Марина с Вадимом встречались с самой школы, а знакомы были еще с детского сада. Вот бывает же такая любовь один раз и на всю жизнь. Как подружились первый раз в песочнице в детском саду, так и не расставались. Нет, они поженились не сразу после школы. Сначала окончили оба институт, потом сыграли свадьбу, устроились на работу. Накопили на первоначальный взнос на ипотеку. А потом у Марины случился первый декрет.
Одинокий декрет
Родился сынок Ромка. И тогда Вадим работал вахтами. Его дома не было когда три месяца, когда даже целых полгода.
– Ну, потерпи, дорогая, я понимаю, что тебе тяжело одной. Просто так я быстрее заработаю денег, и мы закроем эту ипотеку. А потом полегче жить будет. Ты понимаешь, сейчас уже ребёнок родился. Ты декретные получаешь меньше, чем зарплата. Поэтому я для нас стараюсь.
Марина всё прекрасно понимала. Но ей было очень и одиноко, и тяжело, и даже как-то страшно оставаться в их большой двухкомнатной квартире. Квартира в новостройке, и по метражу была довольно большая. Можно было на кухне даже жить, как в отдельной комнате. Ей было одиноко и иногда даже страшно.
Мама Вадима, Лидия Ивановна, забегала иногда на полчаса. Приносила что-то для ребёнка, подгузники, бывало, покупала. Бывало, Марина даже просила её что-то купить. Деньги предлагала, но Лидия Ивановна никогда не брала.
– Ты что? Я зарабатываю. Мне что для внука, что ли, жалко? – говорила она.
Но, тем не менее, участвовать именно в воспитании Ромки она не торопилась.
– Ой, понимаешь, столько работы, да ещё с подругами договорились вот в выходные поехать на дачу. Мне некогда. Я уже своё отнянчила. У меня вон, какой взрослый сынок, а ты молодая, ничего не случится, – комментировала Лидия Ивановна.
– Ну, да, я молодая, но мне тяжело. Он маленький, я его оставить не могу, мне даже иной раз голову помыть не удаётся.
– Ну и не надо каждый день намываться. А тебе куда намываться-то? У тебя муж в командировке.
Марина только вздыхала, не было никакого понимания. А её же родители жили в другом городе, и тоже работали. Приехать не было никакой возможности.
Вслед за Ромкой через два года родилась и Машенька.
– Ой, наконец-то внучка! Я так рада! Теперь я полноценная бабушка! И внук есть у меня, и внучка. Внученьку, конечно, я очень хотела. Мечтала о ней. Спасибо тебе большое, Мариночка, что подарила мне внучку, – говорила свекровь.
Ну, добрыми словами, вся её бабушкина любовь и закончилась. Потому что так же, как и с маленьким Ромкой, с Машенькой она не помогала. Марина сидела уже с двумя малышами. А Вадим работал, работал и ещё раз работал. Те редкие дни, которые он проводил дома, конечно, очень помогал. И в магазин ходил, и уборку делал, и ходили всей семьей гулять. Намного легче вдвоём гулять с двумя детьми, чем одной.
Рома еле ходит, а Машенька в коляске. Это было просто невозможно. Ну, конечно, Марина справлялась. А что ей оставалось делать? Всё-таки деньги были нужны. Зато, когда Машеньке исполнилось год, Вадим уже полностью сумел закрыть ипотечный кредит. Квартира стала принадлежать супругам. Ну, там и материнские капиталы, конечно, помогли.
Марина была очень счастлива. Теперь Вадим мог позволить себе не ездить в командировки. Ну, или, по крайней мере, так часто.
– Но ты пойми, если начальство просит, мне всё равно сложно отказать. Просто реже буду ездить, это да. Но ездить придётся как минимум два раза в год. А иначе, какой смысл держать такого специалиста, который нос воротит и не на все объекты выезжает?
– Да я понимаю, Вадим. Ладно, хоть и что меньше будешь ездить. Да и дети растут. Теперь мне становится полегче, – радовалась Марина.
Но декрет её, конечно, затянулся. Потому что с двумя детьми выйти на работу просто нереально. Да, отдали Ромку в садик в три года. Он неделю походит, две на больничном. Неделю опять походит, две на больничном. Ну, кому такая работница нужна? Да и Машенька ещё маленькая.
Бабушка, которая любит только на словах
В итоге Марина вернулась на работу, только когда Роме исполнилось восемь. Он уже ходил во второй класс, а Маша освоилась в садике и уже не так часто болела.
Сын оставался в школе на продлёнку. Ну, даже и этого недостаточно было. Марина то и дело отпрашивалась с работы, задерживаться не могла. Спешила скорее за сыном. Потом вместе с ним они бежали за дочкой в садик и приходили домой. А потом детей надо было накормить. Ладно, хоть Маше уроков не задавали, а с Ромкой ещё их нужно было делать.
При этом, конечно же, ему не хотелось, как и любому мальчишке. В ход шли и слезы, и угроза лишить смартфона и мультиков. Дети есть дети. Марина очень уставала. Уложив детей спать, сама валилась с ног.
– Слушай, дорогая, ну так уже невозможно, ты очень сильно устаешь.
– Да, ну а что поделать, кто мне поможет? Ты работаешь пятидневку, я работаю пятидневку, и нам с тобой никто не помогает.
