Дочь Даргавсара ‒ это воинственная дева, сказание о которой включено в текст нартовского эпоса "Смерть Баргуна, сына Ноза". Песнь об отважной Дочери Даргавсара в этот текст эпоса попала из записей Б.Ф. Андиева, которым М.С. Туганов давал весьма высокую оценку.
Сын Ноза Баргун, живший недалеко от нартов, разгромил непокорное ему селение и уничтожил его жителей, из которых мало кто уцелел. Следует отметить, что ни само селение, ни оставшиеся в живых жители не относятся согласно тексту к нартам. После ухода Баргуна Дочь Даргавсара собрала всех оставшихся в живых девушек – жительниц нижнего квартала – и произнесла перед ними пламенную речь, разжигая их ненависть к врагам:
"Зачем нам плакать и томиться зря?
Над мертвецами мы напрасно стонем,
Давайте же хоть пепел похороним,
Склеп выстроим останкам дорогим,
Чтобы позор не угрожал живым".
("Сыхæн сæ хистæр
Дæргъæфсæры чызг,
Æрæмбырд кодта чындздзон чызджыты
Æмæ сын загъта: "Нæу кæуынафон,
Нæ мæрдты стæгдар æвæрд нæма ‘рцыд.
Сæ фæнык ма сын уæддæр бавæрæм,
Æмæ сын хъуамæ зæппадз аразæм").
Девушки собирают убитых и пепел сожженных ратью Баргуна сородичей, строят склеп, хоронят в нем останки погибших и дают клятву отомстить. После этого Дочь Даргавсара собирает всех коней и вместе с девичьим войском уходит в лес, где происходит военное обучение войска:
"Стрела и меч знакомы девам стали,
Из лука все без промаха стреляли,
Готовились без устали к сраженью,
Их вдохновляло будущее мщенье"
("Æхстой уым кардæй, фатæй фæлвæрдтой,
Цæст нæ ивгъуыдтой фатæй æхсгæйæ,
Лæгыл тых кодтой кардæй хæцгæйæ,
Афтæ сдæсны сты уыдон хæцынмæ,
Цæттæ уыдысты хæсты бырсынмæ").
Так, в военных упражнениях прошел год, после чего девушки "вскочили на объезженных коней" и двинулись навстречу ненавистному Баргуну. Добравшись через какую-то жаркую местность до земель Луана, воительницы встречаются с войском Баргуна. В конном сражении они разбивают войско Баргуна, убивают его самого и, забрав голову с собой, водружают ее на склепе. По словам сказителя, вихрь долго развевал его седую бороду. Отмщение состоялось.
Однако повествование на этом не кончается. Тема отважной Дочери Даргавсара получает развитие в кадаге "Смерть Болатбарзая" ("Болатбæрзæйы мæлæт"), также восходящем к текстам Б.Ф. Андиева. Великаны семигорья нападают на Страну нартов. Нарты, возглавляемые Болатбарзаем, вступают с ними в схватку и побеждают великанов. Однако на помощь им выступают их союзники – малики, и сражение разгорается вновь:
Дочь Даргафсара на скале стояла
И к девичьему полчищу взывала:
"Кто уклонится от святого боя,
Позором та навек себя покроет.
Смотря, как нарты истекают кровью,
Ужели мы не поведем и бровью?
Скорей вперед! Здесь робким места нет,
От храбрых дев я жду один ответ".
(Дæргъæфсæры чызг айнæгæй касти,
Æмæ, дын, дзуры йæ чызг-æфсадмæ:
“Нæ худинаджы бон æрцыди махæн,
Ахæм тохæй ма нæхи куыд хизæм!
Нарты адæмæн ценнæ ‘ххуыс кæнæм?
Кæсут! Мæлæтæй уыдон нæ тæрсынц!
Чысыл уæвгæйæ куыд ныфсæй хæцынц!”)
Девичье войско бросается на великанов, воительницы "пускают стрелы, рубят неустанно и по-мужски сражаются с врагами". Дочь Даргавсара оказывается рядом с Болатбарзаем, который сначала принимает ее за юношу, но с ее головы падает шлем, золотые волосы рассыпаются по плечам, и перед изумленным нартом предстает девушка. Далее следует лирический рассказ о любви Дочери Даргавсара и Болатбарзая, он спасает девушку, но, окруженный великанами, гибнет сам. Дочь Даргавсара мстит за него, вызвав на поединок одноглазого великана – Авсарона, воительница побеждает его, остальные великаны удаляются восвояси.
Упоминания о нартовских девушках-воительницах встречаются в осетинском эпосе и в дальнейшем. Мотив узнавания девушки Болатбарзаем по открывшимся волосам, в частности, находит параллель в сказании об Агунде и ее сражении с великаном. Стоит вспомнить и поединок персидского Сохраба с амазонкой Гурдаферид, которую он опознает по волосам, рассыпавшимся из-под упавшего шлема.
Рассматриваемые эпические сюжеты были связаны М.С. Тугановым, Б.А. Калоевым и Н.К. Мамиевой с легендами об исторических амазонках. М.С. Туганов писал: "Вся эпопея об этом воинственном отряде женщин, данная Андиевым, обстоятельства, побудившие их слиться в один целый отряд, тренировка в лесу, их клятва уничтожить врага – все это – одна из лучших мировых легенд об амазонках". Для М.С. Туганова подлинность древнейших циклов андиевских сказаний и неразрывная связь их с древней героической легендой об амазонках и воинственных женщинах у скифо-сарматов являлись доказанными.
Исследователи признают, что оценка М.С. Туганова близка к действительности: связь приведенных сюжетов с преданиями об амазонках несомненна.
Социальная характеристика греческих амазонок Геродота и дев-воительниц нартовского эпоса настолько близка, что, кажется, можно говорить о самостоятельном и независящем друг от друга отражении древнего фольклорного сюжета, восходящего к времени Геродота – V в. до н. э. – в его "Истории" и нартовском эпосе, где запечатлено одно и то же яркое историческое явление – социальный институт женщин-наездниц, женщин-воительниц. Более того, помимо идентичности общей характеристики дев-воительниц и их воинских качеств сопоставление интересующих материалов дает очень важные для дальнейшего понимания частные соответствия.
Владимир КУЗНЕЦОВ,
доктор исторических наук, заслуженный деятель науки РСФСР