Предыдущая глава
Семён крепко держал Валеру за горло. Они стояли в тёмном сарае. Полина Васильевна уж давно десятый сон смотрела.
-Пусти - прохрипел Валера. Как назло, под руками ничего. Хоть бы чем-нибудь ударить, огреть посильнее. Внутри закрался липкий подлый страх. Холодный пот заструился по спине. Ведь порешает. И мать, и его. И ничего ему за это не будет. Никто в деревне не видел Семёна и знать не знает, что гость у них уж целый месяц живёт.
И не выгонишь. Семён всё мать задабривал. Гостинцев навёз. По-хозяйству помогал. Забить, подбить. Полина Васильевна сына-то всё допроситься не могла, а тут чужой без лишних слов всё на совесть делает. Нарадоваться не могла она на Семёна и Валерке втихаря в пример ставила.
А Валерка злился. Пить даже на время бросил. Не до вина ему. Уж думал, что никогда с прошлым больше не столкнётся. Ан нет. Нашёл он его, г.д. Разыскал.
-Я ещё тогда тебя убить должен был. А вместо тебя в жену свою попал.
Семён скрипнул зубами и ещё сильнее сжал горло Валеры. Много лет назад, будучи бравым солдатиком, этот паршивец его жену соблазнил. Они до него душа в душу жили. Детей только родить не могли. У Семёна по этой части проблемы имелись. В детстве переболел свинкой. Но Люда его и таким любила. А ребёнка со временем собирались из детского дома взять. Крохой прям. Людочка медсестрой в военной части работала, сам Семён прапорщиком служил. Всё у них было стабильно и отлажено. Планы строили на будущее.
Ему этот Валерка сразу не по душе пришёлся. Молодой, да борзый. Вёл себя нагло с первого дня. Он вокруг медсестры Людочки долго крутился. И так и сяк обхаживал. А она ни в какую. Семёну пожаловаться боялась, зная его вспыльчивый характер. Валерке этому как с гуся вода, а Семёну влепили бы по самое не хочу. Вот и молчала. Думала, паренёк отстанет от неё скоро.
А Валерка не отстал. На увольнительной подкараулил Люду и силой взял. Она и тогда смолчала. Семён на сутках был. Утром вернулся, а Люда пластом лежит. Заболела, мол. А сама в глаза не смотрит, всё коленки под себя поджимает и чуть ли не в слёзы кричит.
Через месяц выяснилось, что беременна она. Семён тогда впервые на жену руку поднял. Напился, естественно, перед этим. От кого, мол? Орал, посуду бил. А Люда молчит как партизан. Головой только машет и успокоиться просит. Прощения всё просила и твердила, что раз Бог дал, то будет рожать. Аборт ни за что сделать не согласится, даже если Семён бросит её.
А куда им расходиться? Когда квартиру вот-вот свою дадут. Семён вроде успокоился, но зло затаил. Следить стал, выяснять, что да как. Правда вскоре всплыла наружу, и про Валерку стало Семёну всё известно.
Ревность мозг затуманила. Прямо на службе сорвался с места и в казармы солдатские. У всех на виду Валерку за шкирку схватил и потащил куда-то. Переполоху было. Люде тут же донесли. Она, бедная, в мороз, в халатике своём медицинском, да по рыхлому снегу бежит, руками Семёну машет. А тот, не оборачиваясь, знай солдатика тащит на разборки.
Возле склада остановился дух перевести, а Валерка вздумал сбежать. Тут-то и стрельнул в него Семён, глаза зажмурив. А когда открыл, только Людочку свою увидел и огромное красное пятно на её белом халатике. Голубые глаза её в небо устремлены были, а руки в стороны раскинуты. Оказывается, вкруговую оббежала она, чтобы Семёну наперерез выскочить. И выскочила ...
Семён выл возле тела жены, как раненый зверь. Как волк, потерявший свою волчицу. Тупая и безнадёжная боль раздирала грудную клетку. Он даже не почувствовал, как его скрутили. Под трибунал попал, срок ему дали, и пошёл он по этапу. Пару лет назад вышел на свободу. От звонка до звонка отмотав.
Полжизни коту под хвост. Кому он нужен? Зек. Ни жилья, ни работы, ни семьи. И зачем ему такая свобода? Стал пить первое время. Да кочевать из города в город. Случайными заработками перебивался. То к одной одинокой бабе пристрянет, то к другой. А Люду свою всё из сердца вырвать не мог. И г.д этот Валерка перед глазами всё стоит. Жажда мести сердце изъедает.
Взял себя Семён в руки и устроился в морской порт. Поначалу принеси-подай, потом втянулся в местные делишки. Обзавёлся знакомствами нужными. Пить его уже не тянуло. Какой пить, когда такие перспективы открылись и денег немерено можно срубить!
