Мы Аня и Настя - ведущие подкаста «Бельэтаж это где?». И мы пропагандируем театральный туризм. Не в фешенебельную Москву и Петербург. Нет. Со всем пиететом, но Урал не уступает театральным столицам.
Да, мы немного предвзяты по региональному признаку, потому что родились и выросли на Урале. Аня - в Челябинске, Настя - в Катав-Ивановске (вы такой город точно не знаете, погуглите). А в годы учебы в колледже культуры обшарили все театры Челябинска.
Но кроме того, что Урал - наша родина, мы уверены на миллиард процентов, что театр - бренд Челябинска. И хотим, чтобы город ассоциировался с современными, самобытными спектаклями, а не только с метеоритом и фрезеровщиком Иваном Дулиным из Нашей Раши.
Для этой статьи мы поговорили с людьми, которые запарились и сделали первый частный театр в столице Южного Урала. С режиссером Александром Черепановым и актрисой Екатериной Писаревой.
История mini театра. Накопили деньги на учебу в Москве и в последний момент потратили на свой театр
Настя. Как появилась идея создать mini театр?
Екатерина. Безумная идея!
Александр. Мы сначала вообще хотели поехать учиться в Москву, в Электротеатр, скопили деньги. А наш знакомый, который был в мастерской Электротеатра, рассказал, как там все устроено, и мы решили не ехать туда, а эти деньги потратить на что-то более такое.
Екатерина.Тогда был период, когда мы поняли, что вот у нас есть какая-то определенная сумма денег, и больше у нас ее никогда не будет. И, ну, вот либо рискнуть, либо не рискнуть. Мы были очень наивны.
Александр. Карантин нам очень помог в этом смысле, потому что затянувшийся такой домашний арест дал возможность как-то все взвешенно обдумать и начать подготовительную работу. За это время мы наметили какую-то концепцию театра, как мы на тот момент её себе представляли. Мы действовали по принципу того, что хотим взять все лучшее из гос. театров и по-своему переделать немножко.
Аня. В чем тогда концепция mini театра?
Екатерина. Нам нравится история, когда мы стараемся, чтобы на одной площадке соединились разные люди из разных театров. Они, например, никогда в жизни друг с другом явно у нас в Челябинске не встретятся. А здесь они могут встретиться. Плюс нам очень сильно нравится звать людей не из театра.
Тут еще надо понимать, что у нас своей труппы нету. Мы работаем с артистами, которые заняты в других театрах, у них есть свой репертуар. Но мы сознательно на это шли. У нас небольшие спектакли, в основном это два-три человека. И нам это подходит, мы хотели этого с самого начала, чтобы это была такая камерная история.
Александр. По большому счету, одна из таких главных идей — это перемешивание разных комьюнити, театрального, музыкального, хореографического. Ну, а по поводу чисто театральной какой-то эстетики, то mini театр — это минимум выразительных средств при смысловом максимуме. Это основное, поскольку у нас площадка 5 на 4 метра, наш стиль — это минимализм.
Аня. А с бытовой стороны, как обстояло открытие театра? Как вы нашли помещение? Каково открыть частный театр в Челябинске?
Екатерина. Мы хотели свое помещение. Нам это было очень важно, чтобы это было помещение, в которое у нас будет доступ 24 часа, чтобы мы его сами отремонтировали. И мы нашли его, причем довольно несложно.
Александр. Да, это оказалось гораздо проще.
Екатерина. Вдруг нам попалось это помещение, мы туда зашли, поняли, что да, оно нам идеально подходит. Только ремонт надо сделать. Да вроде тут уже все готово, не сильно большой ремонт. Ага, подумали мы, приступили к ремонту и поняли, что гораздо больше проблем. Мы сами всё полностью красили, пилили станок зрительский, ступенчатый.
Два месяца мы делали ремонт и 9 октября мы открылись. Мы открылись так, что мы не помним открытие. Но я вам серьёзно говорю, мы были настолько уставшими, нам было вообще не до чего.
Аня. А местное сообщество поддерживало? Как вообще? Вот вы решили, вы это вдвоем, а есть еще команда?
Александр. Да, безусловно, есть определенный круг людей, которые помогают, но это все-таки больше как бы помощь творческая. А вот какая-то именно бытовая помощь, когда нужно, условно говоря, покрасить что-то, сделать декорацию.
Екатерина. Помыть полы, встретить зрителей, На гардеробе постоять. Хотя тут тоже нам помогают, но в основном, конечно, мы все делаем вдвоем.
«Оказывается, Челябинск не такая уж дыра, раз есть такие зрители».
Аня. Что помогает, что вдохновляет держаться и продолжать?
Александр. Эти самые люди и помогают, и они вдохновляют, потому что я говорю речь перед каждым спектаклем, мы выходим, здороваемся, немножко про театр рассказываем. Когда я рассказываю, что у нас нет своей труппы, и вот к нам приходят артисты из других театров, я всегда говорю, вот там они работают, а тут у нас занимаются творчеством.