– А, может быть, мы маму мою попросим? Ну, хотя бы, чтобы она ребят забирала. Это же недолго. Ты бы дорабатывала спокойно, и не приходилось бы тебе после работы так бегать.
– Ой, я не знаю, ну попробуй, попроси её. Она участие в жизни внуков не принимает, как знаешь.
– Ну, как не принимает? И подарки дарит на праздники, и общается всегда с ними с удовольствием.
– Ну да, спорить не буду. Мои так, вообще носа не кажут.
– Я завтра как раз к маме договорился, после работы заехать. И с ней поговорю, может, согласиться помочь?
Марина не ожидала, конечно же, положительного результата. Вадим пришёл от мамы опечаленный.
– Что такое? На тебе лица нет.
– Да я с мамой поссорился.
– А что ты с ней поссорился-то? Ну, не хочет она с внуками возиться. Пускай, её выбор. Тебя-то ведь воспитала.
– Да уж, знаешь, она работает до пяти, и как раз могла бы за ними ходить. Но она же говорит, что у неё каждый день какие-то дела, какие-то мероприятия. А ещё знаешь, что придумала?
– Что? – заинтересованно спросила Марина.
– Она на свидания ходит.
– Женщина одинокая, почему бы ей не сходить?
– Да это уже смешно в её-то возрасте.
– Ну знаешь, тепла и внимания всем хочется. А у нас дети вырастут, потом. Представь, когда Машенька пойдёт в первый класс, Ромка уже будет в третьем. Вот, считай, он уже будет достаточно большой и сможет сам до дома доходить. Тем более, ты же знаешь, что школа недалеко. А если они с Машенькой будут в одну смену учиться, то вообще прекрасно. Будет с уроков забирать её, и они вместе будут идти домой. А тут уж я ему инструкции дам, чтоб как погреть, чтоб они пообедали. Ну, уж с уроками, ладно, вечером будем разбираться.
– Да, это ещё два года.
– Согласна. Ну, что поделать? Это, в конце концов, наши дети, и мы сами должны ими заниматься, а не на кого-то навешивать. Ну, хочет, если мама твоя личную жизнь устраивать, пожить свободно, ну, пускай. Это её право.
Марина, конечно, в душе обижалась на Лидию Ивановну, всё-таки могла бы она как-то помогать. Но в то же время понимала, что она не обязана, да и мужа против матери настраивать совсем не хотелось. Справится! Ничего. В конце концов, это же на самом деле не дети свекрови.
Время быстро пролетело. Вот уже и Машеньку повели в первый класс. И сделали всё так, как Марина планировала. Нет, конечно, весь сентябрь она их каждый день забирала обоих со школы. А потом уже потихоньку стали сами приходить домой. Дети ответственные были, серьезные, без каких-либо приключений. Они даже, чтобы взять смартфон, поиграть, звонили маме и спрашивали разрешения. Ну, конечно, она разрешала.
Но не сядут же такие малыши сами делать уроки. Этого уж от них ожидать не приходилось. Марина возвращалась с работы, дети были уже дома. В общем-то, сытые. Ну, кормила она их еще ужином. Их, и Вадима, и сама ужинала. А потом брались за уроки. Сознательность появилась у детей. Так, потихоньку уже жизнь стала более легкой.
Любовь к внукам только на море
Так как вдвоём работали, и не нужно было платить ипотеку, денег накопили и поехали летом отдыхать. Счастливые, довольные, купили чемоданы. Тут пришла Лидия Ивановна в гости.
– А куда это вы собрались?
– Мам, мы летом поедем на юг.
– Ого, молодцы какие! А я тоже на юг хочу.
– Да? Ну, мы уже путевки забронировали. На четверых, – сказал Вадим.
– Ну, знаете, вам там захочется где-то вдвоём побыть, может быть, сходить подольше, покупаться. А я вот с внучатами пообщаюсь. Здорово же будет. Подумай, может быть, и на меня путевку ещё можно забронировать.
Вадим не хотел её с собой брать. Он понимал, что они прекрасно справятся сами с детьми. Но мама есть мама. И он согласился. Марина была недовольна. Но всё-таки не стала спорить. В конце концов, и детям хотелось с бабушкой общаться. Деньги были на пятую путевку.
Вот так и съездила Лидия Ивановна с ними. С внуками по-честному и купалась, и развлекалась. Отпуск прошёл просто замечательно.
– Ой, какие внуки то у меня большие молодцы.
– Ну конечно, Лидия Ивановна, молодцы. Им ведь уже 7 и 9 лет. Конечно, что уж тут. Это когда маленькие были, с ними было сложно, а теперь всё понимают, слушаются.
– На что ты намекаешь?
– Да я ни на что не намекаю. Просто Вы не помогали с ними, когда они были маленькие, вот и всё.
– А я не должна Вам помогать.
– Да и мы не должны были Вас на море вести в таком случае.
– Марина, ну, давай, не будем. Всё-таки на море я хорошо помогала.
– Ну ладно, конечно, не будем спорить, нам ни к чему ссориться. Мы с Вами родственники, – заметила Марина.
Но, конечно, напряжение в отношениях, как было всегда, так и осталось.
Проблемы пенсионерки
Прошло ещё несколько лет. Лидия Ивановна ещё дважды ездила на море, с внуками помогать. А в остальное время она к внукам не приходила. Не предлагала сводить их в кино или в музей или еще куда. Ну, как делают нормальные-то бабушки. Зато, решила посвятить им гораздо больше времени, когда нужда заставила, можно сказать.
