Звонок в дверь раздался, когда часы пробили 22 часа. Мария Петровна вздрогнула, оторвавшись от вязания. В такой поздний час гости не приходят, особенно в тихом подмосковном поселке, где даже днем редко увидишь прохожих.
— Кто там? — спросила она, подойдя к двери. Ответом была тишина.
Приоткрыв дверь она увидела темную фигуру. Что-то знакомое было в этом силуэте... Сердце пропустило удар.
— Мама, это я, — голос. Её голос. Голос Танечки.
Дрожащими руками Мария Петровна открыла дверь. На пороге стояла её дочь — такая же молодая, как в тот роковой день пять лет назад. В том же синем платье, в котором её похоронили.
— Господи... — прошептала женщина, хватаясь за сердце.
— Не бойся, мамочка. Я пришла сказать, что с Алёшей беда.
Алёша — её внук, сын Танечки. После гибели матери он жил с бабушкой.
— Что с ним? Он же спит наверху!
— Нет, мама. Посмотри.
Мария Петровна бросилась наверх. Кровать была пуста. На подушке лежала записка корявым подростковым почерком: "Прости, бабуль. Я должен найти того водителя. Я знаю, где он живет".
Перепугавшись, она вспомнила утренний разговор. Алёша рассказал, что узнал имя человека, сбившего его мать и скрывшегося с места преступления. Он, по его словам, в тот страшный день освободился из тюрьмы.
— Танечка, помоги! — обернулась она, но дочери уже не было.
Схватив телефон, Мария Петровна набрала полицию. Потом натянула пальто и выбежала на улицу. Моросил дождь. Где искать? Куда он мог пойти?
И вдруг она увидела его — синее свечение, похожее на силуэт Тани, плыло по улице. Не раздумывая, женщина побежала следом.
Призрачный огонек вёл её через спящий посёлок, через парк, к железнодорожным путям. Там, у заброшенной станции, она увидела две фигуры. Алёша стоял напротив высокого мужчины. В руке мальчика что-то блеснуло.
— Алёшенька, стой! — закричала Мария Петровна.
Мальчик обернулся. По его щекам текли слёзы.
— Бабуль, он убил маму! Он должен ответить!
— Ответить должен, милый. Но не так. — Она медленно приближалась к внуку. — Посмотри наверх.
Над ними, в дождливом небе, проступал силуэт Татьяны. Она улыбалась – той самой нежной улыбкой, которую так любил её сын.
— Мама?! — прошептал Алёша. И в тот же момент, нож выпал из его руки.
Мария Петровна обняла внука, прижала к себе. Убийца её дочери, бледный как полотно, сполз спиной по стене.
— Простите меня, — прохрипел он. — Я не хотел... Каждую ночь вижу её лицо...
Дождь усилился. Когда приехала полиция, призрачный силуэт уже растаял в темноте. Но Мария Петровна знала — дочь всегда будет рядом, и всегда будет оберегать их.
Убийца сознался в том, что в ту ночь был пьян. После суда его надолго посадили.
А Мария Петровна с внуком стали замечать, что в особо важные моменты жизни у них дома появляется легкий аромат маминых любимых духов. И синяя бабочка, с узором похожим на последнее платье Тани, иногда садится на подоконник их кухни.