Недавно опубликованное резюме заседания по ключевой ставке снова удивляет. В этом материале регулятор снова выделяет дефицит трудовых ресурсов как один из проинфляционных факторов, который якобы ограничивает возможности расширения производства товаров и услуг. Но теперь он связывает эту проблему с ужесточением миграционной политики:
«Дефицит трудовых ресурсов по-прежнему остается ключевым фактором, сдерживающим возможности предложения. Опросы показывают, что всё больше предприятий сталкиваются с нехваткой кадров. На ситуацию на рынке труда также влияют изменения в миграционной политике». Кроме того, отмечается, что в июле-августе темпы роста заработных плат вновь ускорились после замедления в июне. Компании, конкурируя за кадры, продолжают поднимать зарплаты темпами, которые значительно превышают рост производительности труда.
Давайте разберемся с основными тезисами. Дефицит трудовых ресурсов действительно влечёт за собой рост заработных плат. Однако для того, чтобы зарплаты росли в реальном выражении, необходимы высокие темпы экономического роста и роста производительности труда. В 2023 году ВВП составляет 3,6%, прогноз на 2024 год - около 4%. Это приемлемые, хотя и не выдающиеся показатели, которые способствуют увеличению предложения товаров и услуг, и, соответственно, повышению доходов населения. Что касается производительности труда, то тут ситуация значительно менее оптимистична, но об этом поговорим позже.
Дефицит трудовых ресурсов не является тормозом, а, скорее наоборот, прекрасным стимулом для технологического прогресса в экономике. Многие страны мечтали бы о такой «проблеме», которая подвигала бы компании внедрять инновации, модернизировать производственные процессы и сокращать количество низкоквалифицированных рабочих мест. В России 35% рабочих мест относятся к низкопроизводительным. Потенциал для сокращения таких мест составляет до половины. В результате это позволит освободить миллионы трудоспособных граждан, которых можно перенаправить на востребованные в нашей экономике вакансии.
ЦБ акцентирует внимание на росте зарплат, которые превышают рост производительности труда. Но текущая денежно-кредитная политика на самом деле препятствует предприятиям инвестировать в повышение продуктивности. Проще говоря, это дорого, долго и сложно. Многие компании предпочитают нанимать тех же низкоквалифицированных «иностранных специалистов», доступ к которым пока что сохранён. Более того, отсутствует чёткое понимание, для чего это нужно.
Инвестиции в повышение производительности труда могут принести пользу экономике в целом, но не всегда это выгодно на уровне отдельных компаний. Необходимы значительные вложения, а реальные результаты будут видны далеко не сразу. Прибыль зачастую безопаснее и надежнее направить в финансовые инструменты с доходностью выше 20%, которую можно заблокировать на несколько лет вперёд (будь то депозиты или облигации). Это более привлекательно, чем рентабельность большинства отраслей. Такой пассивный доход с лёгкостью перекрывает эффект от улучшения производительности труда.
Эти истины кажутся очевидными. Но, к сожалению, монетаристы продолжают игнорировать их, словно пытаются отгородиться от очевидных реалий.