Многие видели кусочек этого поселка, проезжая по Владивостокскому шоссе - крыши теремов и замков с флигелями, башенками, мансардами, колоннами и архитектурными элементами, названия которым еще не придумали. Ни одного похожего строения – тут и красный кирпич, и силикатный, и шлакобетон, и дерево, и даже все это вместе. Казалось бы – типичный поселок «новых русских», внезапно разбогатевших в 90-е годы. Тем более, если знать названия улиц – Мадридская, Боярская, Королевская, Афинская, Версальская и так далее.
Однако «новые русские» не имеют к возникновению этого поселка никакого отношения. В момент его зарождения даже понятия такого не было. Создать здесь коттеджный поселок для передовиков производства с разных заводов придумала советская власть в 1988 году. Называлось это место тогда - товарищество индивидуальных застройщиков «Луч».
Это была последняя попытка советских властей подстегнуть индивидуальное домостроение. Раздел ИЖС был заложен в госпрограмму "Жилище-2000", которая начала действовать с 1985 года, с самого начала, и именно в нем тогдашний руководитель страны Михаил Горбачев видел перспективу. Но спросом обещанные льготные кредиты на свои дома у народа не пользовались. Большинство предпочитало просто ждать очереди на получение готовой квартиры от государства, тем более, все прекрасно знали о дефиците стройматериалов и строителей, которых не хватало даже на государственные крупные стройки. На мелкий объект найти подрядчика и материалы представлялось малореальным, а строить самому и добывать самостоятельно цемент, гвозди, кирпич и доски было такой морокой, что сейчас даже представить сложно.
Но в 1988-м году власти провели масштабную пиар-кампанию, улучшили условия кредитования и придумали эти самые товарищества индивидуальных застройщиков (ТИЗ). Их суть была в том, что людям обещали не только льготные банковские ссуды на 25 лет, но и финансовую и иную помощь предприятий, где они работали. Кроме того, государство гарантировало развитие инфраструктуры новых коттеджных поселков.
Взамен на эти плюшки человек писал расписку о том, что его можно снять с очереди на улучшение жилищных условий, а свою квартиру (если таковая имеется) он после постройки коттеджа сдаст государству.
На таких условиях желающих построить домик вблизи Владивостокского шоссе оказалось предостаточно. В ТИЗ «Луч», которому досталось 54 гектара, вошли рабочие и инженеры заводов судостроительного, отопительного оборудования, алюминиевых конструкций, нескольких строительных управлений. Пролезли, конечно, и всевозможные блатные – начинающие кооператоры, рестораторы, руководство мелькомбината и так далее.
Будущее представлялось очень перспективным. Рядом с «Лучом» планировалось строительство Юго-Восточной ТЭЦ. Будущим жителям поселка обещали водопровод, канализацию, централизованное отопление за счет государства.
А кроме того, был запроектирован общественный центр: магазин, парикмахерская, школа, детский сад и даже бассейн. Интересно, что судя по всему, высокопарные названия будущих улиц придумали не будущие жильцы, а какой-то веселый позднесоветский чиновник в городском управлении архитектуры. Во всяком случае ветераны «Луча» никаких собраний, где бы они решали вопрос с названиями, не помнили.
Отметим, что таких товариществ было создано в городе несколько. Но фактически до дела почти нигде, кроме «Луча», не дошло.
Так, сохранилась история мучений хабаровских авиаторов.
- Весной 1989 года в Хабаровске 75 работников Второго объединенного авиаотряда организовали товарищество «Союз». Им был выделен участок под строительство коттеджей, составлен проект генплана поселка, но получить ссуду на строительство в Сбербанке не удалось. Авиаторы даже направили «ходоков» в Москву, чтобы выяснить, почему им отказали в кредите и есть ли возможность его получить. В Минфине РСФСР, Минфине СССР, Совете Министров СССР, Сбербанке СССР «ходокам» не помогли. Все доводы о жилищных трудностях дальневосточников были выслушаны с вежливым равнодушием, – пишет в монографии "Жилищное строительство на Дальнем Востоке (1946 — 1991 гг.)" кандидат исторических наук Сергей Власов.
Да, сагитировав людей вложиться в ИЖС, государство почти немедленно их чуть-чуть кинуло, не рассчитав своих сил и не учтя усугубляющегося кризиса.
Например, известно, что в Хабаровске в 1988-1989 годах более тысячи человек обратились с просьбой снять их с очереди на жилье и предоставить участок с кредитом под строительство своего дома. Желающих оказалось гораздо больше, чем выделенных денег, и кредитов хватило лишь на 20 процентов заявок.
В дальнейшем денег больше не стало. Наоборот, страну залихорадило, начались серьезные перебои с поступлениями в бюджет. В 1989 году на уровне кабинета министров было принято решение максимально сократить кредиты населению. Местные власти, оставшиеся в условиях нарастающего политического хаоса фактически без контроля сверху, начали отказывать простым гражданам в предоставлении участков в черте города (непростым, конечно, не отказывали).
- В 1991 году трудности для рядовых застройщиков еще более усугубились. В Хабаровске более двух тысяч заявок горожан на строительство индивидуального жилья были отклонены. «В зоне городской черты свободных земель нет» — таков был ответ в Хабаровском горисполкоме. Вместе с тем в районе Северного были выделены земельные участки под строительство коттеджного поселка, застройщиками которого являлись генералы Дальневосточного военного округа. В 1991 году на пахотных землях Хабаровского совхоза развернулось интенсивное строительство двухэтажных коттеджей. Список застройщиков состоял из руководителей крайисполкома, строительных организаций, крупных промышленных предприятий, т.е. из советской и хозяйственной «элиты», – пишет Сергей Власов.
Тем не менее, в «Луче» до полного развала страны и экономики все же кое-что успели сделать, хотя масса денег ушла на непредвиденные расходы. В частности, оказалось, что вся территория под землей была усеяна как попало кабелями связи. Их пришлось вынести за поселок, уложив, как положено по СНиПам, в асбестоцементные трубы. В итоге на водопровод денег не хватило, вместо него пришлось бурить скважины, никакой канализации сделать не успели, проект Юго-Восточной ТЭЦ умер вместе с СССР. В общем, из всех обещанных благ государство только провело электричество.
Когда страна развалилась, две сотни индивидуальных застройщиков остались один на один со своими участками. Из плюсов можно назвать лишь то, что из-за гиперинфляции набранные кредиты фактически обнулились и люди рассчитались с банкирами уже через пару лет.
А вот осилить строительство своих коттеджей из первоначального состава застройщиков смогли буквально человек 10. Причем большинство из них были весьма небогатыми, им просто буквально негде было жить, так что у них не было другого выбора, кроме как путем невероятных усилий и ухищрений, все-таки продолжить стройку.
В начале 2000-х в поселке были обитаемы от силы 15 коттеджей. Жить здесь было страшновато. «Первопроходцы» вспоминали, как к ним приезжали бандиты вымогать деньги за «крышу» – мол, вы же здесь богатые, раз у вас свои коттеджи. А связи никакой не было. Машин у многих первопоселенцев тоже не было. Автобус тут не останавливался, сумки с продуктами приходилось таскать на руках за пару километров, что особо «доставляло» зимой, ведь дорог в этой местности никто не чистил. Прописаться было сложно, поэтому в ближайшей больнице на Красной Речке жителей просто не принимали. Милиция на Красной Речке говорила, что за поселок отвечает отдел в Южном, а оттуда людей посылали обратно на Красную Речку.
Обитатели «старого» частного сектора и дач по соседству иронично называли местных жителей «мадридскими боярами», а наиболее несознательные из них старались стащить со строек все, что плохо лежало. В результате родилась традиция заводить себе собак побольше и по количеству алабаев и тому подобных пород этот район теперь даст фору, пожалуй, любому другому.
За последние 20 с лишним лет все изменилось в лучшую сторону. Участки потихоньку выкупаются у первоначальных владельцев и застраиваются. В итоге здесь сложился настоящий архитектурный заповедник. Тут имеются все стили ИЖС – от огромных трехэтажных замков в «цыганском стиле» 90-х, где для полноты картины не хватает лишь лучников на стенах, до вполне стильных домиков в эргономичной манере 2020-х. От красивых стилизаций под хабаровскую старину с использованием серого маньчжурского кирпича до «я тебя слепила из того, что было».
Причем до сих пор осталось порядочное количество пустующих участков, а несколько коттеджей стоят недостроенными уже как минимум 15 лет.
Улицы здесь в таком состоянии, что хороший джип для местного жителя это не роскошь, а жизненная необходимость. Рядом провели новую объездную трассу, но помимо плюсов с транспортной доступностью добавился и минус – вечный шум, от которого не спасает даже шумозащитный экран.
- Мы уже потеряли веру, что благоустройством здесь кто-то займется. В течение двадцати лет на наших улицах нет освещения. По вечерам, особенно зимой, мы до остановки ходим с фонариками встречать наших детей и родственников. Два десятка лет сами подсыпаем дороги, сами делаем ямочный ремонт и углубляем канавы, чтобы не топило улицы, но из года в год ситуация повторяется. Везде грязь, месиво, колеи. Пешком в дождь дойти из дома до Владивостокской трассы можно только в резиновых сапогах, - рассказала Наталья, жительница поселка.
Органы власти на все обращения присылают традиционные отписки в легендарном стиле «денег нет, но вы держитесь». Подразумевая – «ну раз у вас коттеджи, значит вы богатые, сами там как-нибудь».
Такая вот занимательная история казалось бы обычного коттеджного поселка на краю города.
Напомним, ранее мы рассказывали о районе «Интуриста», где большая часть населения – не хабаровчане; об улице Кавказской, где при всех властях пытались возвести нечто грандиозное, но строители регулярно сталкивались с непредвиденными сложностями и мало что из задуманного сбылось; о районе 19-й школы, которая с самой постройки известна своими заплесневелыми стенами; об улице Слободской, которая славится самым, пожалуй, бестолковым перекрестком Хабаровска. Об этом, а также о многом другом читайте в разделе «Городские истории».
Иван Васильев, новости Хабаровска на DVHAB.ru
Фото Данила Бирюкова