В частном секторе почти за бесценок домишко себе Семён приобрёл, "Жигулёнок" купил. Старенький, но на полном ходу зато. На личной жизни запрет поставил. Теперь, вроде как, финансово наладилось у него, то можно и месть свою осуществить.
По старым связям выяснил про Валерку. Пришлось в часть смотаться, винца с одной дамочкой попить. Она раньше заведовала в части всеми личными делами служивших солдатиков и даже в своё время Семёну глазки строила, да он Люде верен всегда был и её единственную любил.
Так и выяснился адрес Валеры. Вернувшись домой, Семён отгула себе наработал и, затарившись гостинцами, отправился в путь.
-Она сама лезла ко мне - прохрипел Валерка, вывев Семёна из воспоминаний прошлого - я не виноват. Ребёнка всё хотела, а про тебя говорила, что ты бесплодный.
Семён раздул ноздри от злости, глаза сверкали в полумраке.
-Не верю тебе. Врёшь ты всё, г.д - прошипел он.
Валерке уже дышать нечем было. В голове тяжело, в висках стучит. Он задыхаться начал, пытаясь отпихнуть от себя Семёна. Да куда там. У того силищи поболее его будет. Валерка-то пропил всё на свете. И молодость, и силу свою. В трухлявого пьяницу превратился. Помнил он всё, и изнутри его грызла совесть. Потому и не женился ни на ком, и жизнь свою под откос пустил. Думал, что вино заглушить поможет тяжёлые воспоминания. Никто не знал о том, что в части произошло. Ни мать, ни отец.
-Ну убей тогда меня, убей - из последних сил прохрипел Валерка - и дело с концом. Если легче тебе от этого станет.
Семён сжал зубы и вдруг с рыком убрал руки, отвернулся. Голову обхватил. Не мог он, не мог. За спиной было слышно, как Валерка кулем рухнул на земляной пол и никак отдышаться не мог.
-Живи, ск.тина - Семён с презрением сплюнул себе под ноги - убил бы тебя, да мать твою жалко. Ей спасибо скажи. Двух потерь с неё и так достаточно. А ты и без меня наказан жизнью. Будешь так пить, недолго тебе жить останется.
Семён шагнул за порог, скрипнув дверью. Правильно он поступил или нет. Легче ему всё равно не стало бы. Впотьмах собрав свою сумку, Семён вышел за калитку и пошёл по просёлочной дороге. Может, и не зря приехал. Хотя бы будет знать, что свою жизнь Валерка устроить так и не смог.
На госдороге попутных машин в такой поздний час не было. Пришлось до ближайшей остановки шагать и прикорнуть там в углу, в ожидании первого рейсового автобуса в город. А там на вокзал и домой. Жизнь всех обидчиков сама наказывает, а носить месть в душе - это что камни тяжёлые копить. Самому только от того худо.
***
Ангелина Игнатьевна занялась подготовкой к свадьбе. Ей как стало известно о беременности Леры, так она времени даром терять не стала. Олег тут же был поставлен в известность. Теперь нет смысла ждать, пока после смерти Тамары год пройдёт. Ребёнок должен родиться в законном браке, и точка.
Богатого торжества уже не будет в ресторане, да с музыкой живой и многочисленными важными гостями. Но зато роспись в загсе будет, как положено. А застолье они и дома устроят, пригласив только самых близких друзей с обеих сторон.
Лера была возмущена поступком матери.
-Ты зачем всё рассказала Ангелине? Зачем? Кто тебя просил? - кричала она, пока отца не было дома.
-А затем, что свою жизнь под откос пустить я тебе не дам - спокойно отвечала Анастасия Витальевна.
-Я не хочу рожать! Я не хочу замуж! Я сделаю аборт и уеду от вас! - билась в истерике Лера.
-Пока папа тебе позволял, ты могла везде путешествовать. Убить ребёнка я тебе не дам, чей бы он ни был. А замуж ты выйдешь, как миленькая. Я тоже в своё время стояла перед выбором. И сейчас о своём решении нисколько не жалею. И ты не пожалеешь. Олег надёжный, пойми, а твой Зубов - он аферист, мошенник. Думаешь, папа не выяснил про него всё? Он же лапшу тебе на уши навешал, дурочка.
Анастасия Витальевна пыталась вразумить свою дочь, как могла. Всеми правдами и неправдами. Но Лера мать не слышала и не хотела слышать голос разума. Она в чём была, в том и выскочила из дома. Под проливной летний дождь. Ноги сами понесли её к дому Ромы Зубова. Она сама не понимала, зачем её туда несёт. Но какая-то неведомая сила направляла именно туда.