На мой взгляд в русскоязычной литературе не написано чего-либо подобного роману «Мастер и Маргарита» Михаила Афанасьевича Булгакова. И это связано не с моей искренней любовью к этой книге, а с удивлением – почему никто ещё не написал ничего подобного?
Я не буду перечислять разные мнения об этом романе, как-то и что-то оспаривать – нет. В этой статье мне хочется выразить словами те мысли и чувства, которые преследуют меня не первый год и которые усиливаются каждый раз, когда вспоминаю или читаю текст «Мастера и Маргариты».
Первое. Для меня Марго одна из немногих женщин способных на любовь и поступок (вместе). Она полюбила Мастера, возможно, сильнее, чем он её, и роль любящей женщины в романе отображена невероятно ярче, чётче, чем роль Мастера и других, созданных М.А. Булгаковым, персонажей.
«Мастер и Маргарита» – это роман про женщину, готовую ради любви ко многим компромиссам (например, она исполнила обещание, данное Гелле, но в то же время ради любви к Мастеру нарушила брачный союз со своим мужем), способной перенести все трудности даже если перед тобой чёрт и его свита. Марго – это женщина готовая ради любви почти на всё.
Второе. Мастер – далеко не самый приятный человек. Он сломался под натиском общественного мнения и затем бежал в «психушку», как это делали некоторые персонажи книги К. Кизи «Пролетая над гнездом кукушки». Скорее Мастер вызывает у меня больше отрицательные нежели положительные чувства и эмоции. Да, его фактически выпроводили из литературы, дали «волчий билет», но это не являлось «концом света», вовсе нет.
Однако именно Мастер, его творческий гений стали тем самым источником любви, который так искала Марго, гуляя с ненавистными жёлтыми цветами по улицам города. Они нашли друг друга, они нашли любовь друг в друге.
Третье. Иешуа Га-Ноцри – это образ не библейского, но всё же Иисуса Христа по версии М.А. Булгакова. Здесь нельзя не вспомнить часть беседы на Патриарших прудах между известной «троицей»:
«– Ваш рассказ чрезвычайно интересен, профессор, хотя он и совершенно не совпадает с евангельскими рассказами.
– Помилуйте, – снисходительно усмехнувшись, отозвался профессор, – уж кто-кто, а вы-то должны знать, что ровно ничего из того, что написано в евангелиях, не происходило на самом деле никогда, и если мы начнём ссылаться на евангелия как на исторический источник…»
Или часть другой беседы, когда Понтий Пилат допрашивал Иешуа Га-Ноцри:
«– Повторяю тебе, но в последний раз: перестань притворяться сумасшедшим, разбойник, – произнес Пилат мягко и монотонно, – за тобою записано немного, но записанного достаточно, чтобы тебя повесить.
– Нет, нет, игемон, – весь напрягаясь в желании убедить, заговорил арестованный, – ходит, ходит один с козлиным пергаментом и непрерывно пишет. Но я однажды заглянул в этот пергамент и ужаснулся. Решительно ничего из того, что там написано, я не говорил. Я его умолял: сожги ты бога ради свой пергамент! Но он вырвал его у меня из рук и убежал».
Изначально, Иешуа Га-Ноцри – невинный философ, убитый за свои взгляды, как и многие невинные философы (Сократ), писатели (Томас Мор), учёные (Джордано Бруно) и другие личности, которые, несмотря ни на что, продвигали и продолжают продвигать человеческое сознание и бытие даже ценой собственной жизни.
Однако далее мы увидим, как «философ» предстанет перед нами уже в другой ипостаси.
Четвёртое. Понтий Пилат – это вопрос власти и ответственности, власти и справедливости. Игемон не исполнил своей функции – не оправдал невиновного, не совершил правосудия, потому что боялся за свою карьеру и жизнь.
Прокуратор Иудеи лишь ярко продемонстрировал сущность политики и как право используется для достижения политических целей. Как невиновного можно легко сделать виновным лишь слегка, чуть-чуть, изменив, исказив сущность слов любого человека и его поступков.
Невиновный надеется на суд, но ничего не выходит – судья уже умыл руки.
Пятое. Воланд – это дьявол, оплот зла, путешествующий со своей свитой, злыми духами, по всему миру.
Роль свиты (за исключением Азазелло) описывать не считаю нужным, т.к. их место в романе весьма скромное – это исполнители воли дьявола и каждый их них хорош в конкретной форме, виде зла.
