Каким был ваш 2019 год?
У нас вот 2019-й был тем самым годом, когда все складывается ✨идеально.
Муж обслуживал рекламные щиты, я отлично продавала на них рекламу.
Денег хватало на всё: на жизнь, на отдых, и даже на студию в строящемся доме на Парнасе. Купили её в рассрочку, без ипотеки, и за год расплатились — как взрослые, ответственные люди.
А осенью я, следуя трендам, прошла "Марафон желаний". Загадала что-то вроде: "Хочу семейный бизнес — чтобы душевно, полезно, и деньги капали".
Конкретики не было, но я же Вселенной заказывала, она и так должна была понять.
..Новый 2020-й мы встречали у друзей, где нам с придыханием рассказали про семейную пару, которая делала детские кроватки-домики. Продавали как горячие пирожки, даже грамоту от правительства получили. Мы послушали, порадовались за них и разошлись.
А в феврале раздался звонок подруги:
— "Помнишь тех ребят с кроватками? Бизнес продают!"
И тут я упала со стула и меня осенило: Это же знак! Я же загадывала бизнес! Правда, не уточняла, какой именно, но разве это важно?
Мой муж - это человек, который никогда не говорит "нет" авантюрам. Он уже вечером нёсся смотреть производство.
Владелец Игорь оказался приятным и открытым: рассказал, что увлёкся сайтом по электрическим схемам, а кроватки ему стали в тягость.
Мы с радостью влезли в кредит, купили станки, сайт и бренд "Оле Лукойе"
Только мы успели обрадоваться, как мир объявил карантин.
Рекламные щиты опустели, продажи рухнули, а наш маленький бизнес требовал больших вливаний.
Станки ломались, расходники расходовались, крыша текла, работники то исчезали в запоях, то работали так медленно, что казалось, будто они не люди, а черепахи в спячке.
В итоге я научилась шлифовать, а муж освоил ЧПУ, покраску и сборку.
Продажи кроваток шли хорошо, кстати!
Проблема была в другом - у нас не получалось производить кроватей больше пяти в месяц. А для того, чтобы была прибыль , нужно было делать десять, двадцать кроватей!
Изначально мы представляли себя успешными предпринимателями, которых вот-вот позовёт на интервью Ксения Собчак (ну а кого ещё?), но реальность была скромнее: претензии по доставке, вечные доработки и нулевая прибыль.
Последней каплей стало то, что мы оба слегли с ковидом, а у нас висел заказ на огромную двухъярусную кровать.
Работников к тому времени уже не было, поэтому мы, два полуживых зомби, доползали до станков, шлифовали, красили и валились с ног от слабости.
— "Всё, я больше не могу", — сказала я.
— "Давай ещё немного подождём", — уговаривал муж.
— "Если только моей погибели" — отрезала я, и перестала продавать.
Это был удар ниже пояса, но я уже не могла иначе!
И все закончилось, ведь без продаж бизнес — это не бизнес, это просто хобби с долгами.
В итоге мы закрылись. Станки никто не хотел брать, кредит давил, и пришлось продать ту самую студию на Парнасе.
Что в сухом остатке?
2019-й был прекрасен, но мы этого не ценили.
2020-й научил нас, что "знак судьбы"— это не всегда про успешный успех и сбычу мечт. Иногда это намёк: "Ребята, вы вообще в курсе, во что ввязываетесь? Нет? Ну тогда получите-распишитесь!"
Зато теперь я мастер шлифовки, а муж может собрать мебель с закрытыми глазами. К тому же он отлично разбирается в станках ЧПУ, дереве, краскопультах и прочей ненужной теперь фигне.
Ах, да! Кроватки наши были классные — жаль, что все так бесславно закончилось!
Но зато у наших детей есть ортопедические растущие стулья и кровать домик.
И все это сделал их папа, своими руками. Жаль, что он этими же руками не лопнул тот самый шарик об мою голову тогда. Жаль.