Эпоха Нового Царства: Египет расправляет крылья
История Древнего Египта насчитывает три тысячелетия, но, пожалуй, самым блестящим и динамичным ее периодом была эпоха Нового Царства (примерно 1550-1070 гг. до н. э.). Это было время, когда Египет, оправившись от унизительного владычества кочевников-гиксосов (изгнанных около 1550 г. до н. э. фараоном Яхмосом I, основателем XVIII династии), не просто восстановил свою независимость, но и превратился в могущественную империю, раскинувшую свои владения от Нубии на юге до реки Евфрат на севере. Фараоны Нового Царства – Тутмос I, Тутмос III, Аменхотеп III, Рамсес II – были не только строителями грандиозных храмов и гробниц, но и великими завоевателями, ведшими свои армии в далекие походы.
Основой этой экспансии стала реорганизованная и закаленная в боях египетская армия. Война с гиксосами, владевшими передовыми для того времени военными технологиями, многому научила египтян. Они переняли у своих врагов и усовершенствовали два важнейших новшества:
- Боевую колесницу: Легкая двухколесная повозка, запряженная двумя лошадьми, стала элитным родом войск. На колеснице обычно находились двое: возница и стрелок (или копьеметатель). Колесницы использовались для разведки, преследования, прорыва вражеского строя, поддержки пехоты. Они придавали армии мобильность и ударную мощь.
- Сложносоставной (композитный) лук: Изготовленный из нескольких слоев дерева, рога и сухожилий, он был гораздо мощнее и дальнобойнее простого деревянного лука, позволяя осыпать врага градом стрел с медными или бронзовыми наконечниками.
Усовершенствовалось и вооружение пехоты, которая оставалась главной силой войска. Помимо традиционных копий и щитов, воины получили на вооружение бронзовые мечи – как прямые, так и серповидные (хепеш), способные не только колоть, но и рубить. Появилось и защитное снаряжение: шлемы (часто кожаные или бронзовые) и кожаные или матерчатые панцири, усиленные нашитыми бронзовыми пластинами. Пехота стала действовать более организованно, появились элементы строевой подготовки, движение стало более ритмичным. Армия Нового Царства представляла собой профессиональную силу, разделенную на крупные соединения (дивизии), часто носившие имена главных богов Египта – Амона, Ра, Птаха, Сета. Общая численность египетской армии в период крупных кампаний могла достигать 10-20 тысяч человек и более (хотя цифры, приводимые Геродотом для более поздних эпох, в сотни тысяч, вероятно, сильно преувеличены). Важную роль играл и флот, оснащенный парусами и множеством весел, обеспечивавший переброску войск и снабжение по Нилу и вдоль побережья Средиземного моря.
Первые фараоны XVIII династии начали активную завоевательную политику. Тутмос I (правил около 1504-1492 гг. до н. э.) совершил походы далеко на юг, в Нубию, продвинув границу Египта за третьи пороги Нила, и на север, в Сирию, впервые дойдя до реки Евфрат. Там египтяне столкнулись с могущественным государством Митанни, расположенным в Северной Месопотамии, и одержали над ним победу, утвердив свое влияние в регионе. Его сын Тутмос II (правил около 1492-1479 гг. до н. э.) продолжил завоевания, жестоко подавив восстание в Нубии (по его приказу были перебиты все мужчины восставших племен, а один из сыновей вождя доставлен в Египет для устрашения) и совершив поход против азиатских кочевников.
После смерти Тутмоса II трон унаследовал его малолетний сын Тутмос III (правил около 1479-1425 гг. до н. э.). Однако реальную власть на долгие годы (почти 20 лет) захватила его мачеха и тетка – знаменитая царица Хатшепсут (правила около 1479-1458 гг. до н. э.). Ее правление было отмечено миром, процветанием, развитием торговли (знаменитая экспедиция в страну Пунт за благовониями), грандиозным храмовым строительством (ее заупокойный храм в Дейр-эль-Бахри – шедевр архитектуры). Однако военная активность в этот период несколько ослабла, что привело к постепенному ослаблению египетского влияния в Сирии и Палестине.
