Деревья на том холме были сильно обожжены от ударов молнии, но ни одна липа не сгорела дотла...
Своего деда я очень любил. У него был оберег — деревянный кулон на потертом от старости шнуре. По форме похож на лист, а на лицевой стороне выжжен какой-то символ. Однажды я набрался смелости и спросил, что это за украшение, что он означает.
— Это оберег от Липы. Он со мной всю жизнь. Дотронусь до него — и словно чувствую ее рядом, — неохотно объяснил дедушка.
— Ты имеешь в виду дерево? — Нет... Хотя и дерево тоже. Есть такое женское имя — Олимпиада, а сокращенно — Липа. Так звали твою бабушку.
— Странное имя, никогда раньше его не слышал. Кстати, дед, ты ведь никогда мне о ней и не говорил. Что с ней случилось? Она жива? — спросил я.
— Я не знаю, — на глазах старика блеснули слезы.
— Много лет о ней ничего не знаю... Рассказ дедушки меня ошеломил. Передам его так, как запомнил.
— Мне было примерно столько же, сколько и тебе сейчас, Коленька. На окраине нашего поселка разместился цыганский табор. Случайно я познакомился с молодой цыганкой, Звали ее Липа. — Липа! — окликнул я однажды молодую красавицу.
— Приходи вечером за околицу, поболтаем с тобой обо всем на свете. О твоем редком имени тоже. Почему тебя так назвали? Цыганка улыбнулась:
— Меня назвали так в честь дерева, у которого мать меня родила. Оно дает мне силу и знание. Посмотри, какой красивый талисман мне покойный отец сделал! Мы встретились еще несколько раз, и я влюбился.
— Я люблю тебя, Липа... — сказал ей однажды вечером.
— Знаю, милый. Моя бабка была ведуньей, и мне этот дар передала по наследству. Боль и страх заговаривать умею, лечить, гадать, будущее предсказывать... Но не бывать нашему счастью, Иван. Скоро меня выдадут замуж за другого, такая моя судьба.
— Неужели нет выхода?
— Есть. Бежать! Ведь ни твои родственники, ни мои, ни батюшка в церкви не дадут согласия на наше венчание. Понимаешь, я же ведьма, многие даже считают, что «черная». Но все они ошибаются! Перед смертью моя бабушка сказала: «Липа! Никогда ничего не делай во вред другому. Хотя наш род и не принадлежит к христианскому, мы — язычники, но всегда помни: делать зло другому человеку — это очень тяжкий грех. Совершай только добро!»
И мы сЛипой сбежали от всех навстречу своему счастью. Ушли далеко из родных мест, поселились в заброшенной избушке, я ее немного починил, и зажили мы в полном согласии и взаимной любви.
— Видишь, на холме напротив нашего дома растет мое дерево-оберег, вдали от остальных? Я буду набираться от него силы! — однажды сказала мне жена.
И вправду, посредине холма росла старая одинокая липа. Иногда мы с любимой поднимались на тот холм, она танцевала, пела, подыгрывая себе на бубне.
Я работал в поселке У одного зажиточного мужика, а Липа лечила односельчан травами и заговорами. Но только люди бывают не благодарными, не ценят добро,
и щут зло в каждом поступке. Так и
с нами однажды вышло.
Родилась у нас с Липой дочка, мы ее назвали Марией.
— Через много лет родится мальчик — наш внук. Будет похож на тебя, а от меня унаследует дар, который передается первому внуку или внучке, — сказала однажды Липа. — Он узнает всё.
— Что ты имеешь в виду? — Еще не время об этом говорить, мой милый, — грустно улыбнулась жена.
Лето в тот год выдалось страшное грозы за грозами, молнии попадали в дома, испепеляли их, убивали людей. Теперь я думаю, что это была расплата от высших сил за грехи человеческие...
— Черная ведьма она! — шептались те, кто еще недавно просил помощи у моей любимой. — Это всё ее рук дело!