Воланд, сатана всего лишь использует злые качества того или иного члена свиты для исполнения своей тёмной воли. И не только своей, и не только тёмной. Об этом ниже.
Азазелло – это вполне «реальный» персонаж, который прямо указан в Танахе («ветхий завет» в иудаизме): «и возьмёт (Аарон) двух козлов, и поставит их пред Богом у входа в шатёр откровения. И возложит Аарон на обоих козлов жребий: жребий один для Бога, и жребий другой для Азазеля. И приведёт Аарон козла, на которого выпал жребий для Бога, и принесёт его в грехоочистительную жертву. А козла, на которого выпал жребий для Азазеля, пусть оставит живым пред Богом, чтобы совершить через него искупление, отправив к Азазелю, в пустыню» (Ахарей мот: 16: 7–10).
В общем Азазель – это злой дух.
Ещё один важный момент связан с Танахом и Евангелием:
1) «Когда подступишь ты к городу, чтобы завоевать его, то предложи ему мир». (Шофтим: 20:10);
2) «В какой дом войдёте, сперва говорите: «мир дому сему!» (Луки: 10:5).
А теперь так говорит Азазелло Мастеру и Маргарите в романе М.А. Булгакова:
«И в этот самый момент в оконце послышался носовой голос:
– Мир вам.
Мастер вздрогнул, а привыкшая уже к необыкновенному Маргарита вскричала:
– Да это Азазелло! Ах, как это мило, как это хорошо! – и, шепнув мастеру: – Вот видишь, видишь, нас не оставляют! – бросилась открывать».
Можно ли считать Азазелло исполнителем, пусть даже и принуждённым, воли Иешуа Га-Ноцри, добра? Ведь демон делает всё так, как учили делать иудеев и христиан несколько тысяч лет назад – сначала говорить про мир?
Булгаков М.А. изначально никак не «обожествляет» Иешуа Га-Ноцри, но затем ставит его выше сатаны и мало того, Воланд не только организовал, но и руками Азазелло исполнил волю «философа».
Так кто же такой Иешуа Га-Ноцри? Кто может «давать поручения» злу? – только Бог.
Теперь же мне стал понятнее эпиграф перед началом романа:
«...Так кто ж ты, наконец?
– Я – часть той силы,
что вечно хочет
зла и вечно совершает благо».
Гёте «Фауст».
____________
Воланд делает не всё что хочет и как хочет, а ровно то, что дозволено рамками божественного бытия. Может быть зло – это неотъемлемая и вполне нормальная часть бытия?
Азазелло, как ни крути, часть того абсолютного зла, которое существует в мире «Мастера и Маргариты»:
«Маргарита вскочила первая, за нею Азазелло, последним Мастер. Кухарка, застонав, хотела поднять руку для крестного знамения, но Азазелло грозно закричал с седла:
– Отрежу руку! – он свистнул, и кони, ломая ветви лип, взвились и вонзились в низкую чёрную тучу».
Азазелло дал героям романа покой, исполнил волю Господа, но на счёт судеб других людей ему никто ничего не говорил. Кухарка осталась цела, потому что смогла вовремя остановиться. Зло остаётся злом.
Свет «не взял» Мастера и Маргариту к себе. Почему? Как мне кажется, ответ очевиден – сделка с дьяволом ни при каких условиях не допустима. Пускай даже ради любви. М.А. Булгаков прекрасно понимал, что свет таким образом достигнуть никогда и ни при каких условиях не получится.
Я не буду говорить о «греховности» любви этих двух людей – это не имеет никакого значения, потому что их рассудил никто иной, как Господь. Всё соответствует основам учений иудаизма и христианства, где именно Богу отдаётся роль главного и единственного судьи.
В то же время – покой. Почему? Я думаю покой – это единственный способ, состояние, дающее разобраться в себе, расставить всё по местам и сделать выбор, осознанный выбор в сторону добра.
Покой – это и есть та самая золотая середина, которую человек должен найти сам, та отправная точка, тот самый участок твёрдой поверхности, от которой идёт прочная лестница на верх, в самое небо. Герои романа не имели никакого будущего в условиях того государства, общества и быта, в которых жили (наушничество, доносительство и др.). Они бы не смогли найти, получить покой сами, поэтому он был им дарован.
В конечном счёте выбор сделали за них, но это не конец жизни Мастера и Маргариты, их пути. Остаться в покое, в «золотой середине» навечно или попытаться достичь света – это уже неизвестное решение такого же неизвестного будущего героев романа Михаила Афанасьевича Булгакова.