Лишь после смерти Хатшепсут (или ее отстранения от власти) около 1458 года до н. э. Тутмос III, уже возмужавший и полный энергии, стал полновластным правителем Египта. Он был полон решимости восстановить и превзойти военную славу своих предков, вернуть Египту господство в Передней Азии. Началась эпоха его великих завоевательных походов, принесших ему славу одного из величайших полководцев Древнего Востока, "Наполеона Древнего Египта". И первым, самым знаменитым его походом стал поход на Мегиддо.
Бунт в Леванте: коалиция князей и вызов фараону
Пока в Египте правила миролюбивая Хатшепсут, ситуация в Сирии и Палестине (которые египтяне называли Речену или Ханаан) изменилась не в пользу фараонов. Многочисленные местные правители – царьки городов-государств и вожди племен, – лишь формально признававшие власть Египта, почувствовали ослабление контроля и начали стремиться к полной независимости. Их подстрекало и могущественное царство Митанни, соперник Египта в борьбе за влияние в регионе.
К моменту прихода Тутмоса III к единоличной власти на севере Палестины и в Сирии сложилась мощная антиегипетская коалиция. В нее вошло, по египетским данным, более 300 (!) правителей и вождей (цифра, возможно, преувеличена, но коалиция действительно была внушительной). Возглавлял этот альянс царь города Кадеш – сильного и стратегически важного города на реке Оронт в Сирии. Союзники собрали свои войска в одном месте, выбрав в качестве главной базы крепость Мегиддо.
Выбор Мегиддо был не случаен. Этот древний город (упоминаемый еще в Библии как Армагеддон – место последней битвы) занимал ключевое стратегическое положение. Он контролировал выход из узкого ущелья через горный хребет Кармель в плодородную Изреельскую долину. Через Мегиддо проходил важнейший торговый и военный путь (Via Maris – Приморский путь) из Египта в Сирию, Месопотамию и Малую Азию. Тот, кто владел Мегиддо, контролировал все передвижение в этом регионе. Укрепившись здесь, коалиция сиро-палестинских князей могла не только преградить путь египетской армии на север, но и угрожать самому Египту.
Для молодого фараона Тутмоса III, только что взявшего власть в свои руки, это был открытый вызов, который он не мог проигнорировать. Оставить без ответа мятеж в азиатских владениях означало бы потерять лицо и поставить под угрозу все наследие его предков. Тутмос III немедленно начал подготовку к своему первому азиатскому походу. Была мобилизована армия численностью, по разным оценкам, от 10 до 20 тысяч человек – пехота, лучники, и главная ударная сила – сотни боевых колесниц. Был подготовлен флот для поддержки армии с моря и снабжения через финикийские порты.
Весной (вероятно, в апреле) 22-го года своего правления (около 1457 г. до н. э. по наиболее распространенной хронологии) египетская армия во главе с самим фараоном выступила из пограничной крепости Джару (Чару) на северо-востоке Дельты. Начался поход, который должен был решить судьбу египетского господства в Азии.
Через горы напрямик: дерзкий маневр Тутмоса III
Египетская армия двигалась быстро. Всего за девять дней, пройдя около 250 километров вдоль побережья Синая и Палестины, она достигла Газы. По египетскому календарю это был день коронации Тутмоса III – 22 года с того момента, как оракул Амона провозгласил его царем. Но фараон не стал терять времени на празднества. Уже на следующее утро войско двинулось дальше на север, через прибрежные равнины Шарона.
В начале мая армия достигла города Йехем (Ихм), расположенного у южных склонов горного хребта Кармель. Здесь Тутмос III получил донесения разведки: вражеская коалиция сосредоточила свои главные силы в Мегиддо, на северной стороне хребта. Чтобы добраться до Мегиддо, египтянам предстояло пересечь горы Кармель.
Существовало три пути:
- Южный путь: Более длинный и пологий, огибавший хребет с юго-востока и выходивший к Мегиддо через город Таанах.
- Северный путь: Также обходной, шедший вдоль побережья, а затем поворачивавший на восток к Мегиддо через город Джефти.
- Центральный путь: Самый короткий, но и самый опасный – узкая горная тропа, шедшая через ущелье Аруна и выводившая прямо к Мегиддо. Эта тропа была настолько узкой, что войско могло двигаться по ней только гуськом – "лошадь за лошадью и человек за человеком", как говорили египтяне.
