Было утро.
Точнее, по часам утро, а по состоянию Еплана — глубокая ночь.
Он лежал на диване, в обнимку с подушкой в форме капусты, и раздумывал о смысле жизни и ценах на сосиски.
Как вдруг зазвонил телефон.
Не мобильный — стационарный, с диском, которому лет сто.
— Еплан слушает. Если это из банка — пошли лесом.
На том конце зашипели: — Это музей «Дом культуры и старой плесени». Украли ценность. Срочно приезжай. Будда пропал!
Выезд
Еплан натянул свой фирменный плащ с пятном в форме утки и отправился.
Музей находился между магазином “Рыболов-Патриот” и ларьком, торгующим сигаретами поштучно.
На месте его встретил завхоз Сидор — подозрительный тип с лицом человека, который однажды пытался сварить суп из пепельницы.
— Будда пропал, Еплан. Из красного дерева. Привезли на выставку из Коврова.
Еплан осмотрел место преступления:
Пыль
Стакан с остатками дешёвого коньяка
И следы от ботинок 45-го размера, оставленные в спешке.
Таракан Боря вылез из кармана и прошептал: — Пахнет кражей, брат.
Расследование
Еплан начал опрашивать персонал:
Бабу Зину из гардероба — она в этот день потеряла очки и принимала шубы прямо в кастрюлю.
Охранника Федю — тот спал, обняв огнетушитель.
Экскурсовода Марину — странная женщина, которая рассказывала детям, что Будда любил солёные огурцы.
Наконец нашёл зацепку: Уборщица Галина Петровна призналась, что видела как некий тип в спортивках с надписью “Таганрог” нёс что-то деревянное, завёрнутое в газету “Аргументы недели”.
Развязка
Еплан и участковый Гена поехали по наводке в местный ломбард.
И действительно — там стоял Будда, украшенный гирляндой из сушёных вобл.
Хозяин ломбарда объяснил: — Какой-то мутный в трениках сдал. Сказал — “Дерево с Азии. Может, продадите на шашлык”
Забрали статуэтку, угостили Гену коньяком, а Еплан получил бесплатный абонемент в музей на год.
Правда, ходить туда он не собирался. Там было скучно и пахло старой квашеной капустой.
Финал
Будду вернули.
Преступника так и не нашли.
Но участковый Гена пообещал, что если увидит кого-то в спортивках с газетой — сразу заломает.
А Еплан ушёл в ночь.
В обнимку с пакетом пельменей.
И мысленно повторял:
"Ничего вечного нет. Даже Будда может уйти. А я — нет. Я всегда вернусь."
Мораль:
Если ценность стоит дороже бутылки коньяка — в музее её оставлять опасно.
А ломбард знает всё.