Июль… Люди разлетаются в отпуска, прячутся в тени пляжных зонтов и тишине лесных озёр. Но в небесах — совсем другой календарь. У птиц — не отдых, а экзамены. Их лето — пора родительских подвигов. Миллионы гнёзд полны пухлых, непропорциональных птенцов, жадных до корма и любви. Всё, что есть в телах и сердцах крылатых родителей, отдано им.
Вот, на сосне, в тени смолистой хвои, слышен хрупкий треск: в гнезде чеглочихи лопнула скорлупа. Первый птенец, белопуховый, странно непропорциональный, с огромным клювом и тяжёлой головой, появляется на свет. Смешной, беззащитный, нелепый. Но в этой нелепости — будущее совершенство. За ним один за другим вылупляются братья и сёстры — будто клубок уродливых комочков, которые когда-нибудь станут грациозными охотниками неба.
У чеглоков обязанности делятся строго: мать — нянька, отец — добытчик. Он охотится далеко, и, едва подцепив жертву, выкрикивает звонкое «кью-кью-кью» — сигнал, что добыча есть. Мать, дремавшая в гнезде, мгновенно узнаёт его голос. Она вылетает навстречу, и где-то в двухстах метрах от гнезда, в воздухе, они совершают древний ритуал: в перевороте она принимает из его когтей трофей и уносит его к «разделочному пункту» — ветке, где ощипывает, съедает немного и приносит в гнездо лучшее.
Она кормит бережно, почти священнодействуя. Крошечные кусочки мяса по одному подаются клювом, а неуклюжие головы птенцов тянутся навстречу. Тот, кто сумеет ухватить, проглатывает с такой страстью, что падает навзничь. После трапезы — короткий сон. До следующего возвращения самца.
У одних чеглоков он приносит пищу каждые несколько минут, у других — раз в четыре часа. Всё зависит от вкусов: одни предпочитают певчих птиц, другие — насекомых. Чеглоки-насекомоеды «перекусывают» стрекозами по десятку в час, но и их охота — не беспечное дело.
В безоблачном небе они кажутся чёрными точками, едва различимыми. Только в бинокль видно: резкий манёвр, вспышка движения, вытянутая лапа — и клюв касается улова. Потом вниз падают ненужные части: крылья, головы жуков. Особенно часто — навозников. Как оказалось, эти жуки поднимаются высоко в воздух без видимой цели — быть может, сами не зная, что станут лёгкой добычей.
Но стрекоза — дело другое. На неё чеглок идёт в пикирование — как пуля, как молния. Убирает крылья, бросается с высоты, будто срывается с неба. Падение — почти со скоростью 300 км/ч. Сближение с жертвой происходит за доли секунды. Удар слышен за сотню метров. Птицы боятся этого силуэта — даже стрижи и ласточки, прирождённые лётчики, скрываются при виде резкого падения, отличающего охоту от обычного парения.
Жертвы — чаще всего жаворонки, стрижи, мелкие птицы. Числа поражают: одна семья чеглоков за сезон съедает сотни птиц. Но порой добычей становится и мышь, землеройка. Чеглок, вопреки старым представлениям, может схватить её с земли. А бывает, что добыча вырывается… из когтей другого. Наблюдали, как самка чеглока отняла мышь у пустельги, не стесняясь ни приличий, ни возмущённых криков.
Иногда в меню — ночные мотыльки, особенно сосновые бражники. Чеглоки охотятся даже в полумраке — на рассвете и в сумерках. Потому что в это время из гнезда слышится негромкое, но непреклонное: «есть, есть, есть…»
Птенцы растут. Глаза — уже разумные, требовательные. Они больше не довольствуются угощением из материнского клюва. Хватают сами. Взъерошенные, крикливые, бросаются на мать, вынуждая её просто ронять пищу в гнездо. Так начинается обучение охоте.
Сначала — «прогулки» по ветвям. Карабканье, срывы, попытки вспорхнуть. Один птенец делал 14 попыток, прежде чем смог забраться чуть выше. Затем — первое парение. Первая еда на лету. Промахи, пересчёты воздуха, недолёты. Родители разворачиваются, повторяют заход. Терпение — главная добродетель чеглоков.
А потом начинаются охотничьи игры. Кидание друг на друга с высоты, резкие манёвры, атаки без намерения причинить вред — «казаки-разбойники» на крыльях. Птенцы учатся быть быстрыми, непредсказуемыми, точными.
К концу августа они ловят стрекоз, почти не промахиваясь. Но перед ними — путь. Осень, миграция, Африка. Как справятся с дорогой те, кто ещё не умеет ловить птиц? Уйдут ли с родителями? А может, сами? Нико Тинберген, наблюдавший чеглоков, признаётся: «Не знаю».
И правда — кто знает?
Подписывайтесь на наш канал в ТЕЛЕГРАМ, там много интересного!
Также подписывайтесь на наши паблики и YouTube каналы Zoo и Планета Земля по ссылкам в описании. Также мы загружаем эксклюзивные видео в Дзен! Спасибо за обратную связь, лайки, комментарии и репосты!