Вольный университетский дух сегодня вызывает раздражение по обе стороны океана. Только в России руководство страны занято модернизацией высшего образования ещё с 2012 года, а в Соединённых Штатах Дональд Трамп предпринял только сейчас.
Интересно, что в обеих странах попытки «поставить на место» студентов и высшую школу предпринимаются после актуализации консервативной политической повестки.
Исторически такой подход не новость. Особенно для России. Николай II запретил создание в России новых университетов в 1912 году. В 2012 году после событий на Болотной площади начал ужесточаться контроль за деятельностью российских вузов.
Но на самом деле руководство страны всегда стояло перед дилеммой необходимости инновационного развития и угрозой существующему строю, которая исходит от университетов, по определению являющимися местами формирования свободной, мыслящей личности.
Павел I первым пришёл к выводу, что просвещение таит в себе угрозу распространения атеизма и республиканских идей, и потому запретил российским дворянам получать образование за границей, где власть не могла контролировать содержание университетских курсов. Николай II душил университетскую вольницу военной дисциплиной и мелочным бюрократическим контролем. Только вот Крымскую войну в 1856 году Россия проиграла Англии и Франции, в которых профессора и студенты пользовались куда большими свободами, чем в России. И государство вынуждено было пойти на временное ослабление полицейского контроля над учебными заведениями…
Эти государственные «качели» продолжали своё колебание и в советское время, когда власти пытались контролировать высшую школу (и просто школу) не только административно и идеологически, но и введением платного образования.
«Зачистка» вузов
Новация самого последнего времени – силовая зачистка вузов. В первые три месяца 2025 года были задержаны ректор ПсковГУ Наталья Ильина, проректор по учебной работе Красноярского государственного медицинского университета Ирина Соловьева, первый проректор Приволжского исследовательского медицинского университета (ПИМУ) Сергей Вожик и начальник службы закупок этого вуза Вячеслав Матвеичев, директор нижегородского филиала РАНХиГС Александр Парамонов. Начался суд над бывшим ректором Астраханского госуниверситета Константином Маркеловым. 14 января был задержан, а затем заключен под стражу ректор Нижегородского государственного агротехнологического университета Игорь Воротников. Ректор Ульяновского государственного технического университета (УлГТУ) Надежда Ярушкина была задержана и помещена в СИЗО. Задержана и отправлена под домашний арест и.о. директора института фундаментальных и прикладных агробиотехнологий Мичуринского аграрного университета (МичГАУ) Елена Третьякова...
Десятки ректоров и проекторов задерживались и в прошлом году. Формальные причины разные: где-то это взятки и мошенничество, а где-то якобы халатность, которую сотрудники ВУЗов не признают и проводят акции в поддержку своих арестованных руководителей.
Но вряд ли это только лишь проявление государственной борьбы с коррупцией в учебных заведениях. Для модернизации отечественной высшей школы есть и более глубокие причины. Как политические, так и прикладные. Например, стране нужны врачи, учителя, инженеры. Ещё нужнее рабочие руки. А вот перепроизводства элит с гуманитарным образованием не нужно совсем, поскольку перед глазами есть печальные примеры того, чем это заканчивается.
Поэтому, вероятнее всего, уже в ближайшем будущем, число вузов будет серьёзно сокращаться: до минимума по платным университетам и аспирантским программам, а также «лишним» гуманитарным специальностям.
Университеты, как это было в Советском Союзе, могут стать доступны только для студенческой элиты. Немаловажным фактором радикального сокращения числа вузов могло бы стать желание удерживать студентов в регионах. Прямо по логике Валентины Матвиенко: если в Москве поступить в университет станет проблемой, желающие получить высшее образование будут ехать в регионы и, вероятно – там же оставаться.
Политическая подоплека может лежать в явной тенденции к замене профессуры и руководства со старой (либеральной) элиты на новую, более ориентированную на изменившиеся «правила игры» и консервативную повестку. В этом смысле высшее начальство не склонно доверять старой интеллигенции, с её зачастую слишком свободными взглядами (и не только на образование).
Как отмечают аналитики, в руководстве вузов сейчас «требуется всё большая гибкость и лояльность, которая позволит модернизировать работу со студентами, новыми образовательными программами и стандартами, а также позволит вышестоящим органам лучше контролировать ресурсы, выделяемые на их реализацию».
Так или иначе, какие бы причины не привели к массовым арестам сотрудников сферы высшего образования, очевидна тенденция – сфера образования стремительно меняется.
Трамп объявляет университетам войну
Но не только в России. Войну университетам объявил и вновь избранный американский президент Дональд Трамп. Под давлением его администрации образовательные учреждения теряют финансирование и перспективных студентов. В качестве предлога выдвигается «борьба с антисемитизмом», которым якобы заражены университеты США. 14 апреля в Белом доме заявили о заморозке $2,2 млрд грантов и $60 млн долгосрочных контрактов с Гарвардом. Об этом стало известно вскоре после того, как в университете заявили, что не собираются выполнять требования администрации президента США Дональда Трампа, выдвинутые на волне борьбы его администрации с «антисемитизмом» в американских университетах.
Гарвард не единственный американский университет, попавший под давление со стороны администрации Трампа, но первый, выказавший открытое неповиновение властям.
В открытом письме президент Гарварда Алан Гарбер заявил, что предписания правительства предполагают «прямое государственное регулирование» деятельности университета, угрожают его независимости и конституционным правам.
У администрации Трампа возможность — если не обанкротить университеты, то по крайней мере разорить те, у кого нет значительных эндаументов. А таких большинство. И даже самые богатые, вроде Гарварда, могут оказаться серьезно ослаблены. И, хотя всё-таки экономической самостоятельности у американских вузов больше, чем у российских, они могут понести серьёзные потери. А вместе с этим пострадает и способность США оставаться на передовой науки и техники. То есть существует опасность, что вместе с либеральными ценностями, которые исповедуют преподаватели и студенты американских вузов, может быть «выплеснут» и «ребёнок» инновационной системы страны.
Исследования показывают, что деятельность американских университетов существенно связана с экономическим ростом. Согласно анализу Brookings Metro, в 44 из 100 округов США, лидирующих по объему экономического производства, имеется университет, входящий в первую сотню по размеру полученных федеральных исследовательских грантов.
Но внутриэкономические последствия мер, предпринятых Трампом против крупных вузов, могут оказаться не такими значительными по сравнению с последствиями для международной конкурентоспособности Соединённых Штатов.
По мнению старшего научного сотрудника независимого аналитического центра Brookings Metro Марка Муро, отставание США в области искусственного интеллекта от Китая может стать для страны настоящим шоком, подобным запуску первого спутника Советским Союзом. Однако, по мнению Муро, не похоже, что Трамп готовит страну к успешному ответу на этот вызов…
Православный мессенджер «Зосима»
И здесь в самую пору снова вернуться к российским проблемам, которые всё больше становятся похожи на американские. У значительной части руководства страны, похоже, есть та же иллюзия, что у Трампа, что авторитарное управление образованием (и наукой) может решить проблемы технологического суверенитета, как частного случая общей суверенизации экономики.
В понедельник с любопытным заявлением выступил глава комитета Госдумы по информполитике Сергей Боярский:
«Я считаю, что мы очень крепко стоим на ногах с точки зрения нашего цифрового суверенитета. Мы можем просто посмотреть вокруг и понять, что людям нужно: свой поисковик, почтовый сервис, экосистема доставки такси, банки, государственные услуги, вопрос искусственного интеллекта. Но нам нужен свой мессенджер. Потому что ни WhatsApp, ни Telegram не являются доверенными мессенджерами. Это плохие, вредные, вражеские платформы», — рассказал статусный сын известного актёра на Мастерской новых медиа.
Скорее всего, не только в представлении одного Боярского решение проблемы технологического суверенитета в сфере IT выглядят «просто». Вероятно, начальству довлеют воспоминания о том периоде недавнего прошлого, когда наша страна, первой создавшая такие передовые сервисы, как Яндекс, Госуслуги и т.д., на самом деле имела шансы стать одной из ведущих IT-держав. Дуров здесь создавал и ВК и Телеграм, который стал лучшим мессенджером в мире не потому, что это было «так просто».
К сожалению, сейчас ситуация не благоприятствует такому развитию: айтишники разбрелись по миру, а многие основатели госсервисов сидят под следствием.
«В такой ситуации создавать новый софт, который не «плохой, вредный, вражеский», наверное, можно только вернув шарашки, но теперь не для космических разработчиков, а для программистов. Хотя… тут же летом выйдет православный мессенджер «Зосима», уж не его ли рекламирует депутат?» - иронизирует Илья Гращенков, президент Центра развития региональной политики (ЦРРП).
По мнению эксперта, любая «экосистема» станет качественным продуктом не в результате простого копирования чужого кода, а только тогда, когда сможет успешно конкурировать на рынке. Россия всё ещё сохраняет шансы для возрождения своего лидерства. Но для этого требуется отмена западных санкций и, пожалуй, синхронное ей ослабление давления на высшее образование...