Женя не лгала. Сады были сказочно прекрасны. Деревья и кусты были усыпаны незнакомыми ароматными цветами. Вдоль некоторых аллей журчали ручейки, над которыми горбились изящные хрустальные мостики. Под величественными деревьями, отдалённо напоминающими земные липы, но с более резными листьями, стояли кружевные кресла и столики из незнакомого Жене бело-розового материала. То там, то здесь у крохотных прудиков пристроились белые ажурные ротонды. Клумбы ошеломляли пышностью и разнообразием узоров из цветов. Все цветы были незнакомы, но преобладали голубые цветы, похожие на вложенные друг в друга конусы, и цветы, напоминающие сиреневые астры, но с разноцветными веерами, торчащими из центра цветка.
Знакомые по кораблю, который послали на Землю, серебристые динозаврики-кентавры, размером с кошку, собирали опавшие на газон золотистые плоды, убирали листья, что-то рыхлили, поливали и даже гоняли маленьких забавных бабочек, мало похожих на земных, так как у этих ярких созданий крылья представляли собой веера с изрезанными краями. Бахрома на краях была разноцветной и развевалась на лёгком ветерке.
– А почему так мало отдыхающих? – тихо спросила Женя. – Ты же сказала, что рабочий день закончился!
– Отдыхающие есть, но здесь бывают только дети и старики. Детей приводят в обязательном порядке, а старики, конечно, приходят сами, но чуть попозже. Они всё ещё способны наслаждаться реальностью, – странно ответила Сали.
Жене показалось, что один из динозавриков-садовников прислушивается к разговору. Она взяла его на руки и обнаружила, что его спинка украшена сложным золотистым муаровым узором, как у некоторых кошек на земле
– Какой красавец! – она нежно погладила робота по его спинке.
Робот оказался не из металла, а из материала, напоминающего искусственную кожу, он застыл на руках у девушки и тихонечко гудел. Женя поймала второго и обнаружила, что спина того украшена золотистыми размытыми полосками.
– Посмотри! Они же разные! А почему? Для красоты? – воскликнула она. – Смотри какие они милые!
– Как разные?! Я думала, что они стандартные, – теперь удивилась Сали. – Может у них разные программы? Ведь заводы давно уже автоматические, и проверяются только параметры отношения роботов к людям. Странно, как же мы раньше не обращали на это внимание? Не понимаю! Кто и зачем делает их разными?
Женя отпустила роботов-садовников, те какое-то время пребывали в неподвижности, потом со всех ног бросились бежать и вскоре затерялись среди таких же роботов. Роботы стали перегукиваться и суетиться, но скоро успокоились. Девушка почувствовала, что их слушают, поэтому растерянным голосом проговорила:
– Знаешь, тётя, это, наверное, результат моего сотрясения мозга. Я вообще вижу ярче, чем раньше. Да и слышу иначе, – и она, выразительно посмотрев на Сали, прикоснулась к ушам.
Сали улыбнулась в ответ, потом остановила какой-то транспорт-каплю.
– Пройдёт, не волнуйся! Непременно пройдёт! Давай-ка мы поедем! Нам надо ещё ниже, на исследовательский ярус. Ты осмотришься и перестанешь волноваться. Ведь всё обошлось, и ты жива и здорова.
Пока они ехали, Евгения наблюдала за жителями этого города. В переходах и на улицах они встречались нечасто. Удивляло, что одежда у всех людей приблизительно одинакова – комбинезоны. На левом плече многих стояли какие-то яркие крупные знаки. Большинство людей были темноволосыми, или седыми. Почти у всех короткая стрижка, но как бы сказали на Земле креативная, но различий в стрижке у мужчин и женщин Женя не заметила. В одном месте они летели очень медленно, и Женя поняла, что ни у кого из жителей Скара не было украшений.
На исследовательском ярусе народа было намного больше, чем на верхних ярусах. Когда они остановились перед входом в здание из синего металла и стекла, Женя тихо спросила:
– Где мы? Здесь, по-моему, единственно, где людей реально много. Останови меня, если нельзя разговаривать.
– Пока можно. Мы сейчас перед лабораториями Экологического Технециума. Людей много, так как рабочий день закончился, – пояснила Сали. – Вообще-то, когда все на работе на улицах редко кого встретишь.