Лидия Ивановна вышла на пенсию. На пенсию жить оказалось тяжело. Денег не хватало, коммунальные услуги оплатит, уже денег нет. А ведь еще месяц жить на что-то нужно. Однажды она пожаловалась своей подруге, Екатерине Николаевне, о том, что денег совсем не хватает.
– Да уж, Кать. Вот такая страна у нас теперь. Выйдешь на пенсию, и уже не можешь жить, как прежде. А когда были деньги, и некогда было жить. Пенсии не хватает…
– А мне, знаешь, меня дочка хорошо помогает. Каждый месяц 30 тысяч присылает, а когда и больше. Она хорошо зарабатывает.
– Здорово!
– А тебе что, сынок не помогает?
– Да нет, они на море, то меня возили нехотя. Ещё эта его жена постоянно косо смотрит на меня.
– Слушай ну, так-то он твой сын. Ты его вырастила, здоровье свое на него потратила, время и силы. А сколько денег нужно, чтобы ребёнка поднять? Тем более, считай, ты с 12 лет одна его растила, отца-то у него не стало.
– Да, конечно, я понимаю. Ну, как уж я ему предъявлю? Уже никак.
– Ну, у него у самого сознательность какая-то должна быть. По морям, значит, разъезжать всей оравой могут. А матери помочь – нет.
– Нет, так нет. Что я теперь сделаю? Мне с сыном ссориться тоже не хочется. Как говорится, с худой овцы хоть шерсть клок. Знаешь, я хоть на море езжу с ними, и то хорошо. И там, считай, и питание, и проживание – всё мне оплачивают. И проезд ещё. Хоть на это свои копеечки тратить не придётся.
– Ну, это да, хорошо. Это лучше, чем ничего, конечно. Но, как вот ты будешь жить? Тебе же реально не хватает денег.
– Так, конечно, не хватает.
– Слушай, а у них квартира-то большая?
– У Вадимки-то? Ну да. Ну, как большая? Ну, двухкомнатная, две комнаты. В одной ребятишки живут, в другой Вадик с Мариной. Кухня, как зал, очень большая. Они там вот стол ставят, гостей встречают, там диван стоит. Ну, так-то просторно довольно, и считай, два санузла.
– Да ты что?
– А что ты предлагаешь?
– Так ты же можешь к ним жить, переехать.
– Ой, да зачем? Мне с этими внучатами постоянно, что ли возиться, крики их, опять же, слушать?
– Ой, Лида, ну слушай, ты же всё равно не постоянно дома. Мы то и дело, куда-то гулять ходим. Да, к тому же к Петру Семёновичу ты ездишь.
– Ну да. Я езжу, но жить с ним не хочу.
– Э то я понимаю. Зачем тебе это надо носки стирать, да его болтовню и ворчание слушать? Это понятно. Просто ты же можешь свою квартиру сдать. У тебя же трёхкомнатная. Ты представь, сколько денег будет. Ты на эти деньги будешь спокойно жить. Позволишь себе тот же образ жизни, который был, пока ты не вышла на пенсию. Ты подумай. Я бы так сделала, но у моей дочки квартира не очень. Да и не приглашает. Я и так предлагала, она вот мне стала сама деньги давать.
– Ну, я не знаю даже…
– Это твой сын. Ты даже можешь его не спрашивать. Старенькая, больная, скажи.
– Но это ведь неправда.
– Ты, главное, так говори, на жалость дави, чтобы они согласились тебя принять. Да и приедешь, не выставят же с чемоданами за дверь.
– Ну, смешно было бы, да.
– Собери вещи. Найди квартирантов. Дай поезжай к ним жить. Слушай, знаешь, что вот ценные вещи, фарфор, например, ко мне можешь привести. У меня место есть. Просто туда увезёшь, там дети могут испортить.
– Ой, спасибо тебе большое, Кать. Не знаю, чтобы без тебя делала. Пожалуй, так и поступлю. Для вида так, чтоб они понимали, что польза от меня есть, могу пироги испечь. Да детей в кино свожу разок. И опять же, если выгонять начнут, скажу, что с детьми занимаюсь.
– Ну да, кстати, вот мы уже собираемся с тобой в кино-то, на премьеру, там мультфильм. Вот как раз можем их с собой взять.
Лидия Ивановна загорелась этой идеей, связалась с риэлтерским агентством, узнала, сколько денег сможет выручать за свою квартиру. Женщина была очень воодушевлена. Получалось вместе с пенсией даже больше, чем была у нее зарплата. Она уже представила, на какие процедуры сможет сходить, что себе сможет купить. Опять же, к поездке на юг новые платья надо. Вот, стала присматривать.
Главное, сыну ничего заранее не говорила. А невестке уж и тем более. С ней и так практически не общалась. «Пусть сюрприз будет», – решила она. – «Когда уж будет дело сделано, им сложнее будет отказаться».
Всё сделала, как ей посоветовала подруга. Ценные вещи свезла к Екатерине. А все необходимое собрала в пару чемоданов. Даже получился чемодан и дорожная сумка. Был день суббота, когда все дома. Собралась.
Вдруг ей позвонил, сердечный друг, пригласил в гости, напомнил, что у них вообще-то годовщина знакомства, и Лидия Ивановна с чемоданами-то направилась к нему. Увидев их, он обрадовался.
