Ирина стояла у окна, разглядывая отваливающиеся обои на стене. Очередное утро в их старой "двушке" начиналось с привычного раздражения. Пятнадцать лет без ремонта превратили когда-то уютную квартиру в унылое зрелище: потрескавшаяся штукатурка, облезлый линолеум, желтые разводы на потолке.
"Петя, нам нужно поговорить", - тихо начала она, услышав шаги мужа.
"Опять двадцать пять", - буркнул Петр, наливая себе кофе. - "Дай хоть позавтракать спокойно".
"Нет уж, давай поговорим сейчас!" - Ирина развернулась к мужу. - "Посмотри, во что превратилась наша квартира! Мне стыдно людей приглашать. У всех как у людей - евроремонты, дизайнерская мебель, а у нас что? Смотреть противно!"
"А у всех и зарплаты другие", - огрызнулся Петр. - "Ты что, забыла про ипотеку? Каждый месяц по 40 тысяч отдаем. Плюс коммуналка, продукты, одежда детям. Откуда деньги на твой евроремонт брать?"
"Можно взять кредит", - предложила Ирина.
"Совсем с ума сошла? Еще один кредит?!" - Петр с грохотом поставил чашку. - "Тебе легко говорить - сидишь дома, а я пашу как проклятый, чтобы все это тянуть!"
"Ах, так я значит бездельница?!" - вспыхнула Ирина. - "А кто с детьми сидит? Кто готовит, убирает, стирает? Я между прочим тоже работаю - на дому, чтобы хоть какую-то копейку в семью принести!"
"Вот и неси свою копейку на ремонт!" - рявкнул Петр. - "А я больше в долги влезать не собираюсь!"
Вечером, уложив детей, Ирина решила снова поднять больную тему. Она подготовилась: составила примерную смету, нашла недорогую бригаду строителей, даже прикинула, как можно сэкономить на материалах.
"Петь, давай спокойно обсудим", - начала она, садясь рядом с мужем на диван. - "Я все подсчитала. На косметический ремонт нужно всего триста тысяч. Это не так много..."
"Не так много?!" - перебил Петр. - "Да ты в своем уме? Это три моих зарплаты! И где я их возьму?"
"Можно взять потребительский кредит. Я узнавала - дают под двенадцать процентов. Платеж будет всего пятнадцать тысяч в месяц".
"Всего?!" - Петр аж поперхнулся. - "Ира, ты вообще понимаешь, о чем говоришь? У нас и так концы с концами еле сходятся! Ипотека, машина в кредите, а ты еще один хомут на шею повесить хочешь?"
"А ты хочешь, чтобы мы как бомжи жили?!" - не выдержала Ирина. - "Тебе не стыдно, что у твоих детей в комнате обои отваливаются? Что к нам уже никто в гости не ходит - стесняются в такой срач приходить?"
"При чем тут дети? Им плевать на твои евроремонты! Им важнее, чтобы отец не загнулся от переработок!" - Петр вскочил с дивана. - "А гости... Да пошли они к черту, твои гости! Нечего тут нос воротить!"
"Вот именно такое отношение меня и убивает!" - Ирина тоже повысила голос. - "Тебе все равно, как мы живем! Главное - твой драгоценный покой!"
"Мне все равно?! Да я..." - Петр осекся, заметив, что в дверях стоит заспанная дочка. - "Иди спать, малыш. Все хорошо, мы просто разговариваем".
Следующая неделя прошла в напряженном молчании. Ирина демонстративно не разговаривала с мужем, только оставляла на столе сухие записки: "Купи хлеба", "Дети в музыкалке до пяти".
В субботу она не выдержала. Когда Петр привычно развалился на диване с телефоном, она встала перед ним, уперев руки в боки:
"Знаешь что? Я сама заработаю на ремонт! Возьму еще двух учеников на репетиторство. И плевать, что ты думаешь!"
"Ну-ну", - хмыкнул Петр, не отрываясь от телефона. - "Давай, заработай. А детей кто воспитывать будет?"
"А сейчас их кто воспитывает?!" - взорвалась Ирина. - "Ты же только и делаешь, что в телефоне сидишь! Хоть бы раз с Димкой уроки сделал или Машу на танцы отвез!"
"Я, между прочим, деньги в семью приношу!" - Петр наконец оторвался от экрана. - "А не на диване с учениками сижу!"
"Ах так?! Значит, я на диване сижу?!" - Ирина схватила грязную тарелку со стола и швырнула ее в раковину. Звон разбитого фарфора эхом разнесся по квартире.