Так как бы немножко, конечно, с иронией, в шутку, но всё-таки есть в этом какая-то доля правды, потому что они как будто бы у нас в театре меняются, что ли. Меняется их отношение к работе, к творчеству именно. Потому что мы исходим из принципа горизонтальности совершенной, чего абсолютно нет в гостеатрах, допустим.
И вот они вдохновляют, эти перемены творческие, внутри человеческие, они очень помогают. Но также и когда находится свой зритель, это тоже очень приятно, потому что ты вдруг видишь их. Потому что когда ты работаешь в гостеатре, зрителями занимается отдел по работе со зрителем, и ты как бы зрителя видишь в зале, ну, и то так первые 4-5 рядов, дальше темно уже и далеко. А тут ты наконец-то видишь этого зрителя, этих людей и их глаза, и видишь, какие они умные, современные, интересные.
Екатерина. Да и в город заново влюбляешься. Думаешь, блин, люди-то классные, которые тебя окружают.
Александр. Оказывается, Челябинск не такая уж дыра, раз есть такие зрители.
Екатерина. А потом есть еще один плюс. Я всегда говорю, что театр начинается в тот момент, когда человек купил билет на сайте. Потому что когда он его покупает, я уже знаю его имя, фамилию, даже номер телефона. Потом он приходит в театр, я его встречаю на гардеробе, я уже с ним познакомилась. Потом в фойе, потом я его провожу в зал.
Причем, только у нас в городе, в mini театре индивидуальная рассадка зрителей. Это их очень удивляет, им приятно от того, что я их провела в зал, посадила на места. Я в это время с ними тоже как бы перекинусь, как-то словлю их настроение.
Для меня это важно. И если мы видим, что какой-то зритель опаздывает, то мы ему можем позвонить, сказать: «Здравствуйте, это mini театр, вы придете сегодня на спектакль?»
«Да-да-да, мы уже бежим»
«Ой, я заболел, извините!»
И я им говорю: «Если вы заболели, давайте я вам перенесу билет? Мы-то можем это сделать», а зрители в этот момент такие: «Ой, правда? спасибо вам!» - я говорю, ну, конечно, чтобы ваши деньги не пропали.
Аня. Можете сейчас спустя три года существования театра сказать, кто ваш зритель?
Екатерина. Есть определенное ядро, понятное дело, я никогда не скажу, что к нам не приходят семнадцатилетние, восемнадцатилетние люди, и люди, которым пятьдесят, пятьдесят пять, шестьдесят, у нас есть и такие, и такие. Но само ядро, на чем все это держится, то самое точечное попадание - это люди от 25 лет до 40 лет, примерно.
Александр. Это такие молодые семейные пары, которые еще не успели обзавестись детьми, например.
Аня. А были специфические реакции у зрителя, не вашего?
Екатерина. Да, конечно, были. К нам два сезона назад приезжала Школа-студия МХАТ. К нам приезжали студенты.
Александр. Студенты, ребята, наши, Челябинские.
Екатерина. Они сами из Челябинска и они сделали спектакль «В ожидании Годо». приехали к нам играть на площадку. Зрители, увидев слово «город Москва» и «МХАТ», школу-студию они не увидели, они увидели слово «МХАТ» и «город Москва». Они попёрли все, у нас полный зал народу. Люди пришли на Москву, на МХАТ, и они ждали тут ковровую дорожку, а они в какой-то подвал спустились. Тут не кресло, а стулья! Как это вообще возможно? И ты это видишь, и ты это считываешь, и энергетически это очень тяжело. Сразу понятно, что это человек, который пришёл, ну, не туда он пришел. Это нормально.
Александр. Как-то один из моих педагогов говорил, если вам не нравится театр, значит, вы ещё не нашли свой театр. Мы нормально к этому относимся, ну человеку не нравится спектакль. Ну, не значит, что, допустим, ему другой наш спектакль тоже не понравится.
Екатерина. Это нормально. Ну нет у нас ковровой дорожки. Ну вот эту стенку я сама красила. Но вас это не устраивает, ничего в этом страшного нет. Это не страшно, мы просто не совпали. Но у нас есть другие места, в которых вы можете найти себя.
Александр. Да, для нас скорее важнее больше контент, который мы делаем, нежели как бы антураж какой-то вокруг этого.
Частный mini театр VS государственный театр
Аня. Вы несколько раз говорили, что в мини театре есть отстройка от государственных театров, в вашем понимании, вашего театра. Что не так в государственных? Можете сформулировать?
Александр. Да, конечно, можем, безусловно, можем. Государственный театр, это как институция, это очень огромная неповоротливая какая-то структура. Такой какой-то условный бронтозавр. И пока бронтозавру едят хвост, то голова об этом еще долго может не узнать. И вот эта неповоротливость, эта такая закостенелость во всех смыслах этого слова, и именно вертикальность, такая очень жесткая волюнтаристская даже где-то система работ, это вот прям очень тяжелый момент.
Текст - это вещь очень подвижная, очень легкая. Театр очень чутко должен реагировать на все изменения, которые происходят. А театр государственный, он, в общем, примерно где-то остался в прошлом веке. Вот у меня ассоциация с государственным театром, это как бы вот крепостное право. Серьезно, потому что меня больше всего бесит, бесит, прям бесит в государственном театре, это то, что актер не имеет права отказаться от роли.
Ну вот он не имеет права. Ему дали роль, хочет он играть, не хочет, он должен ее играть. Все. Но это система именно крепостного театра. Так работали в крепостных театрах в Российской империи. Когда крепостной не мог отказаться просто потому, что он крепостной. Вот тут то же самое.
Настя. Поговорим про репертуар. Как вы формируете репертуар и как выбираете авторов?
Александр. Репертуар строится по-разному. Иногда ставим что-то, что нам самим захотелось сделать. Мы такие: «о, давай!»
Бывает, когда артисты приносят что-то сами, они приходят и говорят, мы хотим вот это сделать. Есть у нас такие примеры, это круто, мы всегда это поддерживаем, потому что когда у артиста возникает желание что-то сделать, то это невозможно не поддержать. Я сразу говорю: «Да, давай, я сейчас тут все сделаю для того, чтобы это случилось. Я очень постараюсь, по крайней мере».
Екатерина. У нас много в репертуаре Уральской драматургии. Так случилось, что Саша учился в Екатеринбурге.
Александр. Да и со многими просто лично знаком. Но и потом, когда ты с человеком дружишь, с ним проще договориться на авторские, конечно. Вы не думайте, мне их не жалко, допустим, Ире Васьковской заплатить авторские, вот правда, мне не жалко, когда они есть, а их обычно нет. Это так работает не только с драматургами, я бы актерам, художникам платил авторские, если бы были деньги, я бы миллионы отдавал.
Аня. У меня экономический вопрос. Театр на самоокупаемости?
Екатерина. Да. Как нам стукнуло два года, пожалуй, тогда мы даже в плюс вышли.
*влоги mini театра зацените тут:
С чего начать знакомство с mini театром и какой спектакль выбрать
Настя. Можете посоветовать топ-3 спектакля вашего театра? Если человек в первый раз хочет к вам прийти, и он вообще ничего про вас не знает.
Екатерина. Мы всегда всем советуем смотреть «Мои друзья антисемиты» для тех, кто в первый раз.
Аня. Я уже была на «Молись и кайся». Мне очень понравилось. Я еще видела, что у вас популярен спектакль «Лолита».
Александр. Да, да, этот спектакль у нас визитная карточка.
Екатерина. Так, ну вот посмотрите Лолита, потом «Мои друзья антисемиты», еще один какой-нибудь? Может, спектакль «Кармен» я бы посоветовала.
Александр. Но дело в том, что «Кармен» для первого похода это будет too much.
Екатерина. Нет, вот смотри, человек пришел, я ему сразу же обязательно посоветую «Мои друзья антисемиты». Если он первый раз пришел, то «Лолита», это Ирина Васьковская, драматург, специально для нас написала инсценировку по Набокову.
Екатерина. Когда человек уже посмотрел вот этот спектакль и вот этот спектакль, то он уже может, например, сходить и на «Кармен», понимаешь? Где все уже другое, где, например, уже нет сюжета как такового, нет слов даже элементарных, просто пластическая история.
Александр. Мы стараемся не делать такие спектакли, которые исключительно на кассу, какие-нибудь условные «Любовь не картошка, не выбросишь в окошко».
Вот такого мы, конечно, не делаем. Мы делаем максимально сложный контент, даже хотим делать его еще сложнее, еще экспериментальнее. Поэтому наш театр, это театр, который постоянно ищет разные грани соприкосновения с современностью. Как на это реагировать? Какой сейчас современный театр вообще, какой он?
Ну как, уже гуглите билеты в Челябинск и изучаете афишу mini театра? В статье изложили все причины в пользу театрального туризма на Урал. Но есть еще одна, приберегли ее, чтобы точно вас убедить.
В последний раз у ребят мы смотрели спектакль «Мои друзья антисемиты». И знаете что? Мы плакали! Так, как плачут от самых искренних, добрых и пронзительных спектаклей. Ради таких впечатлений стоит поехать в Челябинск.
Группа mini театра тут
Полный выпуск подкаста с Александром Черепановым и Екатериной Писаревой тут
Билеты на Авиасейлс (но они пока с нами не сотрудничают)
и до встречи в «Бельэтаже!»