– Ты что же, Лидочка, ко мне наконец-то жить?
– Ой, нет, не радуйся. Просто дело в том, что я съезжаю уже со своей квартиры.
– А куда?
– К сыну.
– Так лучше бы ко мне поехала.
– Я не хочу. Я уже жила с мужем. Уборка, готовка и другие хлопоты меня это не привлекают. Мы с тобой встречаемся, когда раз, когда два в неделю. И этого вполне достаточно. Видишь, не ссорились ни разу за столько-то лет.
– Ну да, согласен. Тут и не поспоришь. А я-то уж было обрадовался, что ты решила разделить со мной оставшиеся года.
– Ой, да ладно, еще годов этих впереди много. Давай мы лучше с тобой повеселимся сейчас, отметим нашу годовщину, да? Годовщина же?
– Ага.
– Ну вот. Ладно, уж тогда после тебя в понедельник поеду. Ребята, по-моему, в обед домой приходят, вот как раз и заявлюсь. Зато как раз расположусь, никто мне мешать не будет, ни сын, ни невестка.
– А ты с сыном-то хоть разговаривала на эту тему? Лидочка, вдруг не пустят тебя?
– А как не пустят? Внуки-то меня в любом случае пустят. А потом уж я скажу, что всё, дело сделано. Нет, я ведь на самом деле уже ключи-то отдала риелтору, он квартирантам передаст.
– Ух ты, авантюристка такая, конечно!
– А что авантюристка? Я живу в своей квартире, такие деньги теряю. Тебе же тоже хочется, чтобы я была красивая, правильно?
– Правильно, конечно.
– И модно одетая.
– Ну да.
– Ну, всё. Будут у меня деньги на всё это. Я ведь, видишь, в последние месяцы постоянно экономлю, можно сказать, не доедаю. На этой пенсии. Это смешно. Я не представляю, как ты проживаешь-то.
– Ну, так у меня нет ни косметологов, ни покупок. Так мне, в принципе, хватает. А что уж, вон корм Мурке купил, за квартиру заплатил, да продуктов закупил. Ты у меня всё понимаешь. Подарков дорогих не требуешь.
– Ну да.
– Но сегодня, конечно, у меня для тебя подарок есть.
И он принес коробочку с красивой цепочкой и подвеской. Золото с бриллиантами.
– Ого, а ты копил, что ли?
– Ну да, я сейчас накопил. С пенсии откладывал. Чтобы тебе подарок хороший сделать.
– Ой, ну ты мой герой. Спасибо большое. Ты же знаешь, я люблю ювелирные украшения. Подожди, вот скоро деньги получу за сдачу квартиры и куплю тебе подарок. Лучше позже, чем никогда. Тоже тебе что-нибудь подарю. Ну, хорошо, обрадовался мужчина и обнял свою любимую.
Бабушка приехала!
В понедельник в два часа дня раздался звонок в дверь.
– Кто это там пришёл, – удивилась Машенька.
– Не знаю. Пойдём в глазок посмотрим.
Дети посмотрели в глазок.
– Бабушка, о, бабушка! Ничего себе, приехала бабушка к нам. Как хорошо! – обрадовалась Маша. – Наверное, что-то принесла.
– Ну, не знаю, может и принесла. Она же не всякий раз приносит. Ну да, ну ладно, открываем тогда.
Дети открыли дверь.
– Ой, бабушка, привет, – обрадовались они и запрыгали.
– Давайте, отойдите, я с чемоданами.
– А чего ты с чемоданами-то?
– Ну, с вами теперь жить буду. Вот такая ситуация у меня.
– С нами? – обрадовалась Маша. – Класс, бабушка, а ты будешь нам перед сном сказки читать? Бабушки же читают.
– Ну, я не такая уж старая бабушка, чтобы сказки читать, – засмеялась Лидия Ивановна.
– А пироги печь? – спросила Ромка.
– А, ну, пироги, конечно, пироги испеку.
– Ну что, показывайте, где бабушку будете размещать.
– Ну, можешь с нами в комнате, бабушка, жить?
– Ой, нет, спасибо, я, пожалуй, откажусь. С родителями спальни негде, у них одна кровать стоит.
– Я, наверное, на кухне лучше. У вас же тут диван-то этот раздвигается?
– Ну да, раздвигается, но мы никогда не раздвигаем. У нас гости-то никогда не остаются с ночевой. Так здорово! Мы будем постоянно представлять, что мы на море, когда будем просыпаться и видеть тебя, бабуля, — сказал Ромка и обнял свою бабушку.
– Да ты мой дорогой, как же я хочу снова оказаться с вами на море, – сказал Лидия Ивановна.
– Ну, ты подожди. Родители сказали, если мы будем хорошо учиться, то они нас снова повезут на море. А мы сразу скажем папе, чтобы купил пять путевок, чтобы ты тоже с нами поехала.
– Ах, ты мой золотой, – сказала Лидия Ивановна и потрепала внука по волосам.
Вадим вернулся с работы раньше жены и был очень рад, увидев маму.
– Мамочка, ты решила нас навестить?
– Да нет, сыночек, я решила к вам переехать.
– Да ты что?
– Ну, так как, понимаешь, я ведь уже пожилая, не молодею. Мало ли, вот что мне плохо станет? Кто мне поможет? Мне ни стакан воды, ни скорую вызвать некому. Последнее время так голова болит, кружится и сердце болит. Ты меня понимаешь?
– Ну да, конечно, мам, понимаю, конечно.
Вадим был рад видеть мать, он её очень любил.
– Буду вам вот с внучатами помогать, нянчиться, может быть, уроки с ними буду делать.
– Ой, да, они уж сами мам делают. Они же взрослые совсем. Уже научились. Это вот раньше приходилось с ними сидеть, да, заставлять их писать. Сейчас понимаю, что всё сделали, могут поиграть или погулять. Поэтому, как правило, мы с работы приходим, у них уже всё готово.
– А понятно. Ну, завтра вот в кино их поведу, премьера мультфильма будет. Мы уже договорились с подругой пойти. Вот Рому с Машей возьму.
– А ну хорошо. Мам давай деньги на билеты скину?
– Да нет, ты что? Мне для своих включать не жалко? Нас за свой счет их поведу, не переживай, даже сынок. Ты мне скажи, я, где могу вещи положить, как вообще я могу у вас разместиться? Ну, мам, ну спать, наверное, на кухне. А вещи, ну, давай у ребят в комнате пару ящиков тебе выделим. А ну, Вот и славненько сыночек. Вот и славненько. Спасибо тебе большое за гостеприимство за то, что ты не гонишь свою пожилую мать на улицу, до чего бы вдруг я стал тебя гнать, что-то такое придумываешь, Мамочка я тебя люблю. Конечно, никуда не стану гнать. Ну, вот и жена то твоя как?
– А, что жена? Тоже рада будет. Какая разница? У нас диван же на кухне есть. Я сейчас ужин, мама, буду греть. Ты будешь с нами ужинать?
– Ну да, не откажусь, сынок поем, конечно.
Вадим достал тарелки стал разогревать ужин на всех. Марина не пришла с работы уставшая. Разулась, увидела чемодан в коридоре. Зашла на кухню и увидела людей, Добрый вечер куда-то уезжаете. Да нет, я уже приехала. Добрый вечер, Мариночка теперь буду чаще видеться. Да и вообще, знаешь, ни одной тяжело. Я человек пожилой. Мало ли мне плохо станет, куда бежать?
– А понятно, – сказала, Марина и у неё вообще даже слов не нашлось, пошла мыть руки.
Потом позвала Вадима в их комнату.
– Вадик, я не поняла, это что такое?
– Сам не понял, пришёл с работы, мама вот с чемоданами. Говорит, что болеет. Уже пожилой человек.
– Вообще-то, я не готова жить с ней.
– А что? В отпуске-то вот, как мы прекрасно жили, она и с детьми нам будет помогать. Давай, потом поговорим. Сейчас поймёт, что ты какие-то недовольства проявляешь, обидится ещё.
– Ну и пусть обидится, да уходит отсюда. Очень даже хорошо, – засмеялась Марина.
– Ну, ты что так неуважительно к моей матери относишься? Я не понимаю. Пошли ужинать давай, не придумывай, – сказал Вадим.
Сели за стол, поужинали.
Жена не ночевала дома
– Вадим, пойдём в магазин сходим, нам надо кое-что купить.
– Ну, пойдём, – удивился Вадим.
Вышли из подъезда.
– Что купить нам надо?
– А ничего, давай решай вопрос со своей матерью, пусть она отсюда уезжает.
– Она сказала, что она не может жить одна. А куда она пойдёт? Я у неё единственный сын.
– А почему меня-то никто не спросил, хочу ли я с ней жить?
– Ну, а что плохого? Вот и дети будут под присмотром. Ничего в этом такого нет. Ты прямо вообще меня обижаешь. Что за отношение к маме?
– Ну а как мы будем с тобой жить, и она постоянно будет рядом, постоянно будет у нас дома?
– Ну, она же всегда дома не сидит, у неё есть уже какие-то свои дела, друзья какие-то. Всё равно будет из дома-то уходить.
– Будет, не будет, мне это зачем? Чужой человек в доме.
– Да что ты, какой она чужой?
– А что? Когда она была нужна, она вообще не участвовала в нашей жизни. Не помогала с ребятишками, когда они маленькие были. А сейчас, конечно, они уже взрослые. Их хоть в кино, хоть в театр веди, везде себя вести будут прилично. И не нужно их на руках баюкать.
– Ну и что? Ты же мать, ты и занималась.
– Да я всё понимаю. А помнишь, когда мы попросили, чтобы она просто помогла со школы детей забирать? Что она сказала? Что не может, не захотела. Помнишь? Ты ещё так был уверен, что поможет. Мне кажется, причина какая-то есть в том, что она так к нам приехала, и вовсе не из-за её здоровья.
– Мне не нравится, что ты на маму какую-то напраслину возводишь. Зачем вот ей бы обманывать? Я её всю жизнь знаю. Всегда была веселая, жизнерадостная, и всегда себя прекрасно чувствовала. Раз она приехала, значит, на самом деле что-то неладное. Боится она одна оставаться. Я её прекрасно понимаю. Она будет жить с нами и точка.
– Знаешь что, Вадим, я не намерена жить с твоей мамой.
– Придётся. Куда мне её девать?
– Да хоть куда. Соседнюю квартиру ей снимай. Не знаю, что хочешь, делай. Сам иди с ней живи.
– И ты согласна со мной не жить, лишь бы не жить с моей мамой?
– Да, согласна, мне это всё уже надоело.
– Я от тебя такого не ожидала. Сколько лет я знаю, никогда так себя не вела.
– Никогда таких ситуаций не было, чтобы чужой человек к нам ворвался в квартиру.
– Это не чужой человек, это моя мама. Как ты не можешь понять? Не любишь, мать мою, значит, и меня не любишь.
– Да, может, и не люблю. Иди к маме своей! Меня сегодня домой не жди! – заявила Марина и спешно пошла к автобусной остановке.
Вадим очень расстроился, разозлился. Пошёл в магазин один. Купил торт, сок, вернулся домой.
– Ну что же, отметим, мамочка, что ты к нам приехала
– А жена твоя где?
– Ай, да не спрашивай, – сказал Вадим.
Лидия Ивановна поняла, что Марина, видимо, недовольна ее приходом, и они поссорились.
– Ну, ничего, побегает да вернётся, как говорится.
«Я-то останусь в любом случае при своих, меня сыночек не выгонит», – подумала женщина.
Марина позвонила своей подруге Наташе. Наташа была одинокая, жила одна, с котом. Поэтому, конечно, она согласилась, чтобы Марина приехала к ней в гости, и даже с ночевой. Очень удивилась этому. Никогда прежде Марина так неожиданно не звонила. Если и встречались, то чаще она приходила с детьми или приглашала Наташу к ним домой на праздники, а так, чтобы вот сама неожиданно.
– Ну, что у тебя стряслось-то? На тебе лица нет, ты прям злая какая-то. Что случилось-то?
– Да ты представляешь, вернувшись с работы, я увидела свекровь с чемоданами в нашей квартире. «Поживу у вас», – заявила она. И главное, Вадимка радуется, дети радуются. А я одна, как будто, знаешь, будто к семье никакого отношения не имею. Мы с ним вышли поговорить на улицу. Он выставил меня так, словно я вообще злая такая и плохая. И сказал, раз я не люблю маму, значит, не люблю и его. Я ему одно что объясняю, что мама вообще-то нам никогда не помогала. На самом деле она фактически чужой человек. И для меня, и для детей. А он ни в какую, не понимает.
– Не, ну вот ты-то что хочешь? Как он мать-то выгонит свою? Тоже так на него реагируешь? Конечно, он мать не выгонит.
– Ну а что мне это делать прикажешь? Я не хочу со своей кровью жить. Она когда была мне нужна, ее не дозовешься. А сейчас, конечно, пришла. Нам жить, считай, мешать.
– Ну, может, не так и не помешает?
– Мне это вообще не нравится. Мне кажется, какая-то причина быть должна, что она так вдруг приехала.
– А она что говорит?
– Ну, говорит, что, мол, старая стала, вот ей тяжело одной, она боится, что некому ей там будет врача вызвать. Вот какую-то ерунду говорит. Хотя я знаю, что она постоянно ходит, гуляет. То театры, то выставки, какие-то поездки на дачи, постоянно вся в движении, и вдруг вот ей плохо стало.
– Нет, ну может быть, всё-таки женщина пенсионного возраста.
– Да я всё понимаю, но мне-то что прикажешь делать? Что, сейчас возвращаться и жить с ней, что ли? Мне всё равно не хочется. Она ещё будет свои порядки на кухне наводить или ещё что-то. Да и вообще, мне хочется у себя дома чувствовать себя, будто я в гостях.
– Ну, вы же когда ездили на юг, она же с вами ездила?
– Да, ездила с нами. Ну, знаешь, она жила в номере с детьми, а мы с Вадимом отдельно. Я с ней на одной территории фактически не ночевала. А сейчас?
– Не знаю даже, что тебе посоветовать, подруга. Ну, а сама-то что ты думаешь?
– Не знаю. Буду ждать, какая реакция будет у Вадима. Как он станет меня возвращать.
– А ты надолго, что ли, решила уйти?
– Не знаю. Подожду. Решу. Я даже вообще, если честно, растерялась. Как поступить, даже не знаю. Надо принимать решение какое-то. Но если я вернусь, склонив голову, она же поймёт, что победила, и будет жить с нами всю жизнь. Зачем мне это?
– Ну, так-то да, согласна, что вы привыкли уже жить своей семьей в квартире.
– Так вот я ещё понимаю, что если бы у нас комната отдельная была в квартире, третья там для неё, но нет. Она на кухне будет спать на диване. Это ни ночью воды попить не зайти, ни с утра встать пораньше, допустим, завтракать, еще что-то. Там она спит. Это вообще неудобно.
– Ну, в этом плане, конечно, согласна с тобой.
– И сидеть и ждать, когда же она куда-нибудь уедет в гости с ночевой. И радоваться этому. Глупость несусветная. Уж если ей хочется поближе к нам быть, ну пусть сдаёт свою квартиру, а рядом с нами снимает тогда. И будем к ней ходить, и здоровье её проверять в случае чего.
– Ну, так-то да, слушай, согласна. Если уж она хочет поближе к вам, можно же на самом деле или квартиру обменять.
– Да можно не менять. Вот сдать эту её трехкомнатную. А ей можно снять и однушку. Ей одной хватит. Будет жить себе спокойно. Вот это намного более здоровое решение, чем жить на кухне. На кухне это временный вариант.
– Так-то да, согласна с тобой, на постоянную основе жить на кухне странно, да и неудобно. Она как сама-то этого не понимает?
– Ой, не знаю. Короче, жду Вадима. Выйдет на связь, буду с ним разговаривать. Или с ней, не знаю, что делать. Утро вечера мудреней, короче, Наташ. Давай сейчас чаю попьём с тобой. Расскажи лучше как у тебя делишки? Да, ляжем спать. Мне завтра на работу от тебя поеду. А в течение рабочего дня уж там решу, что делать.
Примирение супругов
С утра, когда Марина ехала на работу, я ей позвонил, Вадим.
– Доброе утро, дорогая.
– Доброе утро.
– Ну и что ты? Где была?
– Ой, так, где я могла быть? У Наташки, конечно.
– Ну, я так и подумал, не стал уже вечером тебе звонить.
– Ну и что ты узнал? Почему мама решила все-таки к нам приехать?
– Ну, вот она все про здоровье говорит.
– Послушай, Вадим, давай в обеденный перерыв подъедешь ко мне, нужно пообщаться, есть кое-какая идея, как эту ситуацию решить.
Встретились в обеденный перерыв в кафе. Марина сразу рассказала Вадиму свою идею о том, чтобы мама сдала в аренду квартиру и сняла около них.
– Слушай, так-то нормальная идея, ведь и на самом деле, почему бы и нет? Чем ехать до нас 40 минут на маршрутке, гораздо проще в нашем доме, может быть, либо в соседнем снять.
– Так вот, я тоже говорю, Вадим, давай мы посмотрим варианты объявлений и сразу ей покажем.
– Так-то да, ей, считай, ещё и надбавка к пенсии, можно сказать, будет. И сама себе хозяйка опять же в доме. Ведь тоже дети шумят, могут ей мешать. А так она спокойно одна будет отдыхать в квартире. Полностью с собой согласен. Ну, давай вот вечером домой приедем и сразу с мамой поговорим, предложим ей этот вариант.
– Да, согласна, я рада, что ты меня поддерживаешь.
– Да, конечно, я очень люблю свою маму и хочу быть рядом с ней. Твоя идея отличная, я думаю, что это намного лучше, чем жить ей на наше кухне.
Вечером пришли с работы вдвоём.
– О! Марина, ты решила домой вернуться?
– Ну, я из дома и не уходила, просто у подруги была в гостях вчера, она меня позвала.
– Ага, понятно, Вадим сказал, что он не знает, где ты.
– Да всё он знал, просто не знаю… Неважно, – сказала Марина.
Ужинали, пили чай. Дети ушли уже в свою комнату, и Вадим завёл с мамой разговор.
– Мамочка, мы вот подумали, а ты что решила с квартирой-то со своей делать, если ты у нас будешь жить?
– Как что, ничего, пусть стоит, – уверенно врала Лидия Ивановна.
– Это ведь не вариант.
– А что ты предлагаешь с ней сделать?
– Ну, можно её, например, в аренду сдать.
– Да?
Лидия Ивановна делала вид, что вообще впервые слышала о такой возможности.
– Так вот, мам, можно сдавать квартиру твою в аренду, а тебе снять рядом с нами.
– А что это? Зачем я буду в съёмном жилье жить? Надобность какая, с учётом того, что у сына такая квартира большая?
–Представь отдельную, однокомнатную квартиру можно снять. Вот, я посмотрел варианты, смотри. Есть даже в соседнем с нами подъезде. А вот в соседнем доме. Балкон есть, уютно. Хорошая квартира. Если ты сдашь свою трёхкомнатную и снимешь однушку, то у тебя ещё деньги останутся. Считай, прибавка к пенсии будет.
– Ну, значит, не хотите вы со мной жить.
– Мама, ты понимаешь, что у нас своя семья. Ты же не можешь постоянно жить на кухне. Кухня – это общественное помещение. И дети могут прибежать попить или взять какие-то вкусняшки из шкафа, и мы тоже можем и ночью пойти на кухню. Да, неважно кухня это место, которым все пользуются. А когда ты спишь… Я сегодня на работу собирался, ты ещё спала. Я боялся дышать, чтобы тебя не разбудить.
– Я понимаю, не очень удобно получается.
– А представь, если ты будешь сама отдельно жить своей однокомнатной квартире рядом с нами. И в любой момент мы сможем к тебе прийти. Ты сможешь позвонить и позвать.
– А если мне плохо станет? Я просто упаду.
– Давай тогда дашь мне ключи, я буду приходить тебя проверять время от времени.
– Вовремя не придёшь, а и всё… И никто мне помощь не окажет.
– Ну что ты драматизируешь, мамочка? Ну, ведь так же тоже может быть, что мы на работе, дети в школе. Мы же не круглосуточно дома находимся. Ты подумай.
– Ладно, подумаю.
Счастливая старость
Следующим вечером, когда Лидия Ивановна осталась с Вадимом вдвоём, она решила рассказать ему всё о своём плане. В конце концов, у сына должен её понять, – решила она.
– Знаешь что, сыночек, я, почему приехала?
– Так почему, мам? Ты говорила, что тебе одной неудобно, ты боишься, что вдруг тебе станет плохо.
– И мне пенсии совсем ни на что не хватает. А ты мне совсем не помогаешь. Денег не даёшь. Что я должна была делать?
– И что ты сделала?
– Я сдала квартиру свою. Вот к вам и приехала. Зато знаешь, у меня сейчас нормально будет денег на то, чтобы жить так, как я привыкла.
– Хитрый план, мам, конечно. Ты не подумала, что тебе тоже с нами-то будет неудобно.
– Да уж я тоже смотрю, ребятишки бегают, вы рано встаете. Я не привыкла так рано вставать. И считай, приходится. Пока вы все прособираетесь, я уже потом снова уснуть не могу. Мне тоже, сынок, это не нравится. Ну, если честно, и снимать жильё денег жалко. Так как раз мне славно получается. Хватает на все мои нужды.
– Мам, ну а что делать-то теперь?
– Ну не знаю, ты мой сын. Я тебя вырастила, выкормила, всю жизнь тебе отдала, здоровье своё. Вот и подумай, может быть, тебе стоит обо мне тоже позаботиться? Ну, хоть как-то, сыночек. Я ведь совсем одна. У меня нет мужа. У меня нет каких-то сбережений, пассивного дохода. Что я должна делать?
– Мам, ну понимаю тебя. Но давай тогда будем снимать квартиру. Деньги же еще у тебя будут оставаться.
– Да нет, мне жалко, сын. Честно не знаю, даже лучше я с вами привыкну жить. Зато смогу спокойно покупать то, что мне нужно и ни у кого опять же не просить. Я же денег то у вас не прошу. Что вам жалко угла?
– Мама, не жалко угла. Но ты сама же говоришь, что тебе неудобно.
– Ну да была отдельная комната, вот было бы тогда хорошо. Слушай а, может быть, мы в мою квартиру переедем, и вашу будем сдавать? – загорелись глаза у Лидии Ивановны.
– Мам это был бы вариант. Но, понимаешь, дети учатся рядом с домом. Они что ездить в школу по 40 минут будут каждый день? Это вообще никак не получится.
– Да уж задача, конечно. Не нужна никому старая мать. Ну, домой я точно не вернусь. Ещё, как минимум, два месяца. Предоплату взяла за два месяца вперёд от квартирантов. Если выгнать, деньги придётся обратно возвращать.
– Ну да, дела… – задумался Вадим.
Он вспомнил своё детство, как мама всё ему покупала, что нужно было – и вещи, и игрушки. И в зоопарк, и в цирк выводила, и в театр. И ведь работала постоянно. «Ну и что, что с внуками не помогает? Меня-то хорошо вырастила», – и тогда он решил, что матери надо помочь.
– Мам, давай, сделаем так: снимем квартиру, а Марине не будем говорить, что я тебе её оплачу.
– А ты готов мне квартиру оплачиваться?
– Ну да, что ж поделать? Ничего, меньше будут тратить на себя.
– Ну, это, конечно, вариант, – обрадовалась Лидия Ивановна.
– Только Ты Марине не вздумай сказать. А то она будет меня ругать, что я семейные деньги трачу.
– Да я понимаю, конечно, не скажу, – ответила Лидия Ивановна
Женщина была очень рада тому, что сын решил ей хотя бы так помогать. Довольно быстро нашли квартиру, и Лидия Ивановна переехала вместе со своими чемоданами в соседний дом. Так её больше Марина и не видела. Только что по праздникам прибегала бабушка к внукам. Не водила их ни в кино, ни в театры, не занималась с ними и не гуляла, и книжек им не читала, и пирогов не пекла.
— Странная, слушай, мама у тебя, Вадим, что она к нам переехала и к нам совсем не ходит, — сказала однажды Марина.
— Ну, занята, наверное, дела какие-то у неё, – замешкался, Вадим.
– А смысл-то, какой тогда был переезжать?
– Это же не 40 минут ехать на транспорте.
– Ну да, тоже верно, – сказала Марина. – Но всё равно, я не понимаю. Хотела быть поближе, а сама даже носа к нам не кажет.
– Ну, ничего, тебе же это и лучше. Ты вон, когда она пришла, её увидела, так как побежала сразу к своей Наташке.
– Ну да. А она-то сейчас поближе перебралась, и как не помогала, так и не помогает. Да тут и помощи-то особо не надо. Просто общение.
– Ладно, не переживай, мы же сами со своими детьми общаемся, ничего в этом нет такого страшного, – ответил Вадим.
– Ну да, я уж привыкла, что дети у нас растут фактически без бабушек.
– Вот-вот, твои-то родители вообще не интересуются ими, даже ж и не звонят.
– Они звонят, с днём рождения поздравляют всегда.
– Ну, только и всего.
– А раньше говорили: «Дети – цветы жизни. Собери букет – подарили бабушке». Но сейчас такие бабушки пошли, что им ни одного «цветочка» не подарить. Они вообще не хотят своё личное время на них тратить.
– Ну да, – засмеялся Вадим. – Хорошо, что мы с тобой не рассчитывали, когда детей заводили, что бабушкам их сможем подкидывать.
– Да, уж точно, – улыбнулась Марина.
Так и жила Лидия Ивановна. Довольная, счастливая, с деньгами и не работая. Вадим исправно вносил арендную плату за её квартиру. В общем-то, сумма была не такая большая. И Марина даже этого не замечала. И Лидия Ивановна об этом не говорила, как они с Вадимом и согласились.
Вот так и решила женщина свой финансовый вопрос. Не пришлось ей работать, и можно было спокойно заниматься личной жизнью, отдыхать, покупать всё, что нужно. Однажды она скопила денег, и даже одна съездила отдохнуть в жаркие страны. Очень ей понравилось. А сыну с невесткой об этом даже и говорить не стала.