Взрослые люди ходят развлекаться в кафе или кино, а Саша - в поликлинику. Там его ждёт свой клуб по интересам, мимолётные знакомства в очереди к ортопедам, молодая и приятная педиатрша. Саша всегда замирает и покорно подставляет ей свою грудь под холодную сталь стетоскопа. В ответ получает комплименты, какой он стал взрослый и сознательный, прямо совсем большой мужчина. Тогда Саша ещё даёт посчитать свои зубки и оценить красноту горла.
В это время я обычно сижу на стуле с повешенным на плечо языком и утираю пот со лба. Перевожу дух. Для меня визиты к Сашиным врачам - это тренировка с элементами кардио и тяганием Саши по лестницам.
Всё начинается со сборов. Раньше требовалось гораздо больше вещей: документы, пелёнки, запасная одежда, подгузники, пустышки, термос, смесь и бутылки. Сейчас жизнь несколько упростилась. Я беру только прививочный сертификат и 1 подгузник. Часть своей верхней одежды скидываю ещё на улице в коляску, чтобы в холле поликлиники мне осталось снять только куртку. Когда ходишь к врачу без подмоги, время, пока я раздеваюсь и сдаю вещи в гардероб - это время Сашиной свободы. И он это отлично понимает.
Есть примерно от 5 до 10 секунд, в которые ребёнок сразу срывается бежать в сторону регистратуры. Я кричу ему вслед: "Саша, постой! Подожди! Не уходи!". Но делаю это больше для того, чтобы окружающие понимали, что малыш не бесхозный. Собаки на выгуле хотя бы стараются держать хозяина в поле своего зрения. Насчёт Саши я пока не уверена, что он так будет делать. Но проверять, насколько далеко он способен от меня смыться, пока не хочется.
Вся прошлая неделя у нас выдалась поликлиническая. Наконец, догнали свой прививочный график. В начале недели вкололи чип на р. Манту, а в конце - коктейль кое-чего, что в Дзене никто не пишет нормальными буквами, на всякий случай.
Я в очередной раз удивилась Сашиному болевому порогу. Медсестра говорит: "Посадите к себе, скрутите ему ноги коленями и держите руки". Я человек простой, делаю, что говорят, но чувствую, что ребёнок немного напрягся. Дышать стал неравномерно, сердечко забилось чаще, и какая-то тётка с иглой подходит всё ближе и ближе. Я уже приготовилась толкать речь на успокоение, но Саша молча смотрел, как ему вводят иглу, и ни один мускул не дёрнулся под его щеками. Спрашиваю - а оно что, безболезненное что ли? Медсестра только плечами пожала, что все по-разному переносят. Но она была симпатичная, а такой факт на Сашу иногда и правда влияет. Уходить он от неё не хотел, в то время, как дети снаружи упирались руками и ногами в дверной проём прививочного кабинета.
Три дня я, как коршун, оберегала дитячью правую руку от любой влаги. Мыла его максимально без воды, не разрешала капать слюнями на всё подряд. Искала в интернете нормы размеров блямб. В пятницу мне официально разрешили с ноги открыть дверь педиатра, презрев очередь из больших детей, с лозунгом "Мне только спросить!". Есть свои плюсы в посещении именно детской поликлиники - мало кто приходит с родителями, а, стало быть, скандалить почти некому. Самый привилегированный класс - мамы с малышами, а я пока в нём.
В каждом возрасте Саши мне кажется, что мне тяжелее, чем другим. Сначала я сидела в очереди с месячным младенцем, считала минуты, сколько ему осталось до кормления, подкачивала и шикала. Смотрела на мам годовасиков и думала, что, наверное, им полегче, чем мне. Дети сознательные, сидят, ходят, что ещё надо. Потом я носила Сашу на ручках, он не умел ходить, вырывался, скучал, мои ручки отваливались - вот оно, самое сложное. Кстати, наверное, так и было. Теперь годовасик уже у меня, и я немного завидую тихим сопящим малышам в конвертах. Теперь мне уже не кажется, что им сложнее в силу возраста. Им же не надо тягать веса, развлекать, уводить от лестниц и других детей. Зато вот детям постарше можно включить мультики - и дело в шляпе.
В пятницу вечером никаких очередей на прививки не было. Коридоры были безвидны и пусты, и тьма над бездною, и только одна 5-летняя розовая девочка носилась по ним. Мы зашли в кабинет, считай, по красной дорожке. Но Саша не хочет покорно ждать, пока тётя заполнит бумажки, он хочет носиться над морем вместе с розовой девочкой, а не вот это вот всё. В знак протеста недовольно пищит и утекает из моих рук, как вода или кошка, которая не любит сидеть на ручках. Если бы кошки весили за 10 кг.
Мне повезло: в очередной пролёт над гнездом прививок розовая девочка сама остановилась напротив нас. Не знаю, что там у них было: что за искра, буря, безумие, но Саша стал улыбаться во все 6 зубов и переминаться с ноги на ногу. Зато на одном месте. Девочка тоже заинтересовалась и стала выяснять, мальчик Саша или нет, и как его или её зовут. Саша, говорю. "Нет такого имени - Саша. Это только у больших есть. Хотя я точно не знаю, пойду спрошу у мамы!", - и девочка испарилась. Секунд на 20.
Вернулась она, когда мы уже оголяли Саше плечи для наколок, а он всё рвался на выход, туда, к розовой девочке. Теперь она согласилась, что имя Саша имеет право существовать. Она встала на пороге кабинета и кричала оттуда, чтобы он не боялся: она рядом, и всё будет хорошо. Я просто разумилялась в лужу от такой детской непосредственности.
Она дождалась нас в коридоре, чтобы попытаться увести Сашу на знакомство со своей мамой. Не думала, что это произойдет так быстро. Но если у неё получится куда-то увести моего ребёнка за руку, то и пусть с ним - мне такое не удаётся. Она ходила с нами туда-сюда до педиатра, настолько было человеку скучно, а её очередь куда-то всё не подходила.
Саму девочку зовут Веселина. Первый раз встречаю такое имя. Уверена, родители старались, придумывали, но готова поставить на то, что в школе её будут звать через И. У меня была возможность сказать, что нет такого имени, но решила, что в свекровь я ещё успею поиграть потом. Мы же всё-таки дошли до её мамы. Когда-нибудь и я так смогу тусить в поликлиниках в телефоне, а ребёнок будет сам искать себе развлечения.
Веселина хотела выложить на детский столик все свои козыри - бутылочку с водой, чтобы угостить Сашу. Найти путь к его сердцу, наверное, через желудок. Но её мама стала нудно и обстоятельно объяснять, что такое гигиена, что пить надо только из своей бутылочки и никому её не давать, а у мальчика есть своя. А я знаю, что у мальчика нет своей - я же беру минимум вещей с собой. Пока я размышляла, какая я мать, и хочет ли Саша пить, девочка яростно спорила с мамой: "Я уже взрослая!" как аргумент, что она может сама решать, кого поить из своей бутылочки.
Второй её козырь - мультфильмы на телефоне, какая-то современная версия крокодила Гены. Саша заинтересовался. Но краем глаза я вижу, что смотрит он не столько на экран, сколько на длинные светлые волосы Веселины. И смотрит так, что я через эти глаза вижу все его мысли на этот счёт. Восторженно так, будто нашёл спящую кошку. Как только я сказала "Нельзя", он сразу всё понял, притушил свой огонь в глазах и пошёл двигать маленькие столы и стулья с неистовым скрежетом ножек по казённой плитке. Оказалось, Саша тоже может себя развлекать.
Вдох-выдох, вдох-выдох, ребёнка в охапку, и последний забег до коляски через гардеробную. Меня уверили, что от прививок на этот раз не должно быть никаких реакций, повышения температуры или ретрансляции сигналов 5g. От последнего я бы не отказалась на случай застревания в лифте. Даже со всеми малышковыми привилегиями, без очередей, без кормлений после таких приключений чувствуешь себя как выжатый лимон. Не пойму только, почему я от этого не худею. А как справляются мамы двойняшек и близнецов? Их коляски даже не проходят в большинство магазинных проёмов.
Теперь больше не нужно ходить к педиатру каждый месяц для замеров роста и веса. Саша снят с дотошного контроля своих параметров. Сказали только следить за речью: чтобы обязательно в ближайшие полгода осваивал новые слова. А если вдруг чего - сразу к неврологу за стимуляторами. ЦУ получены, вакцины вколоты - после года можно долго не появляться в медицинском развлекательном центре.