Вот уж действительно, советский кинематограф — бесконечный кладезь для скрытых смыслов и социальных загадок! В нём можно найти множество примеров, которые заставляют задуматься о природе советского человека и его месте в социалистическом обществе. В этих бессмертных сюжетах, эпизодах, песнях и даже отдельных фразах таятся такие глубины, которые невозможно постичь без серьёзного глубоководного снаряжения.
Вот давайте рассмотрим, к примеру, одну из самых крылатых фраз советского кинематографа — «Жить, как говорится хорошо! А хорошо жить — ещё лучше!». Вы когда нибудь задумывались, почему эта фраза произносится представителями преступных элементов!? Неужели об удовольствиях, которые приносит жизнь, могут размышлять только люди, связанные с криминалом?
Вам может показаться такое замечание странным? Но тогда подумайте, а почему эту фразу не произносит Шурик, Нина или Эдик — самые положительные персонажи киноленты «Кавказская пленница»? Более того, в другой популярнейшей картине Леонида Гайдая — «Бриллиантовая рука» — единственный персонаж, способный наслаждаться жизнью и, что особенно важно, стремящийся к этой прекрасной жизни, также является делинквентом — контрабандистом по имени Геша.
Как так получилось, что в двух самых известных картинах прославленного советского режиссера, люди, наслаждающиеся жизнью, представлены какими то жуликами? Неужели это просто художественный вымысел?
Если поразмышлять над этим чуть глубже, то можно понять, почему именно так это представлено.
Для советской идеологии трудового общества «наслаждение жизнью» могли испытывать только буржуа. А буржуа — вечный враг советского человека. Ведь это именно они угнетали обычного трудягу, и именно с ними было покончено в Советском Союзе.
Но смотрите что получается: с буржуа покончено, а с желанием жить хорошо — нет. Вот и остается насаждать идею о том, что стремиться к хорошей и богатой жизни могут только преступные элементы, жулики да контрабандисты, а советскому человеку труда — это чуждо, ведь для советского человека весь смысл должен быть в труде и, соотвественно, в построении, посредством этого самого труда, лучшего будущего. Какого именно будущего и для кого — пока не ясно, но главное, что в этом будущем будет коммунистический рай. И вот именно такая философия и просачивалась в советский кинематограф.
Зрителям наглядно демонстрируется, что «жить хорошо» и «красиво», могут только те граждане, которые не встроены в каноническое социалистическое общество. А этому обществу нужно, сломя голову, строить коммунизм, стремиться к далекому будущему, в котором, по заветам «отцов-основателей» они наконец-то заживут. И будет это обязательно, но только потом, а сейчас нужно потерпеть и поработать, засучив рукава и затянув пояса.
Поэтому в этом «настоящем» у главных героев нет времени на наслаждение жизнью. Коммунистический рай, ведь как известно, наступит позже.
А жулики Трус, Балбес и Бывалый, равно как и контрабандист Геша, стараются жить настоящим моментом, получая от жизни удовольствия «здесь и сейчас», невзирая на то, что достичь это можно только нечестным, противозаконным путем. (Кстати, именно Геша, как никто другой, раскусил жизнь в СССР, но впрочем это тема для отдельной статьи!)
И тут мы видим наглядную демонстрацию того, что в СССР достичь такого блага можно было исключительно полулегальным и незаконным способом. Разве не это транслируется этими двумя лентами? Именно это!
Именно поэтому мы видим спящего до обеда и распивающего по утрам шампанское — Гешу, а не трудягу Семена Горбункова. Именно потому наслаждаются пивом под философские размышления о счастье бытия троица жуликов, срубившая незаконно деньжат на уроках танцев, а не шофер «проклятого пылесоса» Эдуард или студент Шурик, которым «неча» думать об этом(кстати, даже в ресторане Шурик не мог расслабиться, что говорит о жизни в напряжении, он расслабился только когда в усмерть напился, что также проливает свет на причины алкоголизма в советском обществе — достичь расслабления, уйти от напряженной реальности, покинуть бренность бытия).
Для главных героев уготована иная роль: они должны стать воплощением социалистического общества, которое не может позволить себе разговоры о счастье беспечного и обеспеченного существования. Но именно они станут карающим мечом для тех, кто позволил себе не только думать иначе, но и жить не так, как все остальные.
Самоотверженные Шурик, Нина и Эдик наказывают зарвавшихся жуликов решивших заняться бандитизмом и в составе группы реализовать похищение человека, а примерный семьянин и член общества Сеня Горбунков разбирается с Гешей, ещё и, помимо прочего, заезжает ему ногой по его наглой и самовлюблённой физиономии. Несчастный Геша(и Лелик) — аки дьявол — пытался соблазнить неприступного Семёна ресторанами, рыбалками, любовницами и праздным образом жизни, но получил пролетарский пинок по роже!
Не стоит думать, что я в этой статье выражаю сочувствие к жуликам. Разумеется, нет. Я просто замечаю, что в этих двух лентах уж очень наглядно демонстрируются только две крайности поведения и больше ничего между ними: счастливо живут только те, кто переступает закон, а другим уготована бренность бытия!
Шурик и Эдик не добиваются для себя счастья (и это несмотря на то, что Шурик героически спасает Нину). Наградой для них служит лишь удовлетворение от того, что преступники получат по заслугам от «самого гуманного суда в мире».
Уходящий в закат со склоненной головой Шурик символизирует что угодно, но только не счастье от победы над злом. Нет ни малейшего повода думать, что он может сказать в этот момент: «Жить, как говорится, Хорошо!»