Глава шестая (продолжение)
Собственная глупость и резкий ответ Демидова произвели на Коробова неожиданный эффект: он вдруг почувствовал азарт, который вполне можно сравнить с азартом охотника, сидящим в засаде с ружьём наизготовку. «Чуйка? – Думал он, поднимаясь вслед за напарником. – Почему нет? Помнится, у Фрола она непременно срабатывала в нужный момент. Я сразу понял, что у них много общего. Осталось только разобраться, что именно…»
- Ты меня слышишь или как?
Тревожный, но негромкий окрик Демидова заставил Пашку вздрогнуть и встряхнуть головой.
- Что такое? Есть повод для шухера?
- Звонок, говорю не работает! Что за фигня!
Коробову стало смешно и немного стыдно за Ивана. «Действительно, впечатлительный», - подумал он, прикрывая улыбку ладонью.
- Какие проблемы? Возьми да постучи. Научить?
- Да пошёл ты! Просто я немного психанул. Первое серьёзное поручение… можно подумать, ты не волнуешься.
- Не понятно, кто из нас стажёр. – С иронией заметил Павел. – Мне, например, вообще по барабану, работает звонок или нет. Долго мы здесь торчать будем? Как два пацана, блин …
Он не успел закончить фразу, как дверь чуть приоткрылась, и в щель высунулся покрасневший, чуть припухший нос хозяйки.
- А это вы! – Произнесла Новодворская гнусавым голосом. – А я думаю, кто это за дверью скребётся? Неужели снова гэбэшники нагрянули? Житья от них нет. Даже поболеть по-человечески не дают. Гриппую я… скорее всего. Температуру, правда, мерить не стала.
- Кто это «мы»? – Совершенно не к месту поинтересовался Демидов, делая вид, что не понял намёка на несвоевременность визита. – Откуда вы знаете, кто мы?
- Знать я вас, конечно, не знаю, - всё также в нос произнесла хозяйка, полностью открывая дверь, - однако в редакции сходу ваши рожи срисовала. Вовкины нукеры, вот кто вы. Неймётся ему. Как будто не мог сам со мной поговорить. Ну, проходите, раз пришли. Нечего соседей соблазнять на очередной звонок «куда следует». Они у меня большие любители художественного стука. Ещё те стукачи. Жаль только азбуке Морзе не обучены.
- Тапок для гостей не держу, но обувь вы всё-таки снимайте и сразу на кухню. – Продолжила Новодворская, пропустив гостей в коридор. - В зале не прибрано… приболела что-то. Сами рассопливиться не боитесь?
- Не боимся. – Ответил Коробов, заметив, что Демидов подозрительно долго возится со шнурками. – Мы люди закалённые. Здоровый образ жизни - лучшая профилактика от всех болезней …
- А чего это вы вдвоём припёрлись? – Неожиданно всполошилась Валерия Ильинична. – Обычно газетчики по одному ко мне ходят. И то после звонка. А вы как снег на голову здрасте, пожалте! Вот что, парни: если вдруг на фотографии рассчитываете, то зря. Всем известно, что не люблю позировать. Кто их вас фотограф? А ну геть отсюда!
- Нет фотографа. – Наконец-то справившись с ботинками, включился Иван. – На кухню прямо?
- Прямо. – Через паузу ответила хозяйка. – Чайник на плиту поставь. Чаю хочется. Печенье, сушки и малиновое варенье, вот и всё моё угощенье. Почти стихи получились…
***
Коробов сразу определил хозяйское место, увидев на спинке стула тёплую вязанную шаль.
— Это мне сокамерница по дурке на память связала. – Заметив пашкин взгляд, охотно пояснила Валерия Ильинична. – Потом. Когда нас, так сказать, «выписали». Там спицы под запретом. Как и все колюще-режущие предметы. Хорошая деваха, жаль что действительно шизанутая. Ты за главного? – Неожиданно строго посмотрела она на Коробова. – О чём говорить будем?
- Почему вы так решили? – Машинально спросил Павел, заметив как вздрогнули плечи стоящего у плиты Ивана. – Чуйка сработала?
- Она меня никогда не подводила. - Довольно улыбнулась хозяйка, бочком протискиваясь к излюбленному месту. – Впрочем, никаких сложностей тут нет. Ты выглядишь чуть постарше и чуть поумнее своего товарища. Пусть твой дружок простит меня за откровенность. Я с детства привыкла правду в глаза говорить.
Пашка, не ожидавший такого поворота, почувствовал, как холодеют кончики пальцев. Он осторожно покосился на Демидова и на долю секунды замер от неожиданности: Иван, воспользовавшись удобным моментом, скорчил отчаянную физиономию, пальцем ткнул себя в грудь и тут же отрицательно потряс головой. Дескать, рули стажёр, раз уж так пошло. «Офигеть! Настоящий профи!», - успел подумать Коробов, прежде чем Новодворская соизволила заговорить:
- Ты мне послабее завари, - кинула она в спину Демидова, - мне крепкий нельзя. Сердце.
- Будет сделано, Валерия Ильинишна! – Серьёзно, без малейшего намёка на издёвку отозвался Иван, не поворачивая головы. – Какой засыпать-то? Индийский или грузинский? Может, смешать? Я пропорции знаю.
- Мне до одного места, главное пожиже. – В тон откликнулась хозяйка. -Сахару класть не надо. С вареньем пить будем. Тебя как зовут? – Озаботилась вдруг она, взглянув на Павла поверх очков. – Меня-то вы, ясное дело знаете. К незнакомым за интервью не ходят. Имя у тебя есть? Или под псевдонимом пописываешь?
- Павел. Павел Коробов. – Чуть приподнявшись, представился тот. – Можно просто Пашкой. Как вам будет удобнее. А напарника …
- Про него не надо. – Небрежно отмахнулась Новодворская. – Поди, студент? Стажируется у тебя?
- Ну вы даёте, Валерия Ильинишна. – Восхищённо выдохнул Коробов. - Прямо в «десятку»! Как угадали?
- Как два пальца об асфальт. У него не глаза, а зеркало души. Вся дурь в них видна. Ты с ним построже, Паша Коробов. – Посоветовала она, скользнув взглядом по бесстрастному лицу Демидова, успевшему занять место за столом. – Ума не приложу, как таких обалдуев в журналистику пускают. Хотя, с другой стороны, отличный экземпляр для «савраски». Слыхал про такую газетку? «Советская Россия», если что. Была газета как газета. Печатала никому не нужную хрень и дальше бы печатала. Так нет! Моча главреду Чикину в башку ударила. Объявили себя оппозицией. Дебилы совковые.
- Послушайте, Валерия Ильинична. – Осторожно начал Павел, почувствовав на своей ступне ногу Демидова.
- Можно просто Валерия. – Великодушно разрешила хозяйка и тут же поправилась. – Только тебе. Савраскина не касается.
- Хорошо, Валерия. – Сдержав ухмылку, продолжил Пашка. – Я с собой диктофон прихватил. Вы не против? Не хочу что-нибудь важное пропустить.
- Не возражаю. Только уговор: закончишь бумагу марать, непременно мне на согласование пришли. Я тоже не хочу, чтобы ты что-нибудь важное пропустил. А своему Абрашкину-Абаринову так и передай. Если хоть слово вычеркнет, разрешения не получит. Договорились?
- Договорились.
- Ну вот и славно! О чём разговор поведём?
- Предлагаю за жизнь поговорить. – Произнёс Павел заготовленную и беспроигрышную, на его взгляд, фразу. - А что? Чем не тема? - слегка встревожился он, заметив недоумение в глазах собеседницы, - вполне себе вольная. Хоть влево, хоть вправо…
- И где ты, милок, в этой долбанной стране жизнь увидал? – Ехидно поинтересовалась Новодворская.
«Началось! – Подумал Коробов, на всякий случай опуская глаза, чтобы не вспугнуть удачу. – Кажется, мне даже вопросы задавать не придётся. Надо только слово вовремя для затравки ввернуть. А дальше само пойдёт».
- По-моему, жизнь в любой стране есть. Вне зависимости, долбанная она или нет.
- Смотря, что понимать под жизнью. – Усмехнулась Новодворская. – Сдаётся мне, Паша Коробов, что ты пришёл ко мне просто лясы поточить. Наобум, так сказать. Пусть, мол, тётка несёт свою ересь, а я потом погляжу, что с этим бредом делать. Ведь так? Только честно.
- Неправда ваша! – Тихо, но очень строго ответил Павел. – Если хотите знать, я очень интересовался вашим Демократическим союзом. Точнее, дээс мне интересен своей политической платформой.
- Даже так? – Привычно пожевав губами, удивилась хозяйка. – И что же ты знаешь про «мой» дээс?
- Не так мало, как вам кажется.
- Например? Кстати, мне больше по душе, когда нас называют ДемСоюзом, а не «дээсом». По-совковски звучит. Как домоуправление какое-то. Учти на будущее.
- Уже учёл. – Кивнул Пашка, с удовлетворением отметив про себя последнюю фразу. – Например, я точно знаю, что ДемСоюз является первой незапрещённой властями оппозиционной политической партией и что учредительный съезд состоялся аккурат накануне сорок третьей годовщины Победы.
— Это мы специально, чтоб гэбэшникам и ментам насолить. – Растеклась в улыбке Новодворская. – А может, так совпало. Сейчас уже не вспомню. Впрочем, скорее всего, из вредности. Диссиденты - народ стервозный. – Добавила она, подумав. - Задали мы им тогда жару. Всё Подмосковье на уши поставили.
«Детский сад — штаны на лямках», - мысленно усмехнулся Павел, сохраняя серьёзное выражение лица.
— Это мелочи. Вернее, детские шалости, на уровне эсеровских бомбистов начала века. Только без взрывов. – Намеренно поддразнил он расслабившуюся от воспоминаний собеседницу. – Меня больше главная уставная задача вашей партии заинтересовала. Уж очень масштаб глобальный. Я б даже сказал, космический масштаб.
— Это какая? – Чуть встревожилась Валерия Ильинична, не очень умело изобразив непонимание.
- Насколько я помню, ДемСоюз собирается в этом году покончить с тоталитарным государством. Я сейчас о Советском союзе говорю…
- Чаю подлить? – Неожиданно вмешался Демидов. – Варенье у вас вкусное. Сами варили?
- Угостили. – Буркнула Новодворская. – Отстань, студент. Значит, решил за жизнь поговорить? – Зачем-то сняв очки, близоруко взглянула хозяйка на Коробова. – Ну что ж? Давай поговорим. Только диктофончик свой паршивый выключи …
Предыдущая часть. https://dzen.ru/a/aAi39-dQJhAhLsfI
Повести и рассказы «афганского» цикла Николая Шамрина, а также обе книги романа «Баловень» опубликованы на портале «Литрес.ру» https://www.litres.ru/