Всю обратную дорогу Наталья украдкой заглядывала в свою сумочку. Разглядывала Юру на фотографии. Как-то некрасиво он старится. Лоска нет. А ведь какой красавчик был! А вот глаза остались те же. Правда, с грустинкой.
Давно простила Наташа своего Юрочку. Жалела его даже, сильно жалела. Сколько счастья она испытала, пока росла Лидочка! А Юрий ничего это не видел - ни первой улыбки, ни первого крохотного зубика, ни первых шагов...
Конечно, и горя горького немало выпало Наталье. Это когда она еще примирилась с тем, что девочка ее необычная, с неизлечимым диагнозом - даун. Сколько слез было пролито! На мокрой подушке спала.
А потом вдруг пришло понимание - довольствуйся, Наталья тем, что есть! Какую Бог послал тебе судьбу, ту и живи. Радуйся своей кровиночке! Ласковая дочка, послушная, любит тебя. Ты одна у нее во всем свете. Бабушка с дедушкой ни в счет. Не приняли сердцем внучку. За человека не считают. Разве от нее, матери Лидочки, можно скрыть истинное отношение? Все она видит - неискреннюю радость при встрече, брезгливость, когда вместе за столом сидят, и Лидочка допустит неаккуратность.
Так что, ты , Наталья, у Лидочки одна. И она у тебя тоже одна. Вот и любите друг дружку во всей полноте! Так говорила себе Наташа.
Так и было. Так и жили. Пока Лидочка пребывала на этом свете.
А Юрочку Наташа тоже вспоминала. Не видит, не знает, не радуется ласковой дочурке. Пусть и с детским умишкой, но такой доброй, такой преданной!
Гуляя по аллеям парка, по улочкам старинных городков, Наталья теперь разговаривала мысленно с Юрой. Магнитик с фото в сумочке, дома на холодильник поместит.
Пытался один мужчина набиться в спутники на прогулке. Симпатичный, одет прилично, тоже отдыхающий из их санатория. Да только не нужен Наталье никто. Помешает ее общению с Юрочкой. С ним, а не с чужим человеком хочется делиться тем, что сама узнает.
Например, раньше Наталья не знала, что горячо любимый ею Александр Сергеевич задумал "Кавказского пленника", вернувшись из местности под горой Железной. Города Железноводска тогда еще не было. Пушкин был вдохновлен рассказом старого вояки-казака, поведавшем поэту о том, как угодил в плен, как жил у черкесов и как изловчился потом убежать.
Кстати Пушкин, по воспоминаниям современников, путешествуя по Кавказу, с удовольствием оделся в черкесский костюм. И , как пишет литератор Н. Потокский, поэт "вооружился шашкой и пистолетом. В пути затевал скачки, увлекая за собой других. С ним было очень интересно и весело. Его все любили и восхищались им».
У подножия Железной путники селились в «калмыцких кибитках…в лагере, как цыгане...». По свидетельству Раевского, места было так мало, " что 100 шагов сделать негде, или лезть в пропасть или лезть на стену» . Тем не менее Пушкин с товарищем находились там более двух недель.
Срок путевки Натальи тоже подходил к концу. Жаль уезжать, но что поделаешь? Кто она такая, чтобы отдыхать здесь дольше, чем был тут великий поэт? Успела таки много где побывать. Все города Кавказских Вод как бусины на железнодорожную ветку нанизаны. Электрички ходят регулярно, и Наташа ими пользовалась активно.
Её уже и домой тянуло, честно говоря. И уже не казалась одинокой скромная квартирка - потеряв Лидочку, неутешная мать долго не решалась убрать из комнаты вещи дочери. Теперь же Наталья как будто знала - не одна она будет. Сувенирный магнитик приладит на холодильник, и Юрочка вроде при ней. Можно беседы вести.
И мечтать о будущей встрече. Скопит Наталья деньжат, снова на Кавказ приедет. Только чуть раньше надо бы. Юрочка, видать, в самую золотую осень приезжал...
Продолжение следует