Как-то вернулся я с работы, а любимая вещи в баул собрала да дочурку нашу одела:
— Иванушка, вы должны уйти из этих мест. Беда будет! Дитя нужно спасти. Я вас потом найду. Остановитесь у моей тетки. Она поможет. И береги нашу Машеньку. Род Липы должен продолжаться... Потом она сняла с шеи оберег:
— Он защитит вас от всякой нечисти в дороге. Да и потом никогда его не снимай, это очень сильный оберег, он тебе поможет. Ну, до встречи! Липа поцеловала нас и проводила до двери. Мы уже выходили за ворота, как донеслись ее слова, сказанные на цыганском. Я запомнил их, хоть и не знал значения. Их смысл потом пояснила мне тетка Липы, приютившая нас:
— Она сказала, что любит тебя больше жизни, но вы никогда больше не увидитесь. Липа прощалась с тобой навсегда. Я бросился на поиски жены, оставив дочку у родственников. Наш дом сгорел дотла, а односельчане только отводили глаза и говорили, что цыганка ушла куда-то :
с табором. А тому месту, где стоял Липой? Не знаю... Дед Иван замолчал, словно хотел сказать что-то еще. Словно вспоминал что-то. Потом он посмотрел
мне прямо в глаза:
— Теперь, Николай, оберег твой. Так хотела твоя бабушка. Я должен был тебе его передать, когда ты узнаешь историю своего рода...
Когда я взял дедушкин оберег в руки, меня внезапно пронзила острая боль, стало нечем дышать, перед глазами стояли отблески пламени, слышались раскаты грома, ярко вспыхивали молнии.
Я ничего не мог понять. Но вдруг появилась отчетливая мысль «Я должен найти «Черные липы».Там кроется разгадка».
Я узнал у дела адрес деревни, недалеко от которой жили они с бабушкой, и так как был в отпуске, незамедлительно отправился туда. В деревне стал расспрашивать, где находится это место.
— Зачем оно тебе? Плохое это место. Проклятое.
— Почему проклятое?
— На холме растет старая липа, вокруг него несколько молодых, все деревья поражены молниями.
Каждый раз во время сильной грозы
загорается одно дерево. Некоторые горят по многу раз, не сгорая дотла. Люди считают это место проклятым... В районном краеведческом музее есть любитель истории нашего края, он может рассказать более подробно, если надо.
Я пошел к нему и вот что услышал:
— Прошло много лет с тех пор. Предание гласит, что напротив холма жила молодая цыганка со своим мужем. Она лечила людей, но они же и обвинили ее в том, что насылает она грозы, молниями разрушает дома, сжигая их дотла. Односельчане решили уничтожить не только цыганку, но и всю ее семью. Звали ту женщину необычным именем — Липа.
У меня мурашки поползли по спине. А краевед продолжил:
— Выполните мою просьбу перед смертью, — попросила несчастная. — Я хочу подняться на холм за моим домом и станцевать последний танец. А потом делайте со мной всё, что хотите... Местные согласились. Ведунья подошла к старой липе, погладила ее шершавую кору, поцеловала, а потом начала свой танец...
Внезапно небо потемнело, раздался оглушительный удар грома, а в дерево на холме ударила страшаня молния. Женщина прижалась к дереву, обняла его. Молнии сыпались друг за другом, люди в страхе разбежались, никто из них не — пострадал. Молодую же цыганку — после грозы нашли мертвой около липы. А на стволе ее появился странный выжженный символ... Такой? Я протянул оберег деда.
— Я внук Липы... Покажите мне это место, пожалуйста. Мы вместе отправились туда.
— Надвигается гроза... Здесь всегда . бывает очень много молний. Будь осторожен!
Я ничего не ответия. Подошел к огромной черной липе, присел на землю и прикрыл глаза. Перед моим мысленным взором возникли, как наяву, последние минуты жизни Липы, в ушах звучала ее песня на цыганском языке. Самое интересное, что я прекрасно понял смысл: она пела о любви и о несбывшемся счастье, о вечной разлуке и о том, что прощает неблагодарных людей, которым сделала так много добра.
Началась гроза. Молнии ударяли в деревья, но словно обходили меня. «Липа меня бережет!»
Я спустился вниз, туда, где раньше был дом моего деда. Сотрудник музея поджидал меня неподалеку, у развалин:
— Люди неблагодарны, — сказал он. — Они не поняли, что не проклятое это место, а наоборот: своей смертью Липа отвела беды от деревни. Ведь с тех пор молнии больше не попадали в дома, только в деревья на этом холме. Это место притягивает их, спасая деревню.
В сельсовете мне сказали, что участок, где стоял дом моих предков, никому не принадлежит. Якобы нет наследников. И согласились продать мне эту землю по вполне доступной цене.
Теперь я строю на этом месте усадьбу. Конечно, назову ее «Черные липы». Будем приезжать сюда на лето, а может, и вовсе переселимся с семьей. Род ведуньи Липы должен продолжаться в моих детях и внуках, которым я когда-нибудь расскажу эту историю.
Получил ли я по насле ству дар от Липы? Да, но... не время об этом говорить.