Тутмос III созвал военный совет. Его военачальники единодушно высказались против центрального пути. Они опасались, что враг устроит засаду в узком ущелье, и что растянувшаяся колонна будет легко уничтожена по частям. "Как пройдем мы по этой тропе? – говорили они фараону. – Враг будет ждать нас там и сможет сражаться, пока авангард наш будет биться, арьергард будет все еще стоять здесь, в Аруне, не в силах помочь". Они советовали выбрать один из обходных, более безопасных путей.
Но Тутмос III проявил себя как решительный и смелый полководец, готовый рисковать ради достижения внезапности. Он отверг осторожные советы своих генералов. Он заявил, что идти обходными путями – значит проявить трусость и позволить врагу подготовиться к обороне. Выбрав самый короткий, но самый опасный путь, он сможет застать противника врасплох. И чтобы вдохновить свою армию и подчеркнуть свою решимость, он объявил, что лично возглавит колонну: "Я пойду по этой дороге на Аруну! Пусть тот из вас, кто желает, идет по другим дорогам... Но пусть никто не думает, что враг скажет: 'Царь пошел по другой дороге, потому что испугался нас!'... Никто не пойдет дорогой этой впереди Величества Его!"
Это решение требовало огромного мужества. Фараон рисковал не только своей армией, но и собственной жизнью. 13 мая египетская армия, вытянувшись в длинную змею, начала тяжелый переход через ущелье Аруна. Движение было медленным и напряженным. Солдаты шли в полной тишине, ожидая нападения из-за каждого утеса. Но врага не было. Противник, уверенный, что египтяне не посмеют пойти этим путем, вероятно, сосредоточил свои основные силы у Таанаха, охраняя южный, более удобный проход.
На следующий день, 14 мая, авангард египетской армии во главе с Тутмосом III благополучно вышел из ущелья в Изреельскую долину, прямо к югу от Мегиддо. Египтяне сбили небольшие передовые отряды противника и разбили лагерь на берегу ручья Кина (Кейн). Расчет Тутмоса оправдался: его появление здесь стало для вражеской коалиции полной неожиданностью. Однако фараон, несмотря на уговоры своих офицеров немедленно атаковать растерявшегося противника, приказал дождаться подхода всей армии из ущелья. Он не хотел рисковать, вступая в бой лишь частью своих сил. Войска коалиции, в свою очередь, также не решались атаковать египтян, возможно, переоценивая их численность или ожидая подхода подкреплений.
В ночь на 15 мая Тутмос совершил еще один умелый маневр: он выдвинул левое крыло своей армии к дороге на Зефти, перерезав противнику путь отступления на север, к Кадешу. Все было готово к решающей битве.
Мегиддо: битва, осада и заря империи
Утром 15 мая (или, по другим расчетам, днем позже) египетская армия была выстроена в боевой порядок. Он представлял собой вогнутую линию: центр, где находился сам Тутмос III на своей сверкающей золотом боевой колеснице, был немного оттянут назад, на левый берег ручья Кина; правый фланг был выдвинут вперед, на высоту на правом берегу; левый фланг также был выдвинут вперед и занимал высоты к северо-западу от Мегиддо, перекрывая дорогу на север. Войска антиегипетской коалиции выстроились полумесяцем на подступах к городу, прикрывая его с юго-запада.
Битва началась по сигналу фараона. Тутмос III, согласно его собственным анналам, лично повел свои войска в атаку: "Фараон сам вел свою армию, мощный во главе ее, подобный языку пламени, фараон, работающий своим мечом. Он ринулся вперед на золотой колеснице, сияя, как Гор [бог-сокол], вооруженный оружием битвы...". Удар египетских колесниц и пехоты, особенно на флангах, был стремителен и неотразим.
Войско коалиции, застигнутое врасплох выходом египтян с неожиданного направления и, возможно, деморализованное видом самого фараона во главе атакующих, не выдержало натиска и обратилось в бегство. Паника охватила ряды сиро-палестинских воинов. Они бросились к спасительным стенам Мегиддо. Однако защитники города, опасаясь, что египтяне ворвутся вслед за бегущими, поспешно закрыли ворота. Бегущим воинам и их предводителям (включая царей Кадеша и Мегиддо) пришлось карабкаться на стены по веревкам и связанной одежде, которую им спускали сверху.
