Девочка вышла на берег озера и приблизилась к воде. Вокруг валялись валуны, поменьше и побольше. Вода озера слабо колыхалась в порывах ветра и почти не касалась валунов.
«Ну вот, — подумала девочка, — лежат и никому-никому не нужны, даже волнам».
Неожиданно валуны ответили. Во всяком случае, девочка ясно услышала их голос. Возможно, он звучал только в её голове. Но зато очень чётко!
— Волн здесь не бывает.
— О, привет, — проговорила девочка. — С кем имею честь?
— Я Ближний.
Валун пошевелился. Он и вправду стоял ближе других к воде. Мелкая волна едва-едва касалась его, словно бы осыпала поцелуями.
— Ближний, а как же вот те, что тебя трогают? — спросила девочка.
Она тут же уточнила:
— Ну, не волны, конечно, но волночки.
— Это ветер, — пояснил Ближний. — Он колышет воду, она меня и слегка... Даже не знаю, как сказать.
— Ласкает! — подсказала девочка.
— Может быть, — неопределённо ответил Ближний. — Нам, здешним валунам, ласка перепадает в основном от солнца. Немного от ветра ещё. И вот от дождя... А озеро нас не особо балует.
— И всё же что-то вам достаётся! — заметила девочка.
— Да, конечно, — признал Ближний. — Но разве сравнить с рекой или морем? Вот там течение, там волны! А здесь...
Он не договорил, а девочка поинтересовалась:
— Откуда ты знаешь про реки и моря? Разве ты бывал где-то, кроме здешних мест?
— Когда-то все мы бывали где-то, — уклончиво ответил Ближний. — Я, например, жил раньше с братьями в скале. Вон, посмотри, гора за тобой.
Девочка обернулась и увидела: действительно, гора! Потом снова посмотрела на Ближнего и проговорила:
— Ну, допустим. А как здесь оказался?
— Оползень, — объяснил Ближний. — Он отломил нас с братьями и прикатил сюда. Теперь вот лежим на берегу и никому-никому не нужны!
— Ладно, поверю тебе на слово, — заверила девочка. — Но ты так и не сказал, откуда знаешь про реки.
Она сделала паузу и добавила:
— И про моря! Их даже я не видела. А ведь могу ходить!
Ближний признался:
— Не стану скрывать, сам ничего не видел. Я же был по эту сторону горы. Но братья...
— А, поняла! — воскликнула девочка. — Тебе сказали валуны с другой стороны горы! Там как раз течёт речка. Она огибает гору и впадает в озеро с севера. Но да, тебе бы её было не увидать. Лесок прикрывает.
— Рад, что мы понимаем друг друга! — сказал Ближний.
Он немного пошевелился и предложил:
— Садись на меня. Солнце прогрело, я совсем-совсем тёплый! Могла бы снять сандалии и опустить ноги в воду.
— Хорошая мысль, — ответила девочка.
Она сняла сандалии, забралась на валун, подогнула сарафанчик и села. А ноги опустила в воду. Озеро не выказало особого внимания. Ну прикоснулся кто-то и прикоснулся. Какая разница? Сейчас есть, потом не будет...
Во всяком случае, так это поняла девочка. Она наклонилась, потрогала воду, похлопала её слегка со словами:
— Понимаю, тебе не до нас. Вон сколько рыбы надо прокормить! А нашей деревне её выловить, чтобы зимой не помереть с голоду.
Озеро с пониманием лизнуло руку девочки малюсенькой волной и ничего не ответило.
Тут впереди из глубины поднялись пузыри. Хотя какая там у берега глубина! Но девочку бы скрыла с головой.
Меж тем над водой показались два глаза. Под водой виднелись очертания вытянутой морды. А вот затылок девочка не углядела. Хитро расположился новый знакомый!
— Ну, привет, — сказала девочка. — Ты кто ещё будешь?
Пришелец выпустил несколько пузырей, видать, открыл пасть, чтобы ответить. Голос его прозвучал приглушённо. Не стал ведь полностью вылазить!
— Привет, — сказало существо. — Ты разве меня не боишься?
Девочка удивилась и спросила:
— А ты кто? И чего должна бояться?
— Я местное чудовище, — сказало существо. — Мне даже жертвы приносят. Зачем-то.
— А, так это ты! — воскликнула девочка. — Да, точно! Отец говорил, что в этот раз жребий пал на нашего барана. Скоро бросим его тебе в воду.
— Эх, — проговорило чудовище, — и чего вам, людям, неймётся?
— А что не так? — поинтересовалась девочка.
— Не ем я животных с берега. Только рыбу, — пояснило чудовище.
— Как же так? А зачем же мы... Надо всем сказать!
— Не поверят, — возразило чудовище. — Уже говорил другим детям. Но взрослые им не верят. Они и в меня верят не очень.
Девочка поинтересовалась:
— Зачем же тогда жертвы?
— Традиция! — бросило чудовище.
И скрылось под водой.
Девочка помахала рукой и продолжала болтать ногами в воде. День только начался, а уже совсем-совсем удался.
В голове мелькнуло: «Может, сказать всё-таки отцу, чтобы поберёг барашка?» Девочка посидела, смотря на своё отражение в озере и размышляя над пришедшей идеей. А потом вскочила на камне, спрыгнула на землю. И стала надевать сандалии, а про себя думала:
«Нет, ничего я никому не скажу. Заявят, снова придумала! Эх, взрослые! Ведь тоже были детьми. А всё-всё позабыли!»
Она надела сандалии и побежала по тропинке к деревне. Та стояла на склоне горы. И солнце появлялось в ней только по утрам. А вечером деревенька оказывалась в тени, и прочие дети рассказывали девочке, что бывало заходили волки. Потом они обращались в людей и бродили среди жителей как ни в чём не бывало.
«Вот же выдумщики! — подумала девочка. — Всего на пару-тройку лет меня младше, а такие фантазёры, что не выскажешь!»
Она улыбнулась мыслям и прибавила шаг. Веселье весельем, а пропускать второй завтрак непростительно!
Солнце смотрело на неё сверху с понимающей ухмылкой. Но никому ничего не рассказывало.