Она приблизилась к дому, которого раньше здесь не было. Это она знала, потому что с Чарой по этим местам они гуляли. Не было здесь ни поселения, ни даже одного дома.
А сейчас был. Не такой миленький, как у нее, кирпичный. И такой... скорее всё-таки мужской дом. Добротный, надёжный, без особых изысков. Но в то же время - больше коттедж, чем просто дом. Даже, вроде, гаражные ворота имелись, хотя (она улыбнулась) и машин здесь никаких не было, ни машин, ни автодорог. Лес кругом. И речка, конечно.
- Здравствуйте.
Она не говорила "мир вам", "доброго вам времени", и прочего, что говорили другие. Никакого особого приветствия здесь не было, давно уже стало понятно, что каждый говорит то, что считает нужным и что может придумать. Не все здесь говорили просто это - "здравствуйте", ведь очевидно, что ни к чему желать здоровья тем, кому оно вообще уже не нужно.
Но ей нравилось именно так приветствовать людей. А что, здоровье - это ведь и душевное спокойствие, разве не так? А его здесь желать вполне можно, вот она и желала. И сама бы не отказалась от полного душевного спокойствия, но его не было у нее и здесь, как ни странно: воспоминания о прошлом преследовали, сколько бы там лет ни прошло. Вот, как раз она сейчас и узнает - сколько.
- Здравствуйте... - сказал хозяин нового дома.
Она не могла ошибиться - это он. Да и тот голос, не зря же ей дали понять, что здесь человек, который когда-то был интересен ей.
Странно. Но вроде и сейчас этот человек ей интересен. Впрочем, наверно, не странно: физическая боль давно ушла, а вот чувства и мысли - они никуда не делись.
- Вы давно здесь? - поинтересовалась она.
- Нет, - ответил он. - Совсем недавно. Новоприбывший.
- Новопреставленный, - почему-то сказала она, хотя это слово было принято только там, на земле, а здесь вновь прибывших называли как угодно, но вот этого слова как раз избегали.
- Ну да, - согласился он.
- Вас встретили? - поинтересовалась Эва.
- Да, - подтвердил он. - Какой-то человек.
- Незнакомый? - удивилась Эва.
- Верно.
Она пока не стала ничего расспрашивать. Сейчас больше всего ее занимал вопрос, который раньше и вовсе не интересовал.
- Вы здесь совсем недавно... - он кивнул. - Какой год сейчас там, на земле?
Он сказал. Эва была поражена. Никаких не двадцать лет прошло, и не больше. Меньше, много меньше!
- Два года? - вырвалось у нее. - Всего два года?!
- Что это значит? - удивился он.
- Я думала, больше! А всего - два года... Два года, получается, как я здесь!
Он ничего не говорил.
- Но тогда... Вы-то как здесь? Ведь вам ещё совсем немного лет получается, ведь так?
- Да, - подтвердил он. - Двадцать девять.
- Тогда почему вы здесь?!
Он пожал плечами, и это было не менее красиво, чем там, на земле. И заговорил:
- Я не понимаю. Здесь есть хоть какая-то логика? Хорошо, пусть мы её не знали там. Но здесь?! Здесь ведь можно понять, что к чему? Но я пока не понял. Это авария! Авария! Ни я, ни мой друг, который был за рулём, мы не виноваты! А я погиб! К чему это, вы можете мне объяснить?!
Эва не могла объяснить даже и то, что произошло с ней самой. То есть... могла. Отчасти могла. Но это всё равно казалось ей неправильным и несправедливым. Что же она могла сказать про аварию, о которой и вовсе только что услышала.
- Случайность... - ничего другого сказать она не могла.
- Случайность?! - воскликнул ее собеседник. - Но здесь не может быть случайностей! Если от них зависит человеческая жизнь! Это... Если случайность, тогда и здесь, - он порывисто взмахнул рукой, - быть ничего не должно! А оно есть! Это же не сон, когда тело в коме, верно?
- Да, не сон, - подтвердила Эва. - Это другая жизнь, но не та, что там.
