Найти в Дзене
"Один в дороге"

"Серпантин в туман: как Кабардинка научила нас бояться дороги больше, чем моря"

Пролог. Первое утро 5:30 утра. Кабардинка ещё спит, укутавшись туманом, когда наш "УАЗик" с пробоиной в глушителе начинает утренний ритуал — кашлять, чихать и наконец заводиться. Впереди — 15 километров горного серпантина, где каждое утро нас ждёт русская рулетка: — Проскочим сегодня?
— А хрен его знает... Внизу, в бухте, качаются яхты курортников. Они не знают, что в пяти минутах от их "райского отдыха" начинается наша реальность — узкая лента асфальта, где встречная фура может стать последним, что ты увидишь в этой жизни. Глава 1. Дорога, которая учила молиться Тот серпантин не зря называли "коридором смерти": Мы ездили зимой. Когда дорога становилась стеклянной, наш водитель Лёха включал "спецрежим": Как-то в феврале мы застряли на середине подъёма. Колёса буксовали, сзади сигналили, а внизу, в пропасти, уже мигал аварийкой какой-то смельчак, не рассчитавший поворот. Тогда мы впервые выгрузили инструмент — не для работы, а для балласта.

Пролог. Первое утро

5:30 утра. Кабардинка ещё спит, укутавшись туманом, когда наш "УАЗик" с пробоиной в глушителе начинает утренний ритуал — кашлять, чихать и наконец заводиться. Впереди — 15 километров горного серпантина, где каждое утро нас ждёт русская рулетка:

— Проскочим сегодня?
— А хрен его знает...

Внизу, в бухте, качаются яхты курортников. Они не знают, что в пяти минутах от их "райского отдыха" начинается наша реальность — узкая лента асфальта, где встречная фура может стать последним, что ты увидишь в этой жизни.

Глава 1. Дорога, которая учила молиться

Тот серпантин не зря называли "коридором смерти":

  • 400 метров обрыв без отбойников
  • 12 слепых поворотов, где две машины не разъезжались
  • 1 роковая развилка, где в 2016-ом улетел автобус с туристами

Мы ездили зимой. Когда дорога становилась стеклянной, наш водитель Лёха включал "спецрежим":

  1. Высаживал всех, кроме сварщика (для балласта)
  2. Цеплял цепи на колёса
  3. Крестился трижды — в православной, мусульманской и атеистической манере (на всякий случай)

Как-то в феврале мы застряли на середине подъёма. Колёса буксовали, сзади сигналили, а внизу, в пропасти, уже мигал аварийкой какой-то смельчак, не рассчитавший поворот. Тогда мы впервые выгрузили инструмент — не для работы, а для балласта.