Иногда мне и правда хочется бросить все и уехать куда-нибудь на край света, где никому ничего не надо доказывать. Спустить все деньги на ветер, провести время в свое удовольствие, расслабиться на диком пляже под пальмами, не стесняясь лишнего веса, почувствовать себя живой.
Но это секундная слабость. И пока я не поддалась ей, растаяв рядом с Арсом и превратившись в лужицу у его ног, я вспоминаю о своих ближайших планах.
- Вы правы, Арсений Геннадьевич. Как раз хотела вас попросить об отпуске на все праздники. Я заявление писала заранее, еще при бывшем владельце, но теперь вы…
- Я не хочу тебе его давать, - перебивает недовольно.
Моя система сбоит и ломается. Что происходит? Да сколько можно!
- Почему? Это очень важно для меня, я планировала Пашу с родителями познакомить, обсудить подготовку к свадьбе, - с каждым моим словом он становится все мрачнее. – Мы решили после Нового года подать заявление в ЗАГС, - подчеркиваю для убедительности и, потеряв надежду, тяну умоляюще: - Пожалуйста, Арсений Геннадьевич.
Высоцкий темнее тучи и напряжен до предела. Ноздри раздуваются, как у дракона, желающего сожрать принцессу, потому что надоело охранять ее, руки сжаты в кулаки, желваки на скулах - ходуном. Атмосфера накаляется, в воздухе искрит злость, и кажется, стоит поднести спичку, как весь отель взлетит на воздух.
В висках отбивается тиканье больших часов с маятником, который будто раскачивается над моей головой. Секунды сливаются в минуты. Тянутся мучительно долго. Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем Арс расслабляет ладони, молча протягивает мне лист бумаги и кивает на ручку, что лежит на столе. Дрожащими пальцами беру ее, быстро пишу заявление на имя нового босса, пока он не передумал, с опаской отдаю.
Почти не дышу в ожидании приговора. Моя судьба под угрозой, а он… играет со мной в кошки-мышки.
Не вчитываясь в текст, Высоцкий ставит свою размашистую подпись в углу листка. Протяжно выдыхаю, не скрывая облечения. Все идет плану, жизнь возвращается в привычное русло, и это мне по душе.
- Свободна, - бросает шеф совершенно другим, незнакомым мне тоном, глухим и тусклым.
- Спасибо, - благодарю почти беззвучно, слабо пошевелив пересохшими губами.
Направляюсь на выход из кабинета, ощущая на себе его сканирующий до костей взгляд. Горячая волна прокатывается по позвоночнику вниз, ласкает бедра, которыми стараюсь несильно вилять. Мне не нужно лишнее внимание начальства – я без пяти минут замужем.
Судорожно отмахиваюсь от навязчивого предчувствия, что совершаю большую ошибку, бронирую билеты на самолет, собираю чемоданы, а за день до вылета домашние преподносят мне неприятный сюрприз.
- Никуда я не полечу, Слав, прости, - заявляет Ярик, выкладывая свои вещи обратно на полки шкафа. - Арсу помочь надо, у него там запара.
Виновато пожимает плечами, чмокает меня в щеку и сбегает в отель. Он проводит там больше времени, чем дома, и это раздражает.
- Лети одна, малыш, - добивает меня Паша. - Я так хотел с будущей тещей познакомиться, но начальник-самодур срочно вызвал меня на все праздники. Отказать не могу, сама понимаешь, я и так на испытательном сроке. В общем, я занят по горло.
Оставив меня с растрепанных чувствах, уезжает на работу. Возвращается поздно, глубокой ночью. Обдает меня шлейфом алкоголя и чужих духов, объясняя это деловой встречей без галстуков. Судя по его виду, и без исподнего. Однако действует презумпция невиновности.
Когда Паша скрывается в душе, я беру его телефон. Я всегда была той самой принципиальной девушкой, которая не сует нос в переписки своего парня, потому что любовь не терпит недоверия, а сейчас что-то ломается внутри… Какого черта? Мне с ним до конца дней жить! Пока смерть не разлучит нас – и все сопутствующие прелести брака. Поэтому открываю историю сообщений.
«Любимый, пока твоя бомбовозка у мамы, я буду ждать тебя в отеле. Номер 237. У меня есть сюрприз», - высвечивается на экране.
Смайлик с сердечками в глазах. Адрес отеля Высоцкого, будто чтобы сделать мне максимально больно. Не ранить, а убить. Откровенное фото идеального модельного тела, о котором я могу лишь мечтать, в кружевном белье. Без головы, да и в данном случае уже неважно, что сверху. Шах и мат!
Моя выстроенная по крупицам иллюзия семьи рассыпается на осколки. Не собрать, не склеить. Получится уродство. Впрочем, наши с Пашей отношения изначально были Франкенштейном, которого я слепила из того, что было.
Картинка будущего плывет, как в кривом зеркале. Все, о чем я мечтала, не более чем утопия.
Задыхаюсь, будто мне вонзили нож между ребер.
Опускаю взгляд на фотографию любовницы моего жениха. Жаль, нет лица – я бы ее прокляла.
Пустоту в душе заполняет слепая ярость.
Я отомщу!
РОМАНТИЧЕСКАЯ КОМЕДИЯ "Обручимся? Влюблен без памяти"