- Вот! - снова воскликнул он. - К тому же, я был там, на своих похоронах! Я видел: это все реальность, не бред! Я видел, где меня похоронили, я видел маму... отца. Как он говорил, что я не должен быть следующим! Но я стал! И какая в этом логика?! Только не говорите, что это случайность! Я в это не верю! Но и логики никакой, абсолютно никакой не вижу! Зачем?! Кому от этого лучше? Мне? Нет! Кому-то ещё?! Тогда пусть мне объяснят - кому! И почему моя жизнь оказалась не такой ценной, как эти интересы кого-то! Пусть скажут! Если это так, я увижу эти тонкие связи - и пойму! Я не дурак и вполне всё способен понять! Но мне не объясняют! А вам? Вам объяснили? Вы молоды... Или это только так кажется? Может быть, вы попали сюда, когда вам было много лет, за восемьдесят, например? Тогда логика ясна, конечно, организм не вечен. Или вы по-настоящему были молоды?
- Да, молода, - сказала Эва. - Но я долго болела.
- Сколько вам было лет?
- Не скажу.
- Ай, да бросьте вы кокетничать! - воскликнул он. - Вот сразу видно, женщина!
- А разве я могу быть мужчиной? - удивилась Эва. - И так видно, какого я пола.
- Да кто знает... - сказал он спокойнее. - Я не так давно здесь, и ещё не понял. Может, здесь не только любой возраст можно принимать, но и пол?
- Я не знаю такого, - пояснила Эва. - Я видела людей, немало, там, - она махнула рукой. - Там много людей... живёт. Да, живёт. Именно так. Это тоже жизнь. Но я не видела таких, которые принимали вид другого пола.
- Может, они вам не сказали, - заметил он.
- Нет, я знаю, - возразила Эва. - И вы это поймёте.
- А возраст? Историю жизни? Это тоже сразу видно?
- Нет. Это нет. Но каждый с желанием расскажет, если вас только заинтересует, конечно.
- Да? Но вот вы не говорите, сколько вам было лет.
- Почти как вам... Орест.
- Уже знаете, как меня зовут? - слегка удивился он.
- Давно знаю. Ещё там, на земле.
- Но мы не знакомы!
- Знакомы... Заочно. Хотя мои фотографии вы могли видеть.
- Вы, что, знаменитость?
- Вовсе нет. Мы общались в сети, в интернете. Вы совсем-совсем меня не помните, Орест?
Он задумался, смотрел внимательно:
- А вы, точно, выглядели именно так?
- На фотографиях да. Но я несколько лет болела, я же сказала. Поэтому в реальности - выглядела не совсем так. Это болезнь, понимаете? Это лечение... его последствия. Всё было уже не совсем здорово. Но я не выставляла такие свои фотографий, во время болезни. Ставила другие... где ещё нормально выглядела, вот эти фотографии вы и видели. Так я выгляжу и сейчас - и вот это вы, вроде, не должны были забыть. Но забыли. Почему?
- Долго общались? - он смотрел с недоумением.
- Ну... Недели две точно.
Он усмехнулся.
- Тогда я мог и не запомнить. Вот если бы дольше, месяца два-три. Вы знаете, сколько людей мне пишет? То есть, писали... И общался я со многими, если интересно, конечно. Вот вы - вы-то чем могли меня заинтересовать?
Она обиделась:
- То есть, я настолько моль бесцветная, по-вашему?
- Ну... Почему? Я имел в виду...
- Понятно. Не запомнили, потому что внешне я не запоминающаяся, да? Ну конечно, не как вы, правда? Только, знаете, меня все запоминали. Кроме вас, конечно!
- Простите, я не об этом... - было видно, что он смущён, - вы очень миловидная. Но там, правда, мне писали много девушек, и все они очень миленькие. Почему вы не заходите? Простите, я что-то... Это нелепость. Заходите!
- Нет, - ответила Эва. - Я здесь пешком постою.
Он рассмеялся:
- Я помню, откуда это. Простите меня, я погорячился и совсем забыл пригласить вас. Зайдите, прошу.
