Государственный исторический музей рассказал порталу «Культура.РФ» о пяти необычных картинах, которые можно увидеть в его залах. Узнайте, какой художник наиболее достоверно изобразил древний славянский обряд, что привнес в образ знаменитого Прометея Илья Репин и почему в Москве XVIII века особенно ярко развивался жанр камерного портрета.
В художественном оформлении Исторического музея принимал участие знаменитый художник-академист Генрих Семирадский. Картины «Похороны знатного руса» и «Тризна дружинников Святослава под Доростолом» он написал в 1883–1884 годах специально к открытию музея.
Полотна создавались под самым строгим контролем профессиональных историков. Это был единственный подобный случай во всей художественной практике Российской империи. Семирадский не просто писал копии предметов для создания композиции — он согласовывал каждый этап работы с Ученой комиссией музея, в частности с графом Алексеем Уваровым, профессиональным археологом.
По замыслу заказчиков, на полотнах нужно было изобразить достоверный с точки зрения археологии похоронный обряд, а не абстрактное историческое событие. Сам художник жил в Риме, поэтому регулярно получал консультации и корректировки по переписке. Ему присылали описания и изображения конкретных археологических памятников: топоров, узоров на тканях, колчанов и многого другого, — которые Семирадский встраивал в композицию. Например, в зале Исторического музея, где сейчас находится картина «Похороны знатного руса», расположены ритоны из кургана «Черная могила» — один из них изображен на самом полотне.
Литературной основой картины стало описание обряда погребения знатного руса, которое содержится в книге Ахмада ибн Фадлана, участника посольства 921–922 годов, отправленного аббасидским халифом ал-Муктадиром на Волгу к царю Булгара. Ибн Фадлан лично присутствовал на церемонии и подробно ее задокументировал.
Семирадский прекрасно справился с трудной задачей построения многофигурной композиции. Он достоверно изобразил и умершего воина на ладье, и девушку, сопровождающую его в царство мертвых, и человека, который должен разжечь погребальный костер. Но самыми интересными персонажами картины стали старик с музыкальным инструментом в руках и три плакальщицы на первом плане. Изначально граф Уваров был категорически против их появления, так как они не были реальными героями обряда, но Семирадский смог убедить археолога в органичности этого художественного решения. Поэтому на полотне старец с инструментом предстает в роли сказителя, который повествует о далеких временах и тем самым создает славянский миф.
Автор: Екатерина Тарасова