Когда ведутся дискуссии на тему причин проигрыша Советского Союза в Холодной войне, редко упоминается роль Китайской Народной Республики. Между тем именно сближение Вашингтона с Пекином, начавшееся в 1969 году, изменило баланс сил в Холодной войне, усилив позиции Соединённых Штатов Америки. Давайте выясним, какую именно роль сыграла Китайская Народная Республика в советско-американском противостоянии.
Итак, в 1969 году на отдалённом участке китайско-советской границы вдоль реки Уссури в Сибири происходит серия столкновений между китайскими и советскими вооружёнными силами. Поначалу руководство Соединённых Штатов Америки считает, что стычки спровоцированы китайцами. Однако действия советских дипломатов, которые предоставляют детальную информацию советской версии развития событий и пытаются выяснить, как Вашингтон отнесётся к возможной эскалации, заставляют США усомниться в своей позиции. Подтверждение этому можно найти в книге Г. Киссинджера «Управлять силой», где бывший государственный секретарь США пишет: «Беспрецедентная советская готовность консультироваться с Вашингтоном относительно вопроса, по поводу которого Америка не проявляла особенной озабоченности, заставила нас задаться вопросом: не являются ли подобные брифинги зондированием почвы перед советским нападением на Китай».
Администрация президента США Никсона была обеспокоена возможностью войны между СССР и КНР. Если бы Советский Союз победил, самая многочисленная нация мира оказалась бы под контролем одной из ядерных сверхдержав. Чтобы предотвратить этот сценарий, Никсон инициировал тайные переговоры с Пекином.
В течение двух лет Никсон и Киссинджер, с одной стороны, и Чжоу Эньлай и Мао Цзэдун, с другой, обменивались сообщениями через посредников: иностранных послов, президентов дружественных государств и сотрудников Совета национальной безопасности.
Стремление привлечь Китай на свою сторону и ослабить советско-китайские отношения заставило Никсона отказаться от обсуждения принципиальных вопросов, по которым существовали разногласия. К таким вопросам относились Тайвань и китайские активы, замороженные в США.
Кроме того, Вашингтон предпринял односторонние шаги для смягчения американо-китайских отношений. Был снят запрет на поездки американцев в Китай, разрешён ввоз товаров, произведённых в КНР, на сумму до ста долларов, а также ограниченные поставки зерна из США в Китай. В ответ китайцы согласились на сближение при условии, что решение основополагающих проблем в отношениях между США и КНР будет отложено.
Вскоре, в 1972 году, состоялся визит Никсона в Китай. Успешные переговоры между президентом США и лидером КНР Мао Цзэдуном были подтверждены заявлением китайцев о готовности временно отказаться от претензий к Тайваню. «Мы сейчас обходимся без него (Тайваня) и займёмся этим через сто лет», — сказал Мао во время встречи с американцами.
Таким образом, благодаря усилиям Никсона и Киссинджера, в американской внешней политике появляется новый подход, который можно описать как «стратегия превращения мира, основанного на противостоянии двух сверхдержав, в стратегический треугольник». Этот подход ставит США в выгодное положение. Также примечательно, что именно СССР сыграл решающую роль в возможности поворота Пекина в сторону Вашингтона – «не в первый и не в последний раз неуклюжая советская политика ускорила то, чего Кремль больше всего опасался», – резюмирует Киссинджер.
Советский Союз теперь вынужден действовать более осторожно, поскольку противостояние на два фронта не в его интересах. С другой стороны, Китай, чьи возможности позволяют нарушить баланс сил в Азии, вынужден сохранять добрую волю Америки.
Как это ни парадоксально, решение Соединённых Штатов поддержать Китай в советско-китайском конфликте способствовало улучшению советско-американских отношений. Советы теперь опасались укрепления американо-китайского союза, который мог бы подорвать их влияние в мире.