Страдалец
В лазаретном помещении стояла удушливая жара. Впрочем, лишь Васька упорно называл эту ржавую будку отжившего своё "газона" столь громким именем. Но надо отдать должное этому юркому роботу — внутри царили идеальная чистота и порядок. Во всяком случае до того момента, как я, перепачканный грязью, закопчённый и истекающий кровью, ввалился внутрь и рухнул на операционный стол, это было именно так. Полуденное солнце раскалило металлическую обшивку, а древний кондиционер еле-еле работал на минимальной мощности.
— С тобой всё в порядке, — проскрипел Васька, выдвигая свою круглую голову на телескопической штанге. — Пара царапин и два пулевых отверстия в мягких тканях. Полное восстановление через неделю. Но лекарства и дезинфекцию помещения придётся оплатить.
— Естественно, — буркнул я, оглядывая опутавшие меня капельницы и медицинские датчики.
— Игра стоила свеч? — поинтересовался робот, выдвигая из нижнего отсека мягкую щётку для уборки принесённого мной песка и мусора.
— О да, более чем, — усмехнулся я.
— И где же они?
— Всегда при мне, Вась. Такую добычу я бы не оставил без присмотра.
Снаружи донёсся рёв перегретого двигателя, борющегося с жарой и песком. Раздался скрип тормозов, и через мгновение в дверь лазарета гулко застучали.
— Васька, открывай! — раздался встревоженный голос Катерины.
Робот заспешил выдёргивать капельницы.
— Нет, оставь! — прошептал я, сжимая зубы. — Иди открой. Ни слова о моём состоянии. Если спросит — соври что-нибудь трагичное. Понял?
— Тебе бы бросить эту привычку, — проворчал робот, покачивая головой на штанге, но послушно направился к двери.
Я быстро осмотрел себя. Армейские брюки были порваны и пропитаны кровью в месте удара механической клешнёй. Один наколенник остался на месте, второй я потерял, пробираясь через тесный техтоннель. Разгрузочный жилет и любимая куртка покрыты копотью и грязью. Рукав оторван, кожа в царапинах и засохших потёках крови. Медицинская клеёнка на столе испачкана бурыми отпечатками и усыпана песком. Отлично! Я принял самое страдальческое выражение лица.
Дверь со скрипом открылась, обнажив колышущееся марево над раскалёнными песками, и в проёме возникла Катерина. Что ни говори, а выглядела она потрясающе. Жаль, что нам довелось провести вместе так мало времени. Правильные черты лица, стройная фигура. Пыльная одежда и потрёпанная М-4 на ремне придавали ей особый шарм — типичный образ караванщика. Тёмные волосы растрепались, отдельные пряди прилипли к вспотевшей шее.
— Боже, Саша, что с тобой? Как ты?! — встревоженно воскликнула она, бросаясь ко мне. — Я отвлекала их как могла! Расстреляла шесть магазинов! Пришлось заводить машину и уводить остатки охраны в пески!
Винтовка со звоном ударилась о край стола, и Васька неодобрично загудел. Если появится царапина, он будет пилить меня об этом месяц.
— Я в порядке... — слабым голосом протянул я.
Катя быстро осмотрела торчащие из меня капельницы.
— Вася, он же "улучшенный", неужели всё так серьёзно?!
— Генетические модификации бессильны, — проскрипел робот. — Урон слишком велик. На восстановление потребуется много времени. — И вернулся к подметанию песка.
— Чёрт, Саша, мне так жаль...
— Пустяки, — болезненно простонал я и медленно, дрожащей рукой полез в подсумок. — Прости, не успел взять всё... Вынес только это.
На грязной ладони позвякивали два энергокристалла, выработанных на треть. Внутри этих странных образований клубился дым и вспыхивали молниеподобные разряды.
— Да, маловато... — разочарованно протянула девушка.
— Сделал всё, что мог... Но насчёт оплаты... Сам понимаешь...
Я скривился от мнимой боли, прекрасно зная, что в другом подсумке лежат ещё шесть кристаллов, три из которых абсолютно новые.
— Да, конечно, — закивала Катя, доставая из кармана плотно набитый бумажный пакет. — Вот. Как договаривались.
Она развернула хрустящий свёрток, показав толстую пачку цветных купюр. В пустошах они пока не прижились, но стоило отъехать подальше — и можно было найти им достойное применение. Да и оставшиеся кристаллы я всегда мог выгодно сбыть.
Катя завернула деньги в конверт и, явно нехотя, положила его мне на грудь.
— Что ж, два кристалла лучше, чем ничего... — вздохнула она, явно расстроенная. — Выздоравливай, Саша. Васька, следи за ним!
Робот гудел в ответ. Катя направилась к выходу, но вдруг остановилась, развернулась и быстро подошла, чмокнув меня в потрескавшиеся губы.
Мне стало немного стыдно за обман. Ведь мы провели несколько дней вместе, сидя у костров, делясь историями и планируя операцию. Мне даже казалось, что между нами пробежала искра. Отстранившись, Катя улыбнулась и вышла. Хлопнула дверь, взревел мотор, и шины зашуршали по песку, унося её прочь.
Я ещё немного подумал о том, что могло бы быть между нами, и поднял конверт, запустив в него руку. Но вместо денег нащупал лишь обрезки старых журналов и белый листок с аккуратной надписью: "Обманывать нехорошо".
— Твою мать! — я подскочил на столе и полез в другой подсумок. Вместо шести кристаллов там осталось только два — ровно столько, чтобы хватило нашим системам добраться до цивилизации и продержаться до нового контракта.
Я ругался, выдёргивая капельницы.
— Васька, нас кинули! Вот ведь Катька, чертовка!
— А я говорил — пора завязывать, — проскрипел робот, помогая мне.
— Завязывать с чем?
— Враньём.