"Совсем сдурела?!" - заорал Петр. - "Ты посуду бить вздумала?!"
"А что, только тебе можно психовать?!" - Ирина схватила еще одну тарелку. - "Надоело! Все надоело! И ты со своей жадностью, и эта убогая квартира!"
"Если не нравится - выметайся к своей мамочке!" - рявкнул Петр, в сердцах швыряя свою чашку в раковину. - "Там тебе и ремонт сделают, и на шею сядут!"
"Знаешь что? Может, и выметусь!" - Ирина развернулась и побежала в спальню. Через минуту она вылетела оттуда с собранной наспех сумкой.
"Туда тебе и дорога!" - крикнул вслед Петр.
Входная дверь с грохотом захлопнулась.
"Нет, ты только посмотри на этого тирана!" - возмущалась мать Ирины, расставляя на столе чашки с чаем. - "Довел тебя до такого состояния! А все из-за чего? Из-за каких-то несчастных трехсот тысяч!"
Ирина сидела на кухне материнской однушки, рассеянно помешивая остывающий чай. Второй день вдали от дома давался тяжело. Дети звонили каждый час, плакали, просили вернуться.
"Мам, может я погорячилась?" - тихо спросила она. - "Дети совсем расклеились..."
"Ничего ты не погорячилась!" - отрезала мать. - "Пусть теперь попробует сам с детьми посидеть, быт потянуть! Может, поймет наконец, как тебе тяжело".
В этот момент телефон Ирины разразился очередной трелью. Звонил Петр.
"Не бери трубку!" - воскликнула мать. - "Пусть помучается!"
Но Ирина уже нажала на "принять вызов":
"Да?"
"Ир, ну хватит дурить", - голос мужа звучал устало. - "Возвращайся домой. Дети с ума сходят".
"А ты? Ты с ума не сходишь?" - тихо спросила Ирина.
"Ир, давай не будем..." - начал было Петр, но его перебил визгливый крик тещи, вырвавшей у дочери телефон:
"Ах ты, жмот несчастный! Да как ты смеешь ей указывать?! Она тебе всю молодость отдала, а ты даже ремонт сделать не можешь!"
"Анна Михайловна, не лезьте не в свое дело!" - рявкнул Петр и бросил трубку.
"Вот!" - торжествующе воскликнула мать. - "Я же говорила - тиран! Теперь ты видишь его истинное лицо?"
Ирина молча встала из-за стола. В голове крутилась одна мысль: "Что же я наделала?"
На третий день Ирина не выдержала и вернулась домой. В квартире царил хаос: гора немытой посуды в раковине, разбросанные игрушки, пыль на всех поверхностях.
"Мама!" - дети с визгом бросились ей на шею.
Петр вышел из комнаты, окинул жену тяжелым взглядом: "Нагостилась?"
"Петь, давай поговорим", - устало сказала Ирина, отправив детей в их комнату.
Они сели на кухне. Ирина заварила кофе, достала любимое печенье мужа.
"Я тут подумала... Может, начнем ремонт постепенно? Комнату за комнатой? Я могу взять дополнительные уроки..."
"Опять двадцать пять!" - перебил Петр. - "Ты три дня была у мамочки, и что, она тебе денег не дала на твой драгоценный ремонт?"
"При чем тут мама?!" - вспыхнула Ирина. - "Я пытаюсь найти компромисс!"
"Компромисс? А истерику закатывать и посуду бить - это тоже компромисс?"
"Да ты сам тарелку разбил!"
"После того, как ты начала швыряться!"
"Знаешь что?" - Ирина вскочила со стула. - "Я поняла - тебе просто плевать на меня и мои желания! Тебе комфортно жить в этой развалюхе!"
"А тебе просто больше заняться нечем!" - парировал Петр. - "Вместо того, чтобы детьми заниматься, ты о евроремонте мечтаешь!"
В дверях кухни появилась заплаканная Маша: "Мама, ты опять уедешь?"
Ирина замолчала на полуслове. Молча вышла из кухни, обняла дочь: "Нет, солнышко. Больше не уеду".
"Вот и правильно", - буркнул Петр. - "Нечего детям нервы трепать".
В воскресенье нагрянули родственники. Теща, узнав о возвращении дочери, решила поговорить с зятем "по-мужски", прихватив с собой своего брата - дядю Колю, бывшего прораба. Петр позвонил своей сестре Наташе с мужем - для поддержки.
Дети были отправлены гулять во двор, а взрослые расселись в гостиной.
"Значит так, Петя", - начала теща, поджав губы. - "Мы тут посовещались и решили: так дальше продолжаться не может".
