Темным-темно, из лесу вой, высокий дом наутро ждёт рассвета. Дрожит нога, по половицам ударяя, шорох крыс, лучины свет иголке пролагает путь по белой ткани. Средь чёрной рани вдруг кричит петух, в оконце стук, в оконце луч, затем — другой, затем — в оконце целый веер света. Наперебой лучи трубят, что Солнце женится назавтра, что свадьба соберёт всех звёзд и нужно будет непременно платье. И вновь — черным-черно, в лесу покой, высокий дом да три портных, что жили в нём, проснулись, вышли на крыльцо. А на крыльце платок — лежит залог, и невдомёк им, для кого.
Кругом, кругом, из лесу в реку Солнце, из реки обратно в лес — кругом, кругом. В зените. В дому портные лихо варят пиво, брагу, до облак пена, пьяно небо, разливая чарки. И портные в белом — открывают двери. Заходят люди всё с вопросом: как там платье? сняли мерку? Говорят, мол, нет, но нынче собирались мерить.
И первого портного ноги ступали торопливо в лес, через болота мокли-дрогли, землёй сырой ступали, несмотря на холод, по низинам мимо пней-щелей, медвежий след минуя, реку, мост, избу, минуя старицу в дыму, кусты смородины — к холму — к тому холму, давно стоящему повыше и елей, и пихт, ей-Богу, гор седых, морей повыше — шли к холму. На том холму стоял теперь портной. Снимая мерку, поднимал он лупу к Солнцу. В стекольце луч, затем — другой, затем — в стекольце целый веер света. Портной ослеп, а по деревьям мчался ветер.
Второй портной решил тачать без мерки, так, на глаз, на Солнце сразу. Узор был кругл, светл, принимал он всякий луч, и отливало бело-серым. Портной иголкой мерно пишет строчку, за чёрным диском платья пряча Солнце. И на деревню набегает тьма. В одном окне, на западе, — весна, в другом — узористый мороз, метель, зима. Едва портным был вытачан наряд, затмило вовсе мир, застыло вовсе время.
А у реки темным-темно, и третьему портному горько, что не успел снять мерку и для Солнца вышить платья. Переминает он платок, и невдомёк, кому залог, сидит на мёрзлом берегу, бросает блинчики по льду, и не бывать минуты тише... Вдруг треснул лёд, вода течёт, и платья шов расходится. Сначала по разлившейся реке пронёсся луч, затем — с ним сплёлся луч другой, затем — вода вмещала целый веер света. И третьего портного руки на воде снимают мерку с Солнца. Один миг — мерка та, через мгновение — другая. И улыбается портной, и мерку правильно снимает.
А Солнца луч спокойным шагом из воды на голову портного забирался. Кричит петух, у дома пиво, брагу пьют, луч на лице, затем — другой, и на лице — затем — был целый веер света. Вокруг, вокруг портного молодого народ стоит и поздравляет жениха, и Солнце кругом, кругом в платье. Портной молчит. Он осенён, справляя свадьбу.
5 февраля – 7 марта 2024 года
Белград — Санкт-Петербург
