Моя мама на работе упахивалась настолько, что домой приползала, готовила ужин, мылась и падала на диван. Всё: мама устала, мамы не существует.
Когда я стала постарше, то готовка ужина стала уже моей головной болью, но менее усталой мама никогда не была. Она всегда считала настоящей работой только ту, где ты упахиваешься до звездочек перед глазами.
У нее на моей памяти никогда не было хобби, она ничем не интересовалась. Дом-работа-дом-работа, вот и всё. По выходным уборка и другие дела, на которые нет сил на неделе.
Папа в этом плане был как-то попроще. Он после работы и в гараж к мужикам ходил, и в футбол периодически бегал, и на рыбалку. В общем, у него каких-то сил на жизнь хватало.
Мама за это папу всегда называла тунеядцем. Он до определенного времени это терпел, потом стучал кулаком по столу и мама на какое-то время успокаивалась.
Но потом опять начинала папу пилить, что неплохо бы ему как-то подработку найти, раз у него есть столько сил и свободного времени. И снова начинал назревать скандал.
Еще мама всегда любила перемыть косточки знакомым, которые тоже после работы успевают чем-то заниматься. Все они у мамы были вертихвостками и тунеядцами.
- Мне после работы только лечь и сдохнуть хочется. Потому что я именно работаю, а не наряды на работу выгуливаю, - с непонятной гордостью в голосе говорила мама.
Я не хотела жить по маминому образу и подобию. Зачем так жить да и можно ли такое назвать жизнью? Я сомневалась, поэтому и решила, что в моей жизни будет баланс.
Я работаю, замужем, у нас всё нормально по финансам, копим на свою квартиру, а пока снимаем. После работы с мужем ходим в спортзал. Муж периодически ездит играть в хоккей, а я хожу на курсы рисования.
У меня особого таланта нет, но мне нравится работать с красками: в художники я не мечу, просто меня это занятие успокаивает и расслабляет.
Дома я занимаюсь вязанием, а недавно стала заниматься лепкой из полимерной глины. Это очень необычный для меня опыт, но жутко интересно. У меня выходят забавные уродцы.
Мама же не в восторге от моих занятий вообще, а больше всего ее злит, что я еще смею жить какую-то свою жизнь, а не умирать на работе.
- Что это за работа у тебя такая, что хватает времени на всякую фигню вечерами? - недовольно выспрашивала у меня мама, брезгливо разглядывая мои поделки.
Нормальная у меня работа. С девяти до шести тружусь, а в свободное время отвлекаюсь и переключаюсь. Маме же этого не понять. Она сразу стала дуть в свою дуду.
- Если сил вагон на всякую ерунду, то нашла бы вторую работу. Или у вас денег вагон и вы уже завтра квартиру покупаете? Все детство в **** играет! - возмущается мама.
- А жить когда? Зачем много работать, если за этой работой ты не успеваешь жить? - мне надоели мамины поучения.
Мама тут же стала меня убеждать, что у меня детская позиция, из которой давно пора вырасти. А жизнь взрослых людей не сахар: там приходится делать не как хочешь, а как надо.
Мы никогда в этом друг друга не поймем. Маме бы самой жить поучиться. Что она в своей жизни вообще видела? Понимаю, что растить ребенка в девяностых - то еще приключение, но времена-то меняются.
Мама нигде не была, ничего не видела, ничем интересным не занималась. Потому что у нее на это всё нет сил. В отпуске она либо лежит перед телевизором и отсыпается, либо занимается какими-то делами, до которых руки не доходили.
Ни на море ее не выцепишь, ни в соседний город на экскурсию. Всю жизнь, как белка в колесе, а ничего особого не нажила. Если только проблемы со здоровьем.
Жалко ее, но свою голову я ей не приставлю, а переубеждать бесполезно. Но и она меня переубедить не сможет. Я не хочу на смертном одре вспоминать только работу.