
Каждый раз, когда Якен уходит — наступает поворот. Как будто он был нужен не как человек, а как катализатор. И как только химическая реакция пошла — он больше не нужен.
Меня это восхищает. Ни один персонаж не умеет так точно чувствовать момент. Не перегружая, не пересиживая. Просто: пришёл, сделал, исчез.
Он может быть кем угодно. И, возможно, уже кем-то был.
Фанаты ломают голову над одной мыслью: кто он? Кто был до? А может, он был кем-то из других персонажей? Может, он — Сирио Форель? Или сам Безликий Бог? Или чуть ли не Бенджен Старк с очень хорошим гримом?
Я не фанат теорий, где всё — одно лицо. Но, признаю, Якен — идеальный кандидат на скрытую идентичность. В книгах он появляется в обличии алхимика. Возникает вопрос: а сколько раз он уже это делал?
Он мастер перевоплощений. Настолько, что даже читатель не уверен, видел ли его на самом деле. Его сущность — не личность, а функция. Как будто он — инструмент воли Бога, который живёт в чёрно-белом доме.
Это пугает. Потому что если он был кем-то ещё — значит, он был ближе к другим героям, чем мы думали. И если он может быть кем угодно — он может быть и сейчас. Где угодно. Даже в тех главах, где мы его не ждали.
Он не имеет цели. Или имеет такую, которую мы просто не в состоянии понять.
У каждого героя Мартина есть мотив. Власть, месть, справедливость, любовь. У Якена… ничего. Он действует. Как будто по внутреннему сценарию. Или как будто исполняет чью-то волю. Он не добрый. Не злой. Он не за кого-то. Он сам по себе. Как мысль.
Это страшно. Потому что у него нет слабостей. У него нет желания быть кем-то. Его не за что зацепить. Он — как ветер, как случайность, как смерть. Спокойная, не торопящаяся, облечённая в серый балахон.
Я бы сказал, что он — чистая функция. Но это было бы слишком просто. Он не только функция. Он — напоминание. О том, что есть что-то выше. Что есть воля, не подвластная Железному трону и спискам.
Он всегда смотрит чуть дальше. Словно уже видел финал. И решил не мешать.
И всё же... Кто он?
Я не знаю. И думаю, никто не знает. Ни ты, ни я, ни Арья. Ни Сэмвелл Тарли, который мог бы в своей Цитадели покопаться в записях и найти какую-нибудь отсылку. Может быть, даже сам Джордж Мартин не до конца решил.
Но в этом-то и суть. В мире, где почти всё объясняется — должен быть кто-то, кто остаётся загадкой. Кто не требует финала. Кто уходит, не хлопая дверью. Кто ведёт себя, как настоящий режиссёр: появляется, когда тишина, и исчезает, когда сцена прожита.
Якен Х’Гар. Возможно, он просто человек. А может — что-то большее. Что-то древнее. Что-то без имени.