Ко всему человек привыкает, даже к плохому. Земляки уже не так остро реагируют на беспилотники. На днях, когда я была на работе, раздался вой сирены. Телевизора и радио в кабинете нет, так что пришлось идти "в народ", узнавать причину воя.
-Ракетная опасность,- просветил меня заведующий, - мне на телефон сообщение пришло.
-И куда бежать? Бомбоубежище у нас там же, где и раньше?
Заведующий смерил меня задумчивым взглядом и сказал:
-Да никуда вам бежать не надо. Какой из вас бегун? К концу рабочего дня добредете. Идите в кабинет и работайте дальше.
-Так я же у окна сижу. И потом: сирена мешает мне работать с полной самоотдачей.
-Да, это верно, -согласился заведующий. Потом просветлел лицом, видно, в голову ему пришла хорошая мысль.- Так вы шторку задернете!
-?
-Ну, или идите туда, где нет окон. Например, в туалет.
-В дУше тоже окон нет. Я туда пойду.
-Так и стула там нет. Кто его знает, сколько сирена выть будет? В туалете хоть есть, куда присесть.
- В архиве тоже есть стул и нет окна. Вот туда я и пойду.
-Правильно.
Увы. Путь в архив преградила санитарка:
-Куда?! Я здесь полы мою!
-Так ведь ракетная опасность...
-И что? Мне из-за этого после работы задерживаться? Ну уж нет! Мне на огород весной обломки беспилотника упали. И что мне было, огурцы не сажать?
-Сажать, конечно. Огурцы- это святое.
-Вот и я про то же. Так что стойте и ждите. Как пол высохнет, можете заходить.
В этот момент сирена смолкла. Слава родной ПВО!
Народ работал в обычном режиме, санитарка мыла пол в коридоре, а заведующий задумчиво смотрел в окно. Никто валидол валерьянкой не запивал. Похоже, я одна задалбывала окружающих надуманными проблемами.
Почему-то вспомнилось, как Лермонтов описывал путь по узкой дороге над пропастью:"...Один из наших извозчиков был русский ярославский мужик, а другой осетин: осетин вёл коренную под уздцы со всеми возможными предосторожностями, отпрягши заранее уносных,- а наш беспечный русак даже не слез с облучка! Когда я ему заметил, что он мог бы побеспокоиться в пользу хотя моего чемодана, за которым я вовсе не желал лазить в эту бездну, он отвечал мне:"И, барин! Бог даст, не хуже их доедем!"
Похоже, все мы его потомки.