Дорогой читатель, если ты не СОТ, но работаешь в офисе, представь ситуацию: в вашем общем помещении стоит древний самовар 1976 года вместо нормального чайника. Ты идёшь по кабинетам, пишешь письма, пытаешься объяснить, почему это неудобно, небезопасно и вообще странно. Примерно так себя чувствует СОТ, когда борется за улучшение условий труда.
Действие первое: Голос разума в пустыне
СОТ Василий был человеком простым, но грамотным. Он читал правила, знал нормативку и, что самое страшное, пытался внедрять её в жизнь. И вот однажды пришёл он к своему начальнику, грозному Пётру Семёновичу, с предложением:
—Дорогой Пётр Семёнович, у нас тут катастрофа локального масштаба. В цехе пыль стоит такая, что скоро можно будет кирпичи лепить прямо из воздуха. Вытяжка — герой труда, работает с 1983 года, проржавела до состояния ситечка. Нужно срочно менять, иначе люди этим дышат, техника сдыхает, да и штрафы на горизонте — вот, всё по правилам расписано.
Начальник на мгновение отвлёкся от изучения бюджета, в котором графа "Персональная премия" была существенно больше графы "Охрана труда", и смерил Василия взглядом.
— Василий, пошел-ка ты нахер. — ласково промурлыкал он, явно поставив точку в разговоре.
— Но, Пётр Семёнович…
— Ты зарплату за что получаешь? За то, чтобы мне о проблемах рассказывать? Или за то, чтобы их решать? Вот и решай. Иди колдуй, но без моих денег.
Пауза. Василий молча переваривает услышанное.
Варианты развития событий:
1. Забить и ждать, когда сотрудники начнут дышать пылью напрямую, а вопрос с вытяжкой как-нибудь отпадёт вместе с лёгкими.
2. Попросить работников принести что-нибудь из дома. У кого, может, есть кухонная вытяжка на даче. Народ у нас изобретательный.
3. Думать нестандартно и выкручиваться.
Василий выбирает третий вариант.
СОТ против системы: первый бой
Как именно он решает проблему – тайна за семью печатями. Может, достал вытяжку через какие-то полуподпольные каналы, может, обменял на бутылку технического спирта у знакомого снабженца. Факт остаётся фактом: проблема вроде как решена. Вроде.
Роковая проверка: удар под дых
Но Вселенная – дама ехидная. Она помнит каждую хитрость, каждый недосмотр, каждый компромисс. И вот, спустя месяц, на предприятии появляется ОНА – проверка.
Как опытный палач, инспектор неспешно прогуливается по цеху, нюхает воздух, ощупывает стены, заглядывает в бумажки. Потом поднимает голову. Видит: вытяжка есть... но не та. Не по нормативам, не сертифицирована, неясно откуда взялась, и вообще — зачем она тут так странно гудит?
Василий потеет. Пётр Семёнович делает вид, что не при делах.
Результат – штраф. Сочный, жирный, с официальными печатями и уведомлением.
Катарсис: коллективная ненависть
Наступает момент истины. На ковре у начальника.
– Василий, ты козёл. Я тебе плачу зарплату, а мне штраф прилетел!
Василий мог бы ответить:
— А мне зарплату платят не для того, чтобы я крайним при твоих косяках оставался.
Но он также был человеком осторожным, поэтому просто кивнул, ушёл в свой кабинет, сел, закрыл лицо руками и тихо рассмеялся.
Что делать СОТу, когда начальник – Пётр Семёнович?
1. Пиши официально – записки, докладные, отчёты. Без бумажки ты просто «Вася, который ноет».
2. Дави на выгоду – меньше травм = меньше больничных = выше производительность. Может, дойдёт.
3. Зови в союзники – работяг, профсоюз, неравнодушных ИТР-ов из других отделов. Одного задавят, толпу услышат.
4. Не будь крайним – документируй, сохраняй доказательства. Штраф найдёт виноватого, но пусть это будешь не ты.
Работа СОТа – это постоянный баланс между «надо» и «не дадут», между логикой и корпоративным абсурдом. Вас могут не слушать, вас могут делать крайним, но именно вы – тот, кто реально защищает людей, даже если начальство этого не ценит.
И в этом нелегком деле мы с вами – морально, информационно и по-человечески. Мы понимаем, насколько тяжело пробивать бетонное «и так сойдёт», знаем, как это – объяснять очевидное, и помним, что за каждым СОТом стоит не только работа, но и человек, которому иногда просто хочется, чтобы его услышали.