В этот момент у египтян был уникальный шанс взять город с ходу, пока там царила суматоха. Но произошло то, что часто случалось в древних (и не только) армиях: солдаты, увидев богатый лагерь противника, брошенный бегущими, поддались соблазну грабежа. Вместо того чтобы преследовать врага и штурмовать город, они бросились собирать добычу: "Тогда были захвачены их лошади, их колесницы из золота и серебра... Их бойцы лежали распростертыми на земле, как рыбы. Победоносная армия Его Величества обходила кругом, считая свои доли. И вот была захвачена палатка того презренного врага [царя Кадеша], в которой находился его сын... Вся армия ликовала, воздавая хвалу Амону за победу... 1 Они принесли добычу, которую они взяли, состоящую из рук (отрубленных у убитых в качестве доказательства и для счета потерь врага), живых пленников, лошадей, колесниц, золота и серебра".
Тутмос III был разгневан этой потерей темпа, понимая, что упущена возможность легкой победы. Но было уже поздно. Город успел прийти в себя и приготовиться к обороне. Началась длительная осада Мегиддо.
Египтяне окружили город осадной стеной, построенной из срубленных деревьев. Стену назвали по обычаю именем фараона: "Тутмос – осаждающий азиатов". Блокада была полной, "никого не подпускали даже близко к линиям обложения, разве только если он шел сдаваться". Осада продолжалась несколько месяцев (источники называют разные сроки – от нескольких недель до семи месяцев). В городе начался голод. Царь Кадеша, главный враг Тутмоса, сумел бежать из осажденного города (возможно, еще до начала осады или в первые дни). Другие же князья, запертые в Мегиддо, видя безнадежность своего положения, в конце концов решили сдаться.
Сдача Мегиддо была полной победой Тутмоса III. Египтянам досталась огромная добыча: 924 боевые колесницы (многие из которых были отделаны золотом и серебром), 2238 лошадей, 200 комплектов доспехов, тысячи голов крупного и мелкого скота, а также весь урожай, собранный египтянами в Изреельской долине. Были взяты в плен дети и родственники многих сиро-палестинских правителей в качестве заложников. Список трофеев показывает, что египетская армия эффективно снабжалась за счет местных ресурсов.
Не теряя времени, Тутмос двинулся дальше на север, к Ливанским горам, покоряя по пути другие города и крепости. Он основал опорный пункт в Финикии, назвав его "Тутмос – связывающий варваров", чтобы контролировать важный путь между Ливанскими хребтами и предотвратить новые выступления царя Кадеша. Вся Палестина и Южная Сирия оказались под властью Египта.
В начале октября того же года Тутмос III с триумфом вернулся в Фивы, столицу Египта. Менее чем за шесть месяцев он совершил победоносный поход, разгромил мощную коалицию, взял неприступную крепость Мегиддо и утвердил господство Египта в Передней Азии.
Битва при Мегиддо стала поворотным пунктом. Она положила начало созданию Египетской империи в Азии. В последующие годы Тутмос III совершил еще 16 походов в Сирию и Палестину, подавляя восстания, захватывая новые города (включая Кадеш), оттесняя Митанни за Евфрат. Он также вел успешные войны в Нубии, расширив границы Египта на юге до четвертых порогов Нила. Созданная им империя простиралась от Сирии до Судана и просуществовала более столетия.
Тутмос III вошел в историю как величайший фараон-завоеватель, как талантливый стратег и организатор. Битва при Мегиддо – первое в истории сражение, описание которого дошло до нас в таких подробностях (благодаря анналам Тутмоса III, высеченным на стенах Карнакского храма). Анализ этой кампании показывает высокий уровень египетского военного искусства того времени: стратегическое планирование, разведка, умелое использование местности и фактора внезапности, четкая организация марша и боя, личное мужество фараона. "Взятие Мегиддо – это взятие тысячи городов", – как гласит надпись в Карнаке, и эта победа действительно открыла Египту путь к имперскому величию.