"Да что вы говорите?" - съязвил Петр. - "И что же вы решили?"
"Я все посчитал", - встрял дядя Коля, доставая помятый блокнот. - "На материалы уйдет максимум двести тысяч, остальное - работа. Я договорюсь со своими ребятами, сделают со скидкой".
"А деньги вы тоже со скидкой найдете?" - вмешалась Наташа. - "Вы вообще в курсе, сколько у них ипотека?"
"При чем тут ипотека?" - взвилась теща. - "Речь о нормальных условиях жизни! Вы видели, в какой убогости живут?"
"Зато своя убогость, а не съемная!" - парировал муж Наташи. - "И вообще, не ваше дело, как они живут".
"Это моя дочь, и я не позволю..." - начала было теща, но Ирина перебила:
"Мама, хватит! Это наша с Петей проблема".
"Вот именно!" - поддержала Наташа. - "Нечего семью разрушать своими советами!"
"Это твой муж семью разрушает своей жадностью!" - теща ткнула пальцем в сторону Петра.
"Анна Михайловна", - процедил Петр сквозь зубы. - "Еще одно слово, и я вас просто выставлю".
В комнате повисла звенящая тишина.
Через неделю Ирина начала действовать. Она взяла еще пятерых учеников на репетиторство, устроилась подрабатывать корректором в интернет-издание. Теперь она вставала в шесть утра и ложилась за полночь.
Петр наблюдал за этим молча. Только все чаще стал задерживаться на работе - дома было невыносимо тихо. Ирина практически не разговаривала с ним, полностью погрузившись в работу.
В один из вечеров он не выдержал: "Ты себя в зеркало видела? На тебе лица нет!"
"Неужели заметил?" - холодно отозвалась Ирина, не отрываясь от ноутбука. - "А я думала, тебе все равно".
"Ира, прекрати. Ты же загонишь себя".
"Не волнуйся. Это ненадолго - только пока не накоплю на ремонт в детской. Кстати, я уже договорилась с бригадой - начнут через месяц".
"Что?!" - Петр аж поперхнулся чаем. - "Без моего согласия?!"
"А мне нужно твое согласие? Это мои деньги. И я хочу, чтобы у моих детей была нормальная комната".
"Твои деньги?" - Петр побагровел. - "А кто квартиру купил? Кто ипотеку платит?"
"Ах да, как я могла забыть!" - Ирина наконец оторвалась от компьютера. - "Ты же у нас кормилец! Только вот незадача - кормишь ты нас в свинарнике!"
"Знаешь что? Делай что хочешь!" - рявкнул Петр. - "Но учти - я в этом участвовать не буду. И если что-то пойдет не так - это только твои проблемы".
"Спасибо за поддержку, дорогой", - ядовито процедила Ирина. - "Ты как всегда на высоте".
Спустя три месяца детская преобразилась. Новые обои с морской тематикой, натяжной потолок "звездное небо", удобные шкафы-купе. Дети были в восторге. А Ирина... Ирина осунулась, под глазами залегли круги, но во взгляде появилось что-то новое - гордость и решимость.
Петр делал вид, что не замечает перемен. Он теперь почти не бывал дома - задерживался на работе, записался в спортзал, стал чаще видеться с друзьями. Только иногда, поздно вечером, стоя в дверях обновленной детской, он чувствовал странную смесь вины и раздражения.
В один из вечеров Ирина объявила: "Через неделю начинаем ремонт в гостиной".
"Как знаешь", - пожал плечами Петр. - "Я буду жить пока у сестры".
"Конечно", - усмехнулась Ирина. - "Ты же у нас мастер убегать от проблем".
"Это ты у нас мастер - создавать проблемы на ровном месте".
Они посмотрели друг на друга - два чужих человека, живущие под одной крышей.
"Знаешь, Петя", - тихо сказала Ирина. - "Дело ведь не в ремонте. Просто ты так и не понял главного - мне важна была не столько новая плитка или обои. Мне важна была твоя поддержка. Но ты предпочел войну".
"А ты предпочла гордыню", - ответил Петр. - "И доказала всем, какая ты сильная и независимая. Только ценой этому - наша семья".
"Семья?" - горько усмехнулась Ирина. - "Была бы семья - не было бы этой войны".
На этом разговор закончился. Каждый остался при своем мнении. Они продолжали жить вместе - ради детей, ради кредитов, ради привычки. Но что-то безвозвратно надломилось в их отношениях.
Ремонт в квартире постепенно завершился. Только вот трещину в семье он так и не смог заделать.
