Тюремные ворота со скрежетом открылись, выпуская Михаила Дмитриевича Плетнёва на свободу. Морозный воздух обжёг лёгкие, но он даже не моргнул, увидев чёрный автомобиль и знакомую фигуру, прислонившуюся к капоту.
Власов курил, выпуская дым в ледяной воздух. Его шрамы казались ещё глубже в утреннем свете.
— Рад своей победе? — Плетнёв остановился в двух шагах, голос звучал хрипло.
Ким не спешил с ответом, изучая бывшего однокурсника. Тот постарел — седина в висках, глубокие морщины у рта. Но глаза горели всё тем же вызовом.
— Победе? — Власов усмехнулся, швырнув окурок под ноги.
— Ты добился своего. Забрал у меня всё. Теперь и дочь. — Михаил Дмитриевич сжал кулаки, но голос оставался ровным.
Власов оттолкнулся от машины, внезапно сократив расстояние между ними.
— Лиза не трофей.
Плетнёв фыркнул:
— И что же она тогда?
— Случайность. — Глаза Власова странно блеснули. — Та самая, что меняет всё.
Они замолчали. На отдалении от них охрана Власова делала вид, что рассматривает кроны деревьев.
— Она ненавидит тебя, — вдруг сказал Михаил Дмитриевич.
— Знаю.
— И всё равно выходит за тебя.
— Значит, любит тебя больше, чем ненавидит меня. — Власов повернулся к машине. — Садись. Отвезу домой.
Михаил Дмитриевич ещё минуту стоял на морозе, глядя, как выхлопная труба выпускает клубы пара. Потом медленно, как старик, пошёл к машине. Его ждала дочь.
Первые лучи зимнего солнца пробивались сквозь тюлевые занавески, играя бликами на складках белого шёлка. Лиза стояла перед зеркалом, поправляя фату дрожащими пальцами. Платье, которое Власов прислал ей, сидело идеально — будто было сшито специально для неё. И в этом была какая-то жуткая ирония: надеть свадебное платье своей мечты на собственную казнь.
Она вздрогнула, услышав скрип тормозов под окном.
"Папа..."
Сердце бешено заколотилось, когда в прихожей раздались шаги. Дверь открылась, и перед ней стоял отец — похудевший, осунувшийся, но живой. За ним в дверном проеме маячила тень незнакомого мужчины в строгом костюме.
— У вас двадцать минут, — сухо бросил сопровождающий и вышел, притворив за собой дверь.
Михаил Дмитриевич сделал шаг вперед, его глаза бегали по дочери — от белоснежного платья до бледного, как сама ткань, лица.
— Лиза... Дочка... — его голос сорвался на полуслове. Руки сжимали ее плечи так крепко, что стало больно. — Ты не должна этого делать. Я не позволю тебе.
Она покачала головой, стараясь улыбнуться:
— Всё уже решено, пап.
— Лиза, он плохой человек, — в его голосе звучала беспомощность.
— Я знаю, — дочь была само спокойствие.
— Ты не обязана...
— Не надо, папа, — оборвала его Лиза, — я знаю всё, что ты скажешь. Я знаю, что ты меня любишь. Я тебя не виню, это моё решение.
— Лиза, у меня остались друзья, — он тут же поправился, — остались связи. Тебе не надо выходить за него замуж, я тебя спрячу.
— Это хорошо, что у тебя кто-то остался. Тебе самому нужна помощь. А обо мне не волнуйся. Я знаю, что делаю.
— Нет! — он потряс ее, глаза горели лихорадочным блеском. — Ты не понимаешь, с кем связываешься! Я лучше сгнию в тюрьме, чем отдам тебя этому...
— Он выполнил свое обещание, — перебила его Лиза, осторожно высвобождаясь из его хватки. — Тебя выпустили. А я... я тоже держу слово.
За дверью раздался резкий стук. Время вышло. Лиза наклонилась, быстро поцеловала отца в щеку.
Читать роман Елены Беловой "Тот, кого я боюсь" можно по этой ссылке. Роман в процессе написания.