Эва отрицательно помогала головой:
- Не в этот раз. А потом, если хотите, можете зайти сами. Там мой дом, и я приглашаю. А я явилась сюда без приглашения, поэтому заходить не буду, не стоит. Вы можете и вовсе не захотеть такого общения. А люди... Вы сможете найти их без труда и быстро. Но вы ведь не хотите общения, поэтому и дом ваш - здесь, где вокруг лес? Я не могу ошибаться. Я и сама почти так живу. Так что заходить не стану точно, вы сами решите, хотите ли общаться, и с кем.
- Но... тогда скажите хотя бы, о чем мы говорили там, в сети, я ведь имел в виду, что не помню вас - именно о чем мы говорили. Так о чем? Или о разном?
- Нет. О Лескове, вас он почему-то в тот момент заинтересовал. А это один из моих самых любимых писателей.
- А! Я вспомнил!
- Да. Но мы говорили не об одном произведении.
- Я вспомнил вас! Точно! Там у него ещё много разных вещей, и это кроме самых известных. Он писал много странного.
- Возможно, - сухо заметила она. - На ваш взгляд. Но я ваш взгляд и сейчас не разделяю. И, кстати, можете снова почитать его произведения, уже в свете произошедших с вами... неважно. Просто - в свете новой жизни. Уверена, ваше восприятие этого автора изменится.
- Я почитаю... А где взять его книги?
- Где и всё остальное, - спокойно сказала она, без насмешки, хотя он только что сморозил глупость. - Вы же что-то здесь желаете, да?
- Да. Ах, да, я понял! Простите, что сказал ерунду!
- Ничего, вы же здесь совсем недавно. Ну, я пойду. Если желаете, приходите, буду рада поговорить. Ну, а если нет - то нет. Я вполне пойму. Простите, если что не так.
- Да что вы... Всё - так. Жаль, что вы не хотите зайти.
- Ещё рано. Если это вообще будет. А "простите" я сказала потому, что так прощаюсь. До свидания говорить нет смысла, не известно, увидимся ли снова. А говорить "прощай" не могу по той же причине. Поэтому я так сказала.
- А... Я понял теперь. Впрочем, до свидания. Потому что увидимся, я уверен.
- Хорошо. Буду рада, если так. Но я уже сказала. А сейчас я ухожу. Чара! - она присвистнула, подзывая собаку, и та немедленно оказалась рядом, глядя со своей собачьей улыбкой на хозяйку.
- Простите! - воскликнул он. - Но вы не сказали, как вас зовут! Или это секрет, и я должен вспомнить сам?
- Эвелина. Можно просто Эва.
- Красивое имя. И интересное. Настоящее?
- Да. Но ваше интереснее. И куда как более необычное.
- Я же писал, мой отец - грек, мама - русская. И фамилия, вы же знаете .
- Да. Греческая.
- И меня назвали в честь деда.
- Вы писали это.
- Ну вот...
- И вам писали, что вы красивы, как греческий бoг. Я помню.
- Да... Было. Но я наполовину русский.
- Что лишь делает вашу внешность совершенно особенной, Орест, - она улыбнулась. - Мне жаль, Орест, мне в самом деле очень жаль, что вы так рано здесь оказались. Поверьте, никакое общение с вами, то есть, возможность такого общения я не поставила бы выше того, чтобы вы жили, там. Я бы предпочла, чтобы вы были там, на земле. Мне жаль, Орест.
- Мне тоже,- вздохнул он. - И, главное, совсем непонятно, почему. Должна же быть логика, да? Я уверен, что она есть. И я ее обязательно узнаю.
- Вы всегда были дотошны, Орест, это я поняла, - улыбнулась Эва. - уверена, узнаете. И я тоже узнаю когда-нибудь, почему так случилось со мной. Немного обидно. Или даже сильно. Впрочем, это все равно уже прошлое. Жду вас, Орест. Если захотите, конечно.
С этим Эва развернулась и отправилась к своему дому.
**************