В конце августа мы переехали в полупустой, но готовый для жизни дом. Сегодня конец ноября, значит, в доме мы живем уже три месяца.
Полет успешный, но были и эксплуатационные, так сказать, моменты.
Первым делом вышел из строя насос от застройщика. Конечно, мы на него сильных надежд и не возлагали, но думали, что зиму проживем. Не прожили или точнее насос не прожил.
Дело было вечером, я собиралась душевно делать «мимозу» и наводить предгостевой порядок (привет, Ксюша!), как вдруг закончилась вода. И все. Я с кислотным пилингом на лице словила мини-истерику, умываясь из чайника, а на следующий день уже стоял новый насос.
Да, расход был не запланирован, но, полагаю, что все к лучшему. Хуже было бы зимой, когда в существенный минус пришлось доставать все 25 метров трубы из скважины, все это дело менять. И да, посуда в шкафу перестала трястись при включении насоса, теперь мы вообще не слышим, когда он работает, а когда нет.
Чтобы не задраконить новый насос сразу же, мы поставили расширительный бак на 100 литров, теперь насос срабатывает реже.
Бак повесили на стену в техкомнате. Мечтаем о технической пристройке, куда вынесем все оборудование, но пока что так.
Дом дает усадку, что вполне ожидаемо. Поэтому вся наша проводка, изначально натянутая в струну, по-тихоньку провисает.
Так сейчас выглядят все провода. За зиму провиснет еще больше, будем перетягивать.
Не дожидаясь первых зайчиков, как говорит мой папа, мы начали конопатить снаружи и засыпали 60 мешков опилок на крышу, перемешав их с двумя мешками гашеной извести (от мышей).
Я, правда, так до конца и не понимаю, что там за первые зайчики должны выскочить. Заяц у нас пока один, который по совместительству является собакой.
Марлик, кстати, времени зря не теряет и занимается собственным апгрейдом ремонта.
Например, цоколь на нашей дешевенькой кухне из лдсп уже частично отсутствует.
Ну потому что где еще пописать старому псу, как не возле кухни.
Цоколь, что еще стоит, также уже не в лучшем виде, потому что ссать Марлик хотел на наш ремонт.
В ближайшее время будем его менять. Цоколь, конечно. Собаня пусть уж живет, что с него взять в его почти четырнадцать.
В остальном полет нормальный.
В зеленой комнате появился стеллаж, который я заполняю своими книгами.
Здесь он еще пустой, сейчас книг больше и я каждый раз вздрагиваю, когда вспоминаю, сколько их еще возить.
Цветы живы.
Печка топится.
Еда варится.