В
ечный диалог между детством и взрослостью
В 1942 году, когда мир был охвачен пламенем Второй мировой войны, французский лётчик и писатель Антуан де Сент-Экзюпери создал на чужбине, в Нью-Йорке, свою самую знаменитую книгу. Это было время, когда взрослые воевали, а дети теряли детство. Возможно, именно поэтому "Маленький принц" стал не просто сказкой, а криком души человека, который через всю жизнь пронёс детскую чистоту взгляда.
Сент-Экзюпери писал эту историю, опираясь на собственный опыт. Его детские воспоминания о замке Ла Моль в Провансе, где маленький Тонио (как его называли в семье) мечтал о небе, переплелись с трагическими переживаниями взрослого лётчика, пережившего несколько аварий. Пустыня в книге — это и реальная Сахара, где автор чудом выжил после крушения в 1935 году, и метафора одиночества современного человека.
Интересно, что первоначально книга задумывалась совсем иной. В черновиках сохранились наброски под названием "Лётчик, потерпевший крушение", где не было ни Принца, ни философских диалогов. Но постепенно история трансформировалась в ту самую сказку, которую мы знаем сегодня. Первое издание вышло в 1943 году одновременно на английском ("The Little Prince") и французском ("Le Petit Prince") языках. Любопытно, что на родном языке автора книга была опубликована лишь после войны, в 1946 году, уже после таинственного исчезновения писателя в 1944 году во время разведывательного полёта.
В мировой литературе "Маленький принц" занимает особое место, перекликаясь с разными традициями. Как и "Алиса в Стране чудес" Льюиса Кэрролла (1865), это история о путешествии, где внешне простые события обретают глубинный смысл. Но если английская сказка играет с логикой, то французская — с чувствами.
Немецкий читатель может найти параллели с "Синей птицей" Метерлинка (1908) — та же попытка найти счастье в простых вещах. Русскому читателю неизбежно вспоминается "Цветик-семицветик" Валентина Катаева (1940) с его мудростью, облачённой в детскую форму. А в японской литературной традиции можно найти созвучие с хайку — краткостью, вмещающей целую вселенную чувств.
Особую глубину "Маленькому принцу" придают библейские аллюзии. История розы напоминает притчу о блудном сыне, а возвращение Принца на свою планету через смерть (или иллюзию смерти?) вызывает ассоциации с пасхальной жертвой. При этом книга остаётся абсолютно светской, что делает эти параллели особенно тонкими.
На сегодняшний день "Маленький принц" переведён на 300 языков и диалектов, включая такие редкие, как арагонский или фриульский. В баскском варианте он стал "Printze Txikia", на иврите — "הנסיך הקטן", а в Японии известен как "星の王子さま" ("Принц звёзд"). Эта всемирная любовь объясняется тем, что Экзюпери сумел создать универсальный язык символов, понятный любому человеку, независимо от культуры и возраста.
Книга продолжает жить в новых интерпретациях. Современные исследователи находят в ней предвосхищение экзистенциализма Сартра, психологические идеи Франкла и даже предвидение экологических проблем. Но самое удивительное, что каждый читатель находит в ней что-то своё — ту самую "воду из колодца", которая "рождается из нашего путешествия под звёздами".
Как писал сам Сент-Экзюпери в одном из писем: "Все взрослые сначала были детьми, только мало кто из них об этом помнит". "Маленький принц" — это попытка напомнить. Попытка, которая уже восемь десятилетий находит отклик в сердцах читателей по всему миру.