Они шли по светлому коридору из металла и стекла. Женя заметила, что все двери не имеют надписей, а только номера. Они вошли в одну из комнат, и юная «тётка» подозвала юношу, который «колдовал» над приборами, стоящими вдоль стены.
С точки зрения Жени тот был каким-то неправильным, потом она поняла почему ей так показалось. Парень был жгучим брюнетом, а всё его лицо покрывали веснушки.
– Привет! Тэд, нам нужны максимальные помехи!
Парень заметался по комнате, включая какие-то приборы, потом вопросительно уставился на Женю.
Сали сообщила ему:
– Это твоя троюродная сестра, между прочим! Мог бы и поздороваться.
На лице парня появилось непередаваемое выражение возмущения и озадаченности, он уставился на Сали:
– Сестра?! Её же съел однорог. Я же сам видел, есть же документы.
Сали строго посмотрела на него.
– Вот что, всё это ты быстро сотри. Теперь внимательно присмотрись! Это – Эжени. Тэд, только побыстрее, скоро и сюда прискачут из СБС. Быстро!
– Она, конечно, очень похожа, – возразил тот, – но волосы какие-то странные и стрижка бредовая. Она что же, парик напялила?
– Это мои волосы. Молчал бы! Парень, а красишься! – возмущённо фыркнула Женя.
Тот в ответ охнул и вытаращил глаза.
– Дикарка?!
– Сам лопушина!
– Кончайте ругаться! – остановила их Сали. – Тэд, унеё амнезия, поэтому нужен краткий экскурс в историю.
– Ух ты! Вон какие дела!
Женя покачала головой.
– Нет! У меня мало времени! С моими друзьями что-то случилось плохое. Очень плохое! Мне надо отсюда уходить!
– Разбежалась! – фыркнул парень. – Ты что не понимаешь, что СБС тебя не выпустит?
Парень содрал с себя халат и оказался в комбезе, на левом плече был красивый иероглиф, означавший слово «Поиск». Женя удовлетворённо улыбнулась, значит тот корабль всё же что-то сумел передать им, если она понимает письменность.
– Значит, мне поможешь ты! Не спорь! Я хочу кое-что уточнить, пока нам не помешали! Это ведь не родная ваша планета?
Сали угрюмо возразила:
– Для нас родная… Теперь родная! Тридцать поколений мы прожили на втором Ваале.
– Это же очень долго! – воскликнула Женя увидела, как парень посерел. Получалось, что тот не знал этого.
Седая красавца хмуро кивнула парню, тот слушал внимательно, но при этом что-то продолжал делать.
– Вот теперь эту тайну знаешь и ты, Тэд.
– Сана Сали, всё стер. Раз уж начала, то договаривай. Да и ей надо знать.
Сали нахмурилась.
– Первый Ваал, его вы видете на небе, сгорел в огне войны. Последние пять кораблей с переселенцами, каждый вёз по триста тысяч человек и по пятьсот тысяч оплодотворённых яйцеклеток, стартовали на Малон, спутник Ваала.
– Если меня спросит, я это знаю? – прошептала Женя.
– Да! Ты же историк и программист! – успокоила её Сали.
Женя поразилась совпадению судеб исчезнувшей Эжени и её, но времени было мало, и поэтому спросила:
– Сколько сейчас городов на планете?
– Два, наш и древний город Башен, три города погибли. Однако говорят, что развалины не пустуют, и там живут дикари-мутанты.
– Численность населения увеличилась?
– Поддерживается на одном уровне, но только за счёт старых яйцеклеток, в нашем городе около пятисот тысяч жителей. Мы почти не размножаемся.
– А почему?
– Почти все ушли в виртуальный Ваал, там у них любовь, семьи. Их заставляют работать, так как, чтобы войти в виртуальный Ваал, требуются деньги и энергия. Здесь размножаются только потомки строителей Скара, у них есть интерес к жизни, и они пытаются изучать этот мир.
– Господи! Это же тупик! Вы же вымираете. За тридцать поколений почти нет прироста, – у Жени глаза наполнились слезами.
Перекрашенный парень, увидев это, нахмурился, но паромолчал.
– Первое время было очень трудно, потому что колонистов постоянно атаковали местные хищники. Многие погибли, потом был какой-то конфликт, так погибло почти всё население третьего корабля. Потом начались эпидемии. Учти, это – официальная версия истории. Убеждена, что всё, или почти всё, – ложь! За всем следит СБС, – продолжала политинформацию Сали.
– Не понимаю! Это что же, какая-то организация?
– Да, её организовали военные медики. Служба борьбы за стабильность. По их предложению, яйцеклетки, из которых стали появляться люди со необычными способностями, уничтожались. Правда потом они изменили своё мнение, но почти треть эмбрионов Скара, привезённых с Ваала была уничтожена. За это город Башен, запретил любой контакт с нашим городом, обозвав нас убийцами надежды.
– Понимаю, – прошептала Женя.
– В Скаре число жителей не растёт, но и не падает, так как разработаны методы искусственного оплодотворения. Мы, в отличие от города Башен, почти не болеем, но и не выходим за пределы Долины. Все экспедиции направлены только на поиск ресурсов для города. В городе Башен численность больше, чем у нас. Кроме того, им удалось даже организовать настоящее фермерское хозяйство, где используются местные растения, но последнее время мы с ними почти не контактируем, хотя они и просили помочь. У них что-то случилось. Городской совет и СБС решили, пусть справляются сами, раз они считают нас убийцами.
– Почему?! Они же помощи просили, а вдруг у них беда? Вас и так всего ничего, ваши что, обалдели? – удивилась Женя.
– Не так всё просто, Эжени! Жители города Башен почти все мутанты. Нам не нужны их проблемы, своих хватает! – возразил Тэд.
– А ты-то откуда знаешь?! – удивилась она.
– Мой друг был в комплексной экспедиции и увидел, что они делают со своим телом во время опасности и рассказал мне. Я всю ночь мучился от кошмаров. Представь, они могут превращаться в животных. Каждый в какое-то своё.
– Ну и что?! А можно мне поговорить с твоим другом? – парень в ответ на этот вопрос вдруг всхлипнул и отвернулся. Женя обеспокоенно обняла его. – Ты что?!
– К нему ночью пришли из СБС. Он смог сбежать прямо из-под охраны, нам не говорили как, но сбежал. Представляешь, он сбежал в открытый мир! В открытом мире люди не могут прожить более трёх часов. Специалисты СБС проверяли.
– Врут! – возразила Сали. – Я Эжени искала почти семь часов.
Парень тревожно взглянул на маленький экран и пробормотал:
– Тихо! У нас гости! Будут минут через пятнадцать. Стараются не привлекать внимания, – он опять натянул халат.
Раздался звук, как будто кто-то пропел музыкальную фразу. Женя переоделась в шелковистый жёлтый халат, подивилась тому, как понимают здесь чистоту и вспомнила золотистую степь.
Сали велела ей сесть писать отчёт о происшедшем. Женя мучилась над второй фразой: «когда я увидела чью-то тень, то удивилась», в это время за её плечо тронули. Она повернулась на неё смотрел седеющий мужчина, до ужаса похожий на мужа её приёмной матери, хотя этот был более поджарым. Уже это было причиной того, что она сразу сбросила его руку с плеча. Кроме того, у него был знакомый ей тускло красный цвет души, так для себя Женя, наконец, определила то, что она видит.
– Ты не меняешься, Эжени! А как же твоя амнезия? – он поднял её со стула и попытался поцеловать. Женя резко оттолкнула его. – Подумать только, как глубоки твои переживания! А ведь я хотел просто сделать тебя счастливой.
– Обойдусь! – зло оборвала его Женя и почувствовала поток злобы исходящей от мужчины.
– Эжени, это же старший Советник СБС – Виланд! – воззвала к её совести Сали.
– Мне что, надо упасть в обморок от счастья? – Женька краем глаза увидела восторженный взгляд Тэда. Почувствовала тревогу Сали и угрюмо потупилась. – Прости за грубость! Мне после моих приключений любые прикосновения противны! Да и мутит меня что-то, в общем мне как-то плоховато. Кстати, я совсем тебя не помню!
Седой смотрел на неё взглядом гадюки, Женя почувствовала попытку прощупать сознание, и на всякий случай стала вспоминать детские считалочки. Попытки узнать, что она думает, прекратились.
– Ты совсем ничего не помнишь? – холодно поинтересовался Виланд.
– Почему же… Кое-что помню. Подошли такие пятнистые на пимпочках, но быстрые и яркие, у них была бахрома по краю тела. Потом удар, и всё.
– А вы что же, не поливали гербицидами траву, если брюхоротые подошли так близко? – Седой нахмурился. – Как она была одета?
– В том-то и дело, что в рабочий комбезе, чтобы не выделяться, – развела руками Сали.
– Ну, понятно, что охотились на брюхоротых, и хищник специализированный, иначе бы её не бросили. Вот что, пункт наблюдения закрыть, и форма опять ярко-синяя! – он попытался успокаивающе обнять девушку, но та гневно оттолкнула его. – Что ты злишься? Моя сперма лучшая в этом секторе, так что, ты никуда не денешься, Эжени. Форму смените немедленно!
– Нет! – резко возразил Тэд. – Нет и нет! Нас всё время атаковали, когда мы были в синем, а в коричневых комбезах, это – первый случай нападения. Ведь её же не убили и не съели!
Виланд нахмурился, но не стал возражать. Когда он вышел, Женя с трясущимися ногами села. Сали шепнула:
– Эжени отказалась принять его сперму, вот он и бесится.
– Тэд, а что, ты был влюблён в Эжени? – осторожно спросила Женя, чтобы выяснить причину его восхищённого взгляда.
Парень рухнул на стул от смеха, а Сали объяснила:
– Что ты?! Они были хорошими друзьями. Оба ненавидели Виланда. Кстати, Виланд его родной отец.
– О-о! Они поссорились?
– Много хуже! Его мать была насильно оплодотворена спермой Виланда, поэтому Тэд до последнего был убеждён, что тебя уничтожили по приказу его отца.
Женя внимательно посмотрела на бледного Тэда и её осенило. Ну, конечно.
– Сали, он не сын этого Виланда! Уверена в этом. Тэд же рыжий.
Парень побелел так, что даже веснушки исчезли.
– Тихо, молчи! – Сали зажала ей рот рукой. – Как ты догадалась?
Жена, улыбнувшись, прошептала:
– У брюнетов не бывает веснушек. Слушай, а почему быть рыжим плохо?
Сали покачала головой.
– Для этого тебе надо узнать настоящую историю. Это нельзя найти в официальных архивах, но изустно передаётся корпусом исследователей. Мы скрываем наши знания от СБС. За распространение следует изгнание в Открытый мир.
Женя пододвинулась к ней и обняла Сали за плечи.
– Рассказывай!
– После постройки Скара генетики выяснили, что почти треть новорождённых могут в момент опасности трансформироваться в каких-то животных. Из исторических архивов, стало ясно, что такие оборотни существовали всегда, то есть на древнем Ваале, но скрывали свои способности. Здесь на втором Ваале оборотни почти всегда имели или светлые, или рыжие волосы. Было принято решение для создания резерваций для них. Решили использовать оборотней для освоения внешнего мира.
– Зачем? У Вас же есть роботы! – удивилась Женя.
– Вот именно! Это решение всех изумило. Однажды ночью все оборотни бежали, захватив своих детей. Никто из них не вернулся, по некоторым данным их принял город Башен. Скар потребовал вернуть беглецов. Однако город Башен отказал, объявив, что переселенцев слишком мало, чтобы их использовать для покорения новой планеты, и что для этого существуют роботы. Началась бессмысленная война. Ринт, Таэта и Сонт погибли, так как они поддержали город Башен, и были слишком близко к Скару. Правда, говорят, что жители Таэты успели перед бомбовым ударом уйти, но никто не знает куда. Вряд ли они выжили! Этот мир очень суров к людям, даже с возможностями трансформироваться в животных в случае опасности.
Сали вздохнула, Женя с ужасом ждала продолжения. К ним подошёл Тэд.
– Я включил программные помехи. Теперь все видят, как мы рассматриваем пробы на приборах.
Сали горько усмехнулась.
– Говорят, что оборотни из города Башен заключили союз с местными формами жизни. Глупость, конечно, но проверить нельзя! Потом этот мир не дал это сделать. Было несколько жутких землетрясений, катаклизмов. Континент, на который мы приземлились, раскололся. Все склады с оружием взорвались. Все запасы взрывчатого вещества исчезли под земле й, а потом взорвались. Наш город изначально строился, как пограничный, для охраны остальных поселений, и у нас поэтому сохранилось оружие, но только ближнего боя. Всё, что осталось, было решено использовать для защиты Закрытой Долины и Скара. Ресурсов для создания оружия дальнего боя у нас нет. Кстати, как и оружейников. Был ещё один побег. Оружейники, физики и инженеры ушли из города с боем. Мы ничего о них не знаем, но теперь и оружие делать некому.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: