*спойлеры*
“История двух сестёр” – это южнокорейский фильм ужасов с элементом семейной драмы. Режиссёр Ким Джи-ун (Kim Jee-woon) сам написал и сценарий, взяв за основу сказку эпохи династии Чосон “Сказка про Розу и Красный Лотос” (Janghwa Hongryeon jeon), которая является самой популярной историей о привидениях в Корее. Когда и кем именно она была сочинена, неизвестно. Если что, эпоха Чосон существовала в Корее пятьсот пять лет, с 1392 по 1897 год.
В оригинальной истории “Сказка про Розу и Красный Лотос” больше действующих лиц. Когда умирает мать сестёр, мачеха приходит в дом со своими тремя сыновьями, а заканчивается тем, что две сестры умирают и становятся призраками, а потом перерождаются в следующих детях своего отца.
Эта фольклорная история также о том, как несправедливо обвинённый человек пытается всё исправить, но карма в конце концов всегда настигнет его. Поскольку это самая популярная корейская история, её часто экранизировали. До версий Ким Джи-уна и братьев Гард с “Незваными” было уже пять экранизаций, начиная с 1924 года.
Сюжет
Сёстры Су-ми и Су-ён вернулись из психиатрической клиники домой. В доме их встретила Ын-джу, раньше она была сиделкой их матери, а теперь новая жена их отца. Ын-джу настроена против сестёр – она подтрунивает над ними, постоянно издеваясь, что они всё делают вместе.
Су-ми, будучи более дерзкой, чем тихоня Су-ён, вступает в противостояние с Ын-джу, но Му-хён, их отец, при этом поразительно спокоен, словно ему не важно, что его новая жена и дочь находятся в состоянии войны.
Су-ми и Су-ён сразу после прибытия понимают, что в доме кроме них кто-то есть или, по крайне мере, происходит что-то странное. Состояние негатива они списывают на Ын-джу.
Жанровая принадлежность
Я бы даже сказала, что семейная драма тут идёт в первую очередь, а элемент фильма ужасов добавляет ей разнообразия и сложности.
В 2008 году вышел американский ремейк братьев Гард “Незваные” (The Uninvited), который перенимает визуальный стиль, основную сюжетную линию, но главный упор делает на работе памяти, исследуя порог психологической травмы. Главная героиня истории Анна у Гардов “похоронила” воспоминания о ночи, когда произошла трагедия, и выдумала новую жизнь, оберегая себя от незваных воспоминаний. Но “якоря” она всё же встречала в доме, и правда на неё обрушилась в итоге.
А Ким Джи-ун в своём фильме исследует именно безумие – да, в “Незваных” речь тоже о нём, но как по-разному, это выглядит, – делая повествование жутким как раз за счёт глубокого погружения в пошатнувшийся рассудок. И всё, что происходит в истории на протяжении почти двух часов – это внутренний мир главной героини Су-ми.
Если в ремейке “Незваные” есть сцены как в доме, так и вне его (что подчёркивает попытку выстраивания жизни заново), то в “Истории двух сестёр” всё действие разворачивается в доме со скрипящими лестницами и дверцами. Символы дома, платяного шкафа, секретера, куда Су-ми хотела положить блокнот и книгу по возвращении, (и у всего есть двери, которые главная героиня постоянно открывает или они, скрипя, открываются сами) – всё это подсознание, всё это постепенное погружение глубже и глубже в него главной героиней, пока, наконец, не откроется отправная точка, когда зародилось чувство вины.
Всё, что происходит в фильме, это реконструкция событий до психиатрической клиники
Сценарий “Незваных” братьев Гард исследует память, у Ким Джи-уна исследуется раздвоение личности. Гарды, правда, оказались проще в своём монтаже, а вот монтажёр Ко Им-пхё в “Истории двух сестёр” простых путей не искал. Но прелесть в его последовательности тоже есть – это иллюстрирует пошатнувшийся рассудок Су-ми, постоянно подкрепляемый двумя белыми таблетками.
Она видит свою сестру Су-ён (вернее, её неупокоенный дух, но не осознаёт этого), медсестру Ын-джу, ей снится женщина в чёрном, у которой бежит менструальная кровь по ноге, ей кажется, что в доме происходит что-то странное; а отец при этом подозрительно спокоен.
Но он всего лишь очень терпелив по отношению к дочери, он не хочет её расстраивать ещё больше, так как её состояние и без его замечаний шаткое. Только в момент, когда Су-ми совсем выходит из-под контроля – в сцене, когда она снова обвиняет Ын-джу в жестокости по отношению к Су-ён, что та постоянно её обижает, – отец повышает голос, он видит, что состояние дочери ухудшается, она не хочет признавать реальности, хотя до этого ему могло казаться, что ей надо дать время. Он говорит дочери, что её сестра мертва. И обращается к Су-ми: “Пора прийти в себя”.
Этот фильм имеет смысловые точки:
- сцена в психиатрической клинике, когда врач говорит с Су-ми, а потом она возвращается домой;
- события в доме, когда Му-хён терпеливо наблюдает за страданиями своей дочери Су-ми, как она постепенно сходит с ума всё больше; он сдаётся и вызывает Ын-джу;
- повторная госпитализация Су-ми;
- месть призрака младшей сестры ненавистной медсестре Ын-джу за то, что ей всё же удалось избавиться от Су-ми и занять место в доме.
В начале фильма Ын-джу – это альтер-эго Су-ми
В начале фильма после приезда Су-ми и Су-ён домой есть сцена, когда Му-хён разговаривает по телефону, но точно не обозначено, с кем он говорит. Особенно в первый просмотр. Но потом становится ясно, что его собеседница – это настоящая Ын-джу.
Он говорит, что обстановка в доме напряжённая, потому ей лучше пока не приезжать, чтобы не нервировать Су-ми. Ведь он помнит, какие отношения были между ними.
В финальном акте – после того, как он сказал Су-ми, что её сестра мертва и пора прийти в себя, – он не выдерживает и приглашает настоящую Ын-джу, потому и кажется, что Ын-джу видит себя. На самом деле, это Су-ми, которая пришла в себя после очередного срыва.
В итоге настоящая Ын-джу появляется только в финале, всё это время Су-ми воображает себя своей мачехой.
Сцена ужина с Сонг-ю и его женой Ми-хи
В этом телефонном разговоре в начале фильма отец говорит, что в гости на ужин приедут Сонг-ю, брат Ын-джу, с женой. Потому Му-хён и произносит фразу: “Я разберусь”, поскольку это довольно странно, что в гости приедет посторонний человек. И вот эпизод ужина получился по-настоящему жутким, учитывая, если Ын-джу в доме было запрещено появляться, а Су-ми периодически представляет себя на месте ненавистной медсестры.
Су-ми, представляя себя как Ын-джу, стала рассказывать истории из их совместного прошлого с Сонг-ю, подталкивая его вспомнить их. Он наконец признаётся, что ничего этого не помнит. При этом все трое – Сонг-ю, его жена и Му-хён – выглядят очень напряжёнными и смущёнными из-за поведения девушки. Зрителю не показано, что видят они, но повторный просмотр даёт понимание, что перед ними Су-ми. Су-ми, которая ненавидит Ын-джу, а, следовательно, и всех её родственников. Скорее всего, она и ужин организовала, чтобы излить своё недовольство на них любым способом. Отчасти ей это удалось, потому что у Ми-хи, жены Сонг-ю, случился жестокий эпилептический приступ. Во время приступа Ми-хи увидела под раковиной призрак девочки. Этот призрак ей явился, скорее всего потому, что в тот день, когда погибли жена Му-хёна и Су-ён, все были в доме и никто не попытался спасти их. То, что Ми-хи всё же увидела её, означает, что она тогда понимала неправильность всего происходящего, возможно, её мучила совесть, что она каким-то образом причастна к этой истории.
Как началось психическое расстройство Су-ми
Когда отец позволил себе увлечься молодой медсестрой Ын-джу, его жена была ещё жива. Она болела, чувствовала себя, конечно, очень плохо, а роман мужа стал свидетельством того, что её преждевременно вычеркнули из жизни. Степень её отчаяния можно понять по способу сведения счёта с жизнью – наглотаться таблеток и повеситься в платяном шкафу у младшей дочери в спальне.
Сёстры были невольными свидетелями зарождающегося романа между их отцом и медсестрой. Су-ми, изначально будучи более разговорчивой и дерзкой, стала открыто выражать своё недовольство в адрес Ын-джу, которая осмелела так, что приглашала и своего брата в чужой дом. Ярость от её присутствия перекрывала здравый смысл. Когда все услышали грохот в спальне Су-ён, никто не поспешил туда; Су-ми, увидев Ын-джу, предпочла вылить на неё свой гнев, чем узнать, что случилось в спальне сестры. Диалог между Ын-джу и Су-ми получился полным гнева и ненависти, а слова Ын-джу о том, что Су-ми рано или поздно пожалеет о своём поведении, сыграли свою роль в будущем. Так как они заставили её думать, что она несёт ответственность за случившееся. Пусть это не так, но ущерб психике был нанесён – и произошло это именно в тот момент, когда Су-ми обнаружила, что её сестра и мать погибли. И у неё появилось болезненное чувство вины – та самая отправная точка в этой истории.
Но в сознании Су-ми образовалась и ещё одна вещь – она осознала, что отец выбрал Ын-джу за что-то неординарное, потому Су-ми должна стать такой же, чтобы отец полюбил и Су-ми. Хотя он и так любил своих дочерей, но всё же стресс из-за заболевания матери и появления нового интереса в жизни отца наложили свой отпечаток. Су-ми стала ассоциировать себя с Ын-джу.
Более того, этот момент зацикленности у неё мог возникнуть в тот день, когда погибла сестра. Су-ми прокручивала его раз за разом (от чего её психика и пошатнулась), она попала в эту воронку “Ын-джу – Су-ён, зовущая на помощь – Су-ми, уходящая из дома” и всё по кругу снова и снова. Потому в фильме периодически повторялись моменты, когда Су-ми обнимала сестру и говорила ей, что никогда её не бросит и она всегда должна рассказывать ей, если её обидят. Но, когда она понимала, что Су-ён больше нет, она представляла себя как Ын-джу и вступала с ней в конфликт, бесконечно обвиняя её в сотворении зла.
Су-ён отомстила Ын-джу
В финале, когда Су-ми была снова госпитализирована, Ын-джу приехала в дом Му-хёна. Теперь ей можно здесь находиться, так как препятствий больше нет. Тем не менее, она ошибается. Пресловутый шкаф, от которого Му-хён отказался избавиться, хранит опасные призраки прошлого. Ын-джу пошла на странные звуки в спальню Су-ён. Призрак девочки вышел из шкафа и убил Ын-джу.
В следующей сцене показано, что в больничной палате лежит Су-ми. Из глаза сбегает слеза, но лицо Су-ми спокойно, его освещает солнечный свет, как символ добра и душевного облегчения в данном случае. Это словно привет от младшей сестры, что теперь зло уничтожено и справедливость восторжествовала.