Прошло сто лет с момента появления на свет рожденных талантом Булгакова Шариковых со Швондерами и Преображенских с Борменталями. Дьявольски выдуманный эксперимент профессора Преображенского оказался не просто реальностью, а плодоносной картиной бытия. Когда ты видишь в начале XXI века потомство Шариковых на ресурсах Швондеров, где одни задорно лают и метят территорию, другие их заботливо натравливают, а третьи с радостью внимают всему этому моральному уродству... Когда ты всё это не читаешь в книгах, не смотришь в кино, а видишь своими глазами, видишь и понимаешь, что это не просто часть нашей жизни, а претендующая на истину, на руководство образом будущего часть, становится как-то не по себе.
И ведь, как обычно, это происходит на русской земле - ложь оделась в платья правды. Убийцы называются миротворцами, насильники спасителями, лгуны правдорубами и так далее.
А если представить, что у булгаковских персонажей сегодня есть не просто конкретные воплощения... Их огромное множество, они сбились в целые стаи. Одна только Украина, начинавшаяся в "Белой гвардии" с Курыцького, называвшего котов кiтами, и заканчивающаяся Гордонами, Арестовичами и Германами с Мосийчуками и Мазурами. Это же целая стая тех самых в кожаных куртках, которые отжимали жилплощади, впаривали свои журналы для детей Германии (не русских, а именно Германии), пели хором и поют про суровые годы, что в современном звучании соответствует "Щеневмерла". Да что там Украина? В России своих стай хватает.
Врут и рвут, рвут Отчизну и врут, что любят. Хотя наверняка у Шарикова именно это и называется любовью. Это камлание святости, это пресмыкание перед грехом, это воспевание предательства и убийства самой сути России...
У всего этого сегодня есть конкретное определение - русофобия. И тогда можно смело под стать нынешним Шариковым интерпретировать мысль профессора Преображенского о разрухе:
"— Русофобия, Филипп Филиппович!
— Нет,— совершенно уверенно возразил Филипп Филиппович,— нет. Вы первый, дорогой Иван Арнольдович, воздержитесь от употребления самого этого слова. Это — мираж, дым, фикция! — Филипп Филиппович широко растопырил короткие пальцы, отчего две тени, похожие на черепах, заерзали на скатерти.— Что такое эта ваша русофобия? Старуха с клюкой? Ведьма, которая выбила все стекла, потушила все лампы? Да ее вовсе не существует! Что вы подразумеваете под этим словом? — яростно спросил Филипп Филиппович у несчастной картонной утки, висящей кверху ногами рядом с буфетом, и сам же ответил за нее: — Это вот что: если я, вместо того чтобы оперировать, каждый вечер начну у себя в квартире петь хором, у меня настанет русофобия! Если я, ходя в уборную, начну, извините меня за выражение, мочиться мимо унитаза и то же самое будут делать Зина и Дарья Петровна, в уборной получится русофобия. Следовательно, русофобия сидит не в клозетах, а в головах! Значит, когда эти баритоны кричат: «Бей православных русских!», я смеюсь. (Лицо Филиппа Филипповича перекосило так, что тяпнутый открыл рот.) Клянусь вам, мне смешно! Это означает, что каждый из них должен лупить себя по затылку! И вот когда он вылупит из себя мировую революцию, Энгельса и Николая Романова, угнетенных малайцев и тому подобные галлюцинации, а займется чисткой сараев — прямым своим делом,— русофобия исчезнет сама собой. Двум богам нельзя служить!"
Знаете, русофобия - это бесовщина. Это просто одно из её проявлений. Просто потому, что заниматься русофобией может только безбожный человек. Да человеком его сложно назвать. Опускаясь до скотского состояния, они перестают быть людьми.
Современные Шариковы открыто глумятся над нашими святынями. Захватывают храмы и лавры. "Шутят" над ритуальным убийством Цесаревича Алексия. А Швондеры их поддерживают, науськивают и кормят. Вместе они являются большой силой, имеющей метастазы прежде всего в культуре, информации, образовании, политике на всей территории исторической русской земли. Всей без исключения. Их стаи сбиты в огромную сетку, имя им - легион.
Достоевский оформил нарратив, что русский человек без Бога - дрянь. Надо сказать, что без Бога любой человек — дрянь, особенно русский. Прежде всего потому, что смыслом нашего существования на земле, смыслом русского человека является его несение в себе Христа.
Кто такие Швондеры и Шариковы? Бесы. Больше скажу, Преображенский с Борменталем тоже бесы. Именно о таких писал Достоевский на примере Варвары Петровны Ставрогиной. Они создают и воспитывают настоящих бесов, руководствуясь благими намерениями. Лично Преображенский ставил на одну плоскость беса Энгельса и святого помазанника Николая II. Именно этот профессор утверждает, что европейцы опережают нас в развитии на 200 лет. Именно он. А Борменталь ассистировал.
Но разве не такими же профессорами являются сегодня те, кто создаёт нынешних Шариковых: Зеленского, Гордона, Арестовича, Мазур, Платошкина, Спицына, Прилепина, Шишкина, того же Стасика-шутника-детоубийцу? И чем отличается в этой функции Преображенский от Швондера? Один создаёт, второй наполняет смыслами. Вместе делают одно дело. Уже сотню лет делают...
Вот и бегают сегодня по русской земле целые стаи бесов с собачьими сердцами... Которые смыслом своей жизни определили борьбу с православной русскостью...
Вопрос